Страница 83 из 90
— Мы с Дэнни сидели на диване и смотрели телевизор, когда дверь распахнулась. Ты, Киприан, Деймон и Егор пришли за мной. Я использовала магию, чтобы заморозить Егора и твоего отца на месте, но это отняло у меня много сил. Дэнни чуть не убила тебя, когда узы между вами проявились. Я мгновенно её распознала. Мы с Деймоном пытались вмешаться, но ты был как обезумевший, Нокс. Деймон тоже мгновенно понял, кто такая Дэнни. Всё было очень… сумбурно.
Боль снова пронзает область за глазами, воображаемое лезвие проворачивается, словно желая вырвать последние клочья того, во что я привыкла верить. Я падаю вперёд на пол, беспомощная. Я слышу, как кричу, когда мозг пытается разорвать себя на части.
— Её нужно защитить, а я не могу потерять тебя снова. Я уже и так много времени прожила без тебя.
Деймон сжимает запястья моей мамы, её лицо теперь ясно как день. Лицо Бетти без чешуи. Тёмные волосы, ярко-зелёные глаза и высокие скулы.
— Я никуда не уйду без неё, — рычит Нокс, продвигаясь ко мне. Но мама преграждает ему путь.
— Ей пятнадцать, — настаивает она. — У неё вся жизнь впереди. Ты не можешь украсть её среди ночи, как какой-то монстр. У неё есть мечты, планы, будущее, в которое ты не вписываешься.
Она отталкивает его к стене вспышкой пурпурных искр, а мгновение спустя сворачивает ему шею, чтобы обездвижить. Нокс валится на пол, его голова неестественно свёрнута. В груди мгновенно становится больно.
Деймон отчаянно жестикулирует ей.
— Ты должна пойти со мной, Беатрис. Я знаю, ты чувствуешь, как натянулись узы за эти годы. Мы должны быть вместе.
Моя подростковая версия наблюдает за их репликами, не в силах осознать, что такое связь и кто вообще эти странные люди.
Я открываю глаза и вижу Нокса, стоящего на коленях рядом со мной, и маму, смотрящую на меня сквозь прутья камеры.
— Мы были эгоистичны. Я была эгоистична. Я думала, что делаю тебе одолжение, выдумывая историю, которую ты знала. Я отняла твои воспоминания и дала новые, но моя магия была слаба по сравнению с твоей. У меня едва хватило сил подавить воспоминания и заполнить твою голову фальшивым прошлым. Но без помощи моей матери остались слепые зоны. Я видела, как ты садишься в автобус той ночью, чтобы начать новую жизнь в соседнем городе. Ты никогда не должна была вернуться в Цирк.
Горячие слёзы текут по лицу.
— Я посвятила всю свою жизнь поискам твоего убийцы, — рыдаю я. — И ради чего? Ты выбросила то, что у нас было, ради связи с монстром.
Я чувствую, как Нокс напрягается рядом со мной, словно моя собственная правда сорвалась с губ, чтобы так же безжалостно вонзиться в него.
— Мы обе знаем, что в отношениях пар всё не так однозначно, — отвечает Бетти.
— А как насчёт пятого члена Пятёрки? — спрашивает Нокс, помогая мне встать.
— Деймон хотел, чтобы мы были вместе, открыто. Поэтому мы попытались внедрить идею о том, что всегда был пятый участник, с намерением, что я займу это место, будто всегда там была. Я изменила воспоминания всех при дворе, используя остатки магии, но когда Деймон наконец попытался обратить меня, ничего не вышло. — Она смотрит на свою кожу. — Я стыдилась себя и просто хотела спрятаться. Поэтому воспоминания, которые я создала, остались неполными.
Неумолимая колющая боль снова обрушивается на меня, когда воспоминания мчатся обратно со скоростью мчащегося поезда. Проламывая эти пурпурные стены, оставляя после себя лишь разрушение и гнев. Я чувствую, как падаю, но это похоже на нечто астральное. Я не знаю, где я начинаюсь и где заканчиваюсь, ничто материальное не удерживает меня, пока разум раскалывается на части, словно осколки разбитого зеркала.
Магия клокочет во мне, захватывая каждый орган внутри тела и подчиняя себе. Мои внутренности горят от силы, накал настолько силён, что может уничтожить всё на своём пути, как только вырвется наружу. Она говорит со мной, её голос больше не шёпот, а рёв, призывающий меня выжить, чтобы исполнить своё предназначение и убить их всех. Я слышу отдалённый шум, звук рушащихся зданий, камня, ударяющегося о камень. Эхом отдаются крики, но я не могу понять, мои они или чьи-то ещё. Вспышка магии вырывается из тела, точно так же, как когда я превратила Бешеных в пыль и кровь.
Яркая аметистовая вспышка поглощает зрение, за которой следует опаляющая волна, настолько горячая, чтобы расплавить плоть до костей.
Накатывает истощение, и всё погружается во тьму.