Страница 77 из 178
— Возможно, по приказу Тортуозов, — тихо проговорила Бьен и рассказала о том, что Филиппу Фрайду забрали люди Конрада, и о том, что успел передать л’утэ.
Круадевер снова схватил листок с адресом.
— Посылку выслали сюда, на адрес книжной лавки Ландышевого Переулка. Ситуайен Подстрочник, кто, кроме Филиппы Фрайду, знает о том, что ваша доверенная колдунья живёт по соседству с вашей лавкой?
— Никто, — решительно заявил Тьяго. — Я обращаюсь к Бьен только в особенных случаях и всякий раз предпринимаю все возможные меры предосторожности. Никто не стал бы предполагать, что я стану держать колдуна так близко.
— Но Фрайду знает.
— Она не проболтается, — вступилась за ведьму Бьен. — Она
Правдиво
обещала никому не выдавать место моего проживания.
— Это многое объясняет, — протянул аксиомант, с прищуром глядя на неё. — Но, увы, не причину посылки.
— Фрайду прислала книгу сюда как анонимный товар, — сказал Тьяго. — Возможно, она всего лишь посредница.
— И вы вот так просто принялись вскрывать анонимную посылку с неизвестным содержимым? — с иронией спросил Густав.
— Не таким уж неизвестным, ситуайен Круадевер. Я ожидал эту посылку — она была последним звеном в цепочке соглашений. И на ней стояла Печать
Правды
, — подлинная! — а это о чём-то говорит, согласитесь. Меня интересует другое — зачем Фрайду прислала это… существо? Она надеялась, что я найду покупателя на живую книгу? Вряд ли. Оно опасно, но вы сами сказали, что оно не нападёт на человека. Значит, это было не покушение.
— Это могло быть покушение, однако не на вас, ситуайен Рузэ, — Густав бросил многозначительный взгляд в сторону Бьен. — Да, посылку упаковала мадам Фрайду, но запечатывала не она, потому что Печать
Правды
ставится на анонимные посылки только в почтовом отделении и в присутствии Правидца — а вы, ситуайена, только что сообщили нам, что посылку туда отнёс другой человек. И именно человек, — не биншш-ит, не куирп, не л’утэ, иначе ваш новый друг сразу бы почувствовал поблизости не-
Правдивого
соплеменника из Стужи. В Кругах знают, что у вас, ситуайен Подстрочник, есть помощник-колдун. Расчёт был на то, что вы понесёте посылку к нему на проверку. Даже опытный колдун мог подхватить Остуду…
— Глупо. Много выгоднее переманить колдуна, а не пытаться его застудить, — заметил Тьяго.
— Колдунов в Иннакарте больше, чем вы думаете. Я нисколько не умаляю ваших способностей, ситуайена Грандин, — Круадевер кивнул Бьен, — но немногие в Кругах станут утруждать себя ради того, чтобы разыскать и перекупить умельца делать Печати. Любая биншш-ит это умеет и сможет научить любого человека с колдовскими способностями, даже ребёнка.
Бьен промолчала, сдерживая вспыхнувшее негодование. Да за кого он её принимает?! То, что она помогает Подстрочнику, не означает, что она стремится выставиться и найти нанимателя побогаче!
— Биншш-ит продажны, но своенравны, — сказал Тьяго. — Дети со способностями к колдовству строго отслеживаются Сантуаром.
— В этом вы ошибаетесь, и ситуайена Грандин тому — живой пример… — Густав вдруг переменился в лице. — Чёрт побери… — хрипло выдавил он. — Чёрт побери! Ситуайена, вы ведь когда-то работали в школе на Тюльпанной улице? Я запросил список наставников за последние пять лет.
— Да, — растерянно отозвалась Бьен. — Я там училась, а после окончания обучения осталась на три года, наставницей младших классов. Но прошло уже тоже три года. И какое это имеет отношение к… — веритарчесса осеклась.
Дети, превращённые в колдунов. То, о чём утром говорил Круадевер.
Однако яснее ничего не стало. И самую свежую свою догадку он не торопился озвучивать.
— О чём вы? Что всё это значит? — заволновался Рэм.
Мышь-но’дьюл пискнула и фыркнула, привлекая всеобщее внимание, просеменила к Бьен и ткнулась мокрым носиком в её руку. Веритарчесса подхватила зверюшку и мысленно обратилась к ней.
Именно к ней: л’утэ оказалась девочкой, о чём гордо сообщила.
Неудивительно, что и общаться ей захотелось с девочкой.
— Лу. Тебя будут звать Лу, — объявила Бьен.
Маленькое существо одобрило своё новое имя, а более того — сам факт наречения. И, опустошив чашку до последней капельки, выразило желание вернуться в книгу.
Бьен подставила ладонь, и мышка, переваливаясь с боку на бок, перебралась на неё. Каким-то образом, выпив молока вчетверо больше своего объёма, фигурка нисколько не изменилась и даже ничуть не потяжелела. Разве что стала теплее.
— Производное от «л’утэ»? Занятный выбор, — Густав приветственно склонил голову. — Приятно познакомиться, Лу.
Та подняла мордочку, и Бьен почувствовала отклик духа на имя — воздух в комнате слегка вздрогнул.
— Кажется, она приветствует вас в ответ.
— С ума сойти… если не уже, — Рэм провёл рукой по лбу и шумно выдохнул. — Никогда бы не подумал, что веритарчерская служба включает в себя разговоры с неодушевлёнными предметами.
— С неодушевлёнными — нет. А с одушевлёнными приходится говорить гораздо чаще, чем вы можете представить, — весело сказал Густав. — Хотя кое в чём вы правы, ситуайен Грандин. Невольные свидетели подобных бесед часто реагируют нервически. Приходится отвлекать и успокаивать.
— И как вы с этим свыклись?
— У меня есть оправдание — я аксиомант, служащий в Сантуаре. Узнав об этом, люди просто стараются держаться от меня на расстоянии.
Бьен положила фигурку на обложку и только подумала о том, надобен ли для переселения талисман, как Лу молниеносно выпорхнула из но’дьюл и «впиталась» в книгу. Статуэтка в несколько мгновений приняла первоначальную человекоподобную форму.
— Но’дьюл пуста, — подтвердил Круадевер, двумя пальцами приподняв фигурку. — Лу насытилась. Возможно, она поделится с вами ещё чем-нибудь? Или же захочет спать?
Бьен осторожно коснулась книги. Обложка была прохладной на ощупь.
Прохладной — не холодной.
Л’утэ и в самом деле сделалась сонливой из-за сытости.
— Второе.
— Значит, не будем тревожить Лу. Ей довольно двух-трёх часов сна, чтобы набраться сил.
Ненадолго воцарилось молчание.
— На этом всё? Опасности остудиться больше нет? — подал голос Подстрочник и показал на ткань. — В таком случае, могу ли я забрать это?
— Одну минуту, ситуайен Рузэ.
После краткого осматривания Густав подтвердил, что в ней нет ничего опасного, и Тьяго, прихватив её, удалился к себе в лавку.