Страница 10 из 75
Потому что оно слишком хорошо ложилось в Кириллов план.
Нестабильная.
Обиженная.
Эмоциональная.
Неблагодарная.
Арина встала и вышла в коридор, чтобы Миша не услышал.
— Лидия Павловна, у Кирилла другая женщина.
На другом конце повисла пауза.
Короткая.
Слишком короткая.
— В семьях бывает разное, — сказала свекровь.
Арина медленно прислонилась плечом к стене.
Вот и всё.
Не удивление.
Не возмущение.
Не «как он мог».
В семьях бывает разное.
— Понятно, — сказала она.
— Умная женщина не разрушает дом из-за мужской слабости.
— А глупая?
— Глупая остаётся одна с ребёнком и потом жалеет.
Арина посмотрела на закрытую дверь гостиной, за которой спал Миша.
— Я лучше пожалею о свободе, чем о том, что научила сына считать предательство
нормой.
— Не говори громких слов. Ты сейчас обижена и не думаешь о будущем.
— Я как раз впервые о нём думаю.
— Кирилл сказал, ты в последнее время стала раздражительной, холодной. Он переживает
за Мишу.
Арина тихо усмехнулась.
— Он так быстро переживает, что уже успел выставить меня проблемой?
— Арина.
— Что?
— Верни ребёнка домой. Потом будете разбираться.
— Нет.
— Что значит нет?
— Значит, Миша останется со мной. Кирилл может видеть его, когда мы договоримся
спокойно и без давления.
— Ты не имеешь права решать одна.
— А Кирилл имел право один решать, что я ему больше никто?
Снова пауза.
На этот раз длиннее.
— Ты пожалеешь об этом разговоре, — сказала Лидия Павловна.
— Возможно. Сегодня все очень хотят, чтобы я пожалела.
Она завершила звонок первой.
Руки снова дрожали.
Но голос не сорвался.
Из кухни вышла Настя.
— Свекровь?
— Да.
— Уже?
— Кирилл работает быстро.
— Что сказала?
— Что умная женщина не разрушает дом из-за мужской слабости.
Настя посмотрела в потолок.
— Я всё ещё сдерживаюсь, потому что в квартире ребёнок.
Арина почти улыбнулась.
— Спасибо.
— Не за что. Завтрак через десять минут. Потом школа. Потом будем смотреть документы
и деньги.
Деньги.
Арина взяла телефон и открыла банковское приложение.
Сначала не поняла.
Обновила.
Ещё раз.
Потом медленно села на стул в коридоре.
Настя сразу подошла.
— Что?
Арина смотрела на экран.
Доступ к семейному счёту был ограничен.
Совместная карта не отображалась.
Перевод с накопительного счёта был недоступен.
Вверху сухо висело уведомление:
Операции временно ограничены по инициативе основного держателя.
Основного держателя.
Она несколько секунд не могла даже вдохнуть нормально.
Потом пришло сообщение от Кирилла.
Я предупреждал. Хочешь воевать — воюй. Но не за мой счёт.
Следом ещё одно:
Мама знает, что ты сорвалась. Мои родители готовы подтвердить, что ты давно
ведёшь себя странно. Подумай, пока не поздно.
Арина подняла глаза на Настю.
Вчера она ушла от мужа.
А сегодня он начал отнимать у неё почву под ногами.
Не кулаком.
Не криком.
Не громкой сценой.
Счетами, родственниками и спокойной уверенностью, что страх всё равно вернёт её
домой.