Страница 48 из 154
Глава двенадцатая Помолвка по-драконьи
С самого утра я не давала покоя Малику. Нет, ну серьезно — интересно же, от чего краснеют мужчины!
К тому же сегодня — первый учебный день, и он обещает быть жарким. Так что мне просто необходимо отвлечься на что-нибудь. Например — на то, как следует изгонять ушастого кошмарика, если уж он явился в ваш дом. Я даже название его запомнила — линчетто. А эти жестокие мужчины просто не понимают, что такое женское любопытство! Да я всю ночь об этом думала! И даже пришла специально пораньше — еще до появления драгоценного начальства. Сегодня предстоит церемония приема первокурсников с обязательной речью ректора (между прочим, кто ее писал? Секретарь ее, между прочим, писал!), а потом — первые лекции.. вечером еще и торжественный ужин будет, но с него уже можно и сбежать вполне. В общем, по сути, учебный год начинается именно сегодня, а все, что было до этого, — так, легкая разминка.. Ой, нет, думаем лучше об ушастике.
И сегодня же лорд ректор.. так, привыкаем звать его Теем — в общем, Тей обещал составить для меня расписание испытаний и по их результатам — индивидуальных занятий. И Лелька сегодня вместе с Умой пойдет к профессору магзоологии..
Ушастик! Думаем о ушастике!
И мой любимый джинн-курьер — тоже та еще зараза. Юлит и уверяет, что мне это не понадобится.
— Эй, ты покраснел!
— Я не умею краснеть! — с достоинством парировал Малик. — Я сиреневый.
— Ну.. посинел. Правда-правда!
— А нечего задавать мне такие вопросы!
Дверь распахнулась традиционно без стука. Кажется, пора вводить штрафные баллы за это.
А ввалившийся в приемную темноволосый и вихрастый студент показался смутно знакомым.. ах да, я уже видела его в свой первый день на рабочем месте! И выглядел он таким же расхристанным — камзол распахнут, верхняя пуговица на рубашке отсутствует, на воротнике, по-моему, вообще след помады.
— Светлейшего дня прекрасной леди! — радостно осклабился он, отвешивая мне шутовской поклон. — Ректор у себя?
— Нет, — ледяным тоном ответила я. — И я не помню, чтобы вы записывались на прием.
Увы, намек понят не был.
— Тогда я подожду здесь! — студент, ничуть не огорчившись, кивнул и, вместо того чтобы занять одно из кресел для посетителей, плюхнулся прямиком на мой стол! — Кстати, давно хотел вас спросить — что вы делаете завтра вечером?
— Два штрафных балла за то, что вошли без стука, — проскрежетала я, — два — за нахождение на территории академии в учебное время без формы и еще пять за неуважение к сотруднику академии!
— Да ладно! — кажется, студент искренне удивился. — Ну не будьте такой букой, я вас глубоко уважаю! Кстати, как зовут уважаемую леди секретаря? Никто не назначает штрафов в первый день!
М-да, а ведь мне стоило самой для начала спросить имя студента. Кому баллы-то назначать?
— Госпожа Вернес! И я — назначаю! Будьте любезны наконец слезть с моего стола!
Со вздохом юноша поднялся, однако в кресло садиться не стал.
— Госпожа Вернес, простите же меня великодушно! — парень сложил руки в умоляющем жесте, а брови задрал домиком. Явно паясничает и не раскаивается ни капельки.
С другой стороны.. с другой стороны, чем студент — не источник информации? Особенно учитывая, что как только он сообразит, что я не знаю его фамилии, наверняка все равно распоясается окончательно, и давить станет нечем. Авторитет у меня пока не отрос.
— Прощу, — я царственно кивнула. — Если вы сию минуту перечислите мне способы борьбы с линчетто, когда он пробрался в дом.
— Эй, так нечестно! Я уже сдавал зачет!
— Я жду!
— Ну.. — студент потупился. — Можно поставить на грудь спящему сковородку с крупой. Зерно рассыплется, линчетто будет его собирать до утра..
Хм.. что-то здесь не то. Краснеть вроде бы нет причин.
— А утром?
— Утром спрячется. Вернется только следующей ночью. Может, кого другого душить будет.
— Не пойдет! Как его насовсем выгнать?
— Ну.. — парень упорно не отрывал взгляда от пола. — Методом бутерброда и горшка.
— Горшка?
— Горшка.
— И.. в чем же заключается метод? Ну же, девять штрафных баллов на кону!
— Чтобы выгнать линчетто из дома, — зажмурившись, затараторил парень, постепенно заливаясь краской, — следует приготовить ночной горшок и бутерброд с сыром! Как только линчетто появится, надо зажечь свет, взять бутерброд, спустить штаны, сесть на горшок, надкусить бутерброд и пожелать нечисти провалиться. Не переставая жевать. Линчетти чрезвычайно брезгливы, поэтому он почувствует глубокое отвращение и никогда не вернется в дом, где лицезрел подобное непотребство!
— Подожди, — я моргнула, — обязательно с сыром? А если я хочу с мясом? Он не почувствует отвращения?
— Профессор Зур сказал — с сыром, — буркнул студент.
— Ага.. а вот штаны — их обязательно нужно спускать? Если я, например, без штанов сплю, их нужно сначала надеть?
Парень стал вовсе уж помидорным, так что Малик посчитал нужным вмешаться.
— Иллиана! Мне казалось, ты училась в институте благородных девиц!
— Отстань, — отмахнулась я, — должна же я выяснить все детали!
Нет, ну какие нежные все, надо же! Я-то думала.. еще удивлялась, ну какое может быть такое уж непотребство с этим ушастиком.
Хотя.. пожалуй, будь я только Иллианой, я и впрямь всерьез смутилась бы. А мужчин смущает, надо полагать, необходимость говорить это все при даме.
— Ладно, — я вздохнула. — Штраф, так и быть, отменяется.
— Я знал! — студент, мгновенно перестав краснеть, снова расплылся в улыбке и тут же плюхнулся на мой стол, а продолжил, низко ко мне наклонившись, с интимным придыханием. — Так вы не ответили, прекрасная Иллиана..
Дверь снова распахнулась — и на этот раз появился тот, кто вполне имел право входить в нее без стука. Окинув быстрым взглядом открывшуюся ему картину, ректор Тариус окаменел лицом.
— Что здесь происходит? — это я думала, что у меня тон был ледяной? Ха! Вот у кого мне еще учиться и учиться!
Студента с моего стола как ветром сдуло. Вдобавок он вытянулся по струнке — разве что честь не отдал.
— Дядя, я хотел..
Дядя?
— Молчать, — негромко оборвал его Тей. — Мне это надоело. Студент Тариус — на выход. Живо! Госпожа Иллиана — в мой кабинет!
* * *
Дорогое начальство сверлит меня недобрым взглядом, я переминаюсь с ноги на ногу.. кажется, я начинаю уже потихоньку привыкать к этой диспозиции.
Впрочем, привыкать-то надо уже называть Тейона Тариуса женихом, а не начальством. Хотя одно другого не отменяет. Но что-то мне подсказывает, что в данном случае передо мной все же скорее жених. Разъяренный. Даже если фиктивный.