Страница 74 из 178
Глава 14. Чем питаются книги?
Поскольку найти компромисс в вопросе питания Медеи так и не удалось, а обеденный перерыв подходил к концу, веритарчесса настояла на том, что спросит совета у ситуайена Круадевера.
— Он больше знает о хлоссах, чем кто-либо ещё из наших знакомых, — привела она аргумент, оказавшийся для Озорницы Мэдди достаточно весомым.
— Хорошо. Если и не спросишь, я спокойно потерплю пару дней. Можно мне тогда… ну… какое-нибудь занятие? — несчастным голосом попросила Медея. — Иначе я сойду с ума от скуки!
— А как ты любишь проводить досуг?
— Мне не чужды типично дамские увлечения на букву «р», — Медея улыбнулась уголком рта. — Романы, рукоделие, рисование…
Бьен с удовольствием снабдила гостью всем необходимым для шитья и художества, разрешила брать любые книги со своей полки и вышла в коридор. Там сестру поджидал Рэм.
— Что случилось с мадам Альфир? — тихо спросил он.
— Мэд неважно себя чувствует, — ответила Бьен, особо выделив первое слово. — Похоже на мигрень. Идём, братец, у нас много работы. Да и ситуайен Круадевер должен скоро подойти.
Спустившись на первый этаж, веритарчеры обнаружили перед дверью своего офиса встрёпанного Тьяго. Вытянутыми перед собой руками в зимних перчатках Подстрочник держал небольшой прямоугольный свёрток, упакованный в несколько слоёв ткани.
— Что это? — после обмена приветствиями спросил Рэм.
— Сам толком не понимаю. Анонимно продали как библиографическую редкость… Собственно, это редкость и есть, — Тьяго поморщился. — К счастью, подобные вещи повсеместно не распространены.
— Там рукописная книга? Нужно проверить её на
Правдивость
? — спросила Бьен.
Проверка печатного текста была возможна лишь в том случае, если текст набирался одним человеком и вручную.
Тьяго бросил выразительный взгляд на дверь продажниц. Сейчас оттуда не доносилось ни звука, но это могло говорить о том, что Айви и Эшлин греют уши.
Бьен понимающе кивнула.
Войдя в офис веритарчеров, первым делом Подстрочник с величайшей осторожностью положил свою ношу на стол рядом с фиалками и отступил на шаг.
— С виду — ничего особенного, — объявил Рэм, по знаку сестры заперев дверь изнутри на ключ.
— Внешний облик зачастую бывает обманчив, — заметил Тьяго.
— Это бомба? — Рэм вытянул шею и жадно уставился на свёрток, однако не сдвинулся с места, держась у двери.
— Нет, — сухо ответил Тьяго. — Если я правильно понимаю, это хуже бомбы.
Склонившись над столом, Бьен поняла,
что
подразумевает Подстрочник: от свёртка так веяло Стужей, что губы закололо и кончики пальцев охватило онемением.
Тьяго осторожно распустил завязки и развернул ткань, стараясь придерживать её за края.
Взглядам присутствующих предстала книга шириной приблизительно в две ладони, очень странная — как будто собранная из двух или трёх книжек одинакового размера: два корешка (второй располагался с противоположной стороны, занимая половину от всего объёма книги) и несколько обложек внутри, разделяющих страницы.
Бьен поначалу почудилось, что это две книги, зачем-то вставленные одна в другую, однако более тщательный осмотр показал, что всё несколько сложнее: страницы были попеременно пришиты к обоим корешкам, и, чтобы прочесть то, что напечатано или написано, пришлось бы каким-то образом открывать книгу одновременно в разные стороны. Название отсутствовало — по крайней мере, с видимых сторон. Обложка… обложки были обтянуты тонкой светло-коричневой кожей или каким-то похожим на неё материалом; Бьен протянула руку, чтобы проверить на ощупь…
— Не трогай! — Тьяго перехватил её запястье. — Лучше через ткань. Вот, надень перчатки.
Он суетливо стащил упомянутые со своих рук и отдал Бьен.
— Эта штука кусается? — с нервным смешком спросил Рэм. Вместо ответа Тьяго молча подтянул правую манжету и показал кисть — на запястье отчётливо выделялось синевато-белое пятно в форме подковы.
— Почему ты сразу не сказал?! — переполошилась Бьен. — Ещё не хватало, чтобы ты остудился!
— Не остужусь. След становится меньше — пять минут назад он был размером со сливу, и цвета такого же.
— А если Стужа попала в кровь или добралась до кости?!
— Эта вещь обжигает сильным холодом, не даваясь в руки, но не более того. Бьен, я не стал бы умалчивать об Остуде. Ты понимаешь в этом больше меня, — Подстрочник одёрнул рукав и указал на странную книгу.
— На твоём месте я бы не была столь беспечной, — проворчала веритарчесса и провела ладонью над книгой.
Холод. Неподвижный, как будто его сдерживали эфемерные стенки. Тепло воздуха в кабинете не смешивалось с ним.
Бьен сосредоточилась на телесных ощущениях и через несколько мгновений осознала нечто не-
Правдивое
, поскольку оно было сразу и существующим, и бесплотным — не то сгусток очень плотного тумана, не то слизень в тонкой текучей оболочке. Подобно жидкости, оно перекатывалось внутри книги и в то же время словно обволакивало её собою.
Веритарчесса на миг положила ладонь на обложку. Прикосновение обжигало холодом даже сквозь толстую ткань перчатки, и Бьен подумала о жалящих морских медузах.
Мало того, что сама книга была непонятно зачем искорёжена колдовством до не-
Правдивого
состояния, так в неё ещё засунули какое-то существо из Стужи, а точнее — бродячего духа.
Куирпа? Нет, ему нужна живая плоть, в предмете он бы не смог закрепиться. Л’утэ?.. Но они не источают холод…
Девушка стянула перчатку и храбро схватила книгу голой рукой.
Тьяго охнул, Рэм чертыхнулся.
Материал обложки был мягкой, отлично выделанной кожей, хотя и ужасно холодной. От воздействия Стужи мягкий и гибкий материал обыкновенно отвердевал в камень…
Волна онемения прокатилась от кончиков пальцев до самой шеи, и только ощутив, как оно уже распространяется на челюсть, Бьен отшатнулась к окну и прижала окоченевшую ладонь ко рту, пытаясь согреть её дыханием.
— Что за чертовщина?! — озвучил общую мысль Рэм, с опаской приблизился к столу, взял карандаш и, зажмурившись, быстро ткнул им в книгу. — Ух, от неё мороз как из холодильного шкафа! Этак снова зима настанет… Бьен, сделай что-нибудь!
— Что именно? — девушка поспешила переставить на подоконник горшочек с фиалками — на столешнице зримо заблестел иней.
— Не знаю! Заколдуй эту штуку!