Страница 70 из 178
А возможно ли, что и Мелисса тоже…? Но, получается, она не отмечена в реестре Верачет, иначе бы Густав об этом знал!
— Может, и буду, — Рэм наконец снял шляпу и расстегнул пальто. — Круадевер повёл себя в высшей степени нагло, беспардонно, но почему-то снискал расположение мамы. И твоё, — он обвиняюще указал пальцем на сестру. — Неужели вас, женщин, так легко умаслить всего лишь цветочками и напыщенными словами?
— Позволь прояснить всё, что ты проговорил, — строго сказала веритарчесса. — Во-первых, я к нему не
расположена
.
Для себя Бьен определила бы своё отношение к Густаву как «доверяй, но проверяй». В её понимании, каким бы он ни был галантным, каждое слово, произнесённое им, не становилось тут же благожелательной
Правдой
, возведённой в абсолют.
Рэм снова выразил своё мнение скептическим хмыканьем.
— Во-вторых, нашей матушке, как тебе известно, не так уж и трудно угодить, — продолжала Бьен, сделав вид, что ничего не слышала. — В-третьих, наглость Круадевер проявил только по отношению ко мне, и за свой поступок он искренне извинился. В-четвёртых, он меня не умасливал. О чём-то большем говорить ещё рано. Между прочим, братец, ты первым намекнул на возможность того, что он станет за мной ухаживать!
— Когда это было?! — возмутился Рэм.
— В понедельник утром. Ты уже забыл, как делился со мной свежими сплетнями?
— Я ничего такого не имел в виду!
— Верю, — успокоила брата Бьен. — Как верю и Мелиссе, и ситуайену Круадеверу. Оба они говорят
Правду
, и оба же что-то утаивают. Допускаю, что не намеренно.
— Это как?
— Не придавая существенного значения каким-нибудь мелочам.
Брат с сестрой немного помолчали.
— И что мы теперь делаем? — отважился спросить Рэм.
— Ситуайен Круадевер обещал заглянуть после обеда. До обеда ещё достаточно времени. Почему бы нам не навестить наших очаровательных соседок? — предложила Бьен.
Рэм воспринял это предложение с энтузиазмом и предварительно отправился на разведку (поскольку был ещё в уличной одежде и мог бы притвориться только что пришедшим). Вернувшись, Грандин-младший сообщил, что барышни-продажницы находятся в кабинете, ведут беседу и чем-то размеренно постукивают.
Затем Рэм шустро сбегал домой и принёс банку с печеньем. Бьен смастерила из бумаги аккуратный кулёчек.
После короткого, но довольно бурного спора было решено, что Бьен идёт к барышням в одиночку, а Рэм сидит в офисе, прислушивается и мчится на любой подозрительный звук с восклицанием «Сестрёнка, работа не ждёт!», а далее действует по обстоятельствам.
— Круадевер сказал, что они ведьмы, — почему-то прошептал Рэм, косясь на стену, за которой заседали продажницы. — И их двое, а ты одна.
— Не беспокойся. Если они попытаются сделать что-нибудь не-
Правдивое
, то тем самым дадут мне право дать отпор, — Бьен ободряюще похлопала брата по плечу. — И у меня есть заступник в твоём лице. Умоляю, только не влетай к ним с наскока! Убивать они меня точно не станут.
— А если они тебя проклянут какой-нибудь гадостью? К примеру, облысением? — трагическим шёпотом выдал Рэм.
— Тогда я обо всём расскажу Круадеверу, и пусть он с ними разбирается от имени Сантуара. Всё, я пошла, — Бьен взяла кулёк с печеньем.
На двери Тьяго висела табличка «Закрыто»; Подстрочник либо отправился обедать, либо был чем-то занят. Из-за двери продажниц доносились приглушённые ритмичные звуки.
На стук выглянула блондинка, и вместе с ней в коридор гулко выскочили размеренные щелчки.
— Добрый день! — Бьен постаралась сделать улыбку милой и смущённой. — Простите, если отвлекаю… Можно к вам?
Продажница смерила её заинтересованным взглядом и посторонилась.
Шагнув в битком забитый коробками и бумагами кабинет, Бьен увидела источник щёлканья: у стены высился небольшой усовершенствованный печатный станок, пачками выплёвывающий на пол пёстрые листовки. Темноволосая продажница сидела за столом.
— У вас к нам какое-то дело? — спросила блондинка.
— Кажется, подошло время перерыва на обед.
— Так и есть. Мы как раз собирались немного перекусить, — резковато бросила шатенка.
«И вам здесь делать нечего» — повисло в воздухе невысказанное.
— Значит, я очень вовремя! — обрадовалась Бьен. Продажницы уставились на неё во все глаза. — Наше с вами знакомство началось не слишком хорошо. Я хотела бы принести извинения за доставленные неудобства. Вот, это вам, — с этими словами она протянула кулёк блондинке. Та, после секундного колебания, взяла его и приподняла брови, увидев содержимое гостинца.
Затем девушки обменялись взглядами. Бьен ждала, продолжая улыбаться.
— Что было, то было, ситуайена. Извинения приняты. Попьёте с нами чаю? — миролюбиво предложила блондинка.
— С удовольствием!
Чай продажницы разливали по чашкам из большого термоса, вслух мечтая о том, что когда-нибудь приобретут в офис самонагревающуюся одноконфорочную плитку для готовки или хотя бы самонагревающийся чайник. Бьен вежливо выразила уверенность в том, что это произойдёт очень скоро.
За чаепитием и болтовнёй о всяких пустяках (погода, природа, мода и так далее) знакомство девушек ощутимо потеплело. Они даже перешли на «ты».
Бьен не ожидала, что все шероховатости предшествующих дней так быстро сгладятся, и держалась настороже, не забывая улыбаться и следить за тем, что говорит. Её собеседницы тоже не спускали с неё глаз, лучась ответными улыбками.
Открытая неприязнь сменилась нейтрально-осмотрительным обоюдным любопытством, и теперь стороны «прощупывали» границы друг друга, воздерживаясь от провокаций — до поры. Барышни знали, что Бьен знает или догадывается о присутствии самое малое одной биншш-ит. Бьен знала, что они это знают. Однако скользкую тему было негласно решено отложить до более удачного времени.
Распознать ведьм и колдунов биншш-ит практически невозможно — если только он (что очень редко) или она лично того не желает. Их выдают подвижные черты лица, быстро меняющаяся выразительная мимика, уклончивые речи и любовь к выпечке и сладостям… но и среди обычных людей подобные приметы не редкость. Менее известный признак — склонность биншш-ит к оживлению чем-то милых им неодушевлённых предметов: вселение бродячего духа-л’утэ, к примеру, в подушечку-игольницу, как это сделала мадам Фрайду. Было ли в офисе продажниц что-нибудь (кто-нибудь) подобное, Бьен затруднялась определить; такую вещь наверняка хранили в более надёжном месте.