Страница 152 из 178
Леммар внимательно посмотрел на него и сочувственно похлопал по плечу.
— Ты еле держишься на ногах, мой мальчик. Езжай домой. Ты нам понадобишься отдохнувшим и полным сил. Легко и просто это дело не закончится, придётся привлекать всех — государство, жандармов, веритарчеров…
Густав не стал спорить. Но прежде отдыха ему нужно было поговорить с ситуайеной Грандин.
Над Иннакартом, невзирая на творящуюся чертовщину, цвело чудесное весеннее утро. Тюльпанную улицу и Ландышевый Переулок разделяло небольшое расстояние, — и всё же Густав опоздал, ещё не зная об этом.
На крыльце аксиоманта встретил растерянный ситуайен Рузэ.
— Доброе утро, — поздоровался Густав.
— Доброе утро, — отозвался тот и добавил с откровенной прямотой: — Хотя у вас, пожалуй, не такое уж доброе. Вид у вас неважный.
— Служба, — лаконично ответил Густав.
— Не только у вас, я так понимаю, — Подстрочник глубоко вздохнул.
— Что-то случилось?
— Я не уверен. Вернее, не знаю, как вам объяснить… Взгляните сами, — Подстрочник махнул рукой, указывая на дом.
Вступив в проходную, Густав сразу ощутил, что Печати, обновлённые им несколько часов назад, перед самым уходом, должны были вот-вот рассеяться. Что-то подточило их изнутри, — и это могло быть только колдовство.
Озираясь, аксиомант увидел, что из его почтового ящика торчит знакомый футляр с инструментами.
Густав аккуратно вытащил его и проверил на ощупь. Как ему показалось, все предметы были внутри. Бьен ничего не взяла. Но зачем она пыталась засунуть футляр с инструментами в почтовый ящик?.. Если она хотела их вернуть, она могла бы…
— Зайдите в веритарчерство, — посоветовал Подстрочник.
Густав послушался и понял, что должен был зайти в офис веритарчеров в первую же очередь: дверь была чуть приоткрыта, а изнутри тянуло колдовством.
У каждого, кто регулярно имеет дело с искажением
Правды
, со временем вырабатывается нечто вроде чутья. И даже если после применения колдовства всё выглядит естественно, внутренний голос подсказывает, что это не так.
В офисе веритарчеров царил… разгромом или беспорядком назвать это было сложно, но сцена, представшая глазам Густава, была красноречивее любых слов: два просветителя в бессознательном состоянии, в искорёженном кресле — рыжеволосая девушка, без сомнений — та самая ситуайена Ажитэ, щеголявшая на балу в чёрном парике. Распахнутый настежь сейф, разбросанные по столу бумаги. На полу — разбитый горшочек с фиалками и рассыпавшаяся земля…
— Странно, что вы один, — сказала ситуайена Ажитэ и хрипловато рассмеялась. — Неужели вы опоздали? — сквозь смех выдавила она.
— Что здесь произошло?
— А то вы не видите, ситуайен просветитель! Ха-ха-ха! Проглядели колдунью под собственной крышей!
Густав шагнул к креслу, наклонился и сделал то, что хотела сделать Бьен — обеими руками схватил Мелиссу за лацканы плаща.
— Спрашиваю ещё раз: что здесь произошло? — чуть слышно произнёс аксиомант.
Не было нужды повышать голос.
Хлосса не выдержала его взгляда и отвернулась, сказав только:
— Спросите лучше их.
Густав разжал пальцы.
— Не вам решать, лучше или хуже.
Беглый осмотр показал, что старший из двоих просветителей погружён в сон, а его молодой напарник без сознания, но как раз начинает приходить в себя; его Густав оставил как есть, а старика бережно разбудил, — для этого почти не понадобилась аксиомантия.
Ситуайен Апре протёр глаза, провёл ладонями по лицу.
— Круадевер. Мне следует подать на вас жалобу.
— И по какой же причине?
— Не паясничайте! Вы знали, что веритарчесса Грандин — колдунья!
— Знал, — не стал отрицать Густав, присел на корточки и принялся собирать землю и фиалки в
целый
горшочек.
— И вы позволили ей свободно искажать
Правду
! — прокаркал Апре.
— Я принял под покровительство свою будущую жену и могу поклясться собственной жизнью, что она никогда не колдовала во зло. А вот вы поверили разыскиваемой Сантуаром хлоссе, — не оборачиваясь, бросил Густав. — Скажите же им
Правду
, ситуайена.
— Да, я хлосса, — вызывающим тоном сказала Мелисса Ажитэ. — Кровопийца.
Правда
.
— Шантажистка, обманщица, пособница колдуна-чертёжника, — перечислил Густав и поставил на стол горшочек с фиалками. — Я ничего не упустил? Ситуайен Апре, прошу вас и вашего напарника, займитесь ею. — Апре недовольно нахмурился, но кивнул. — А мне нужно срочно поговорить с ситуайеной Грандин.
— Боюсь, не получится, — сказал ситуайен Рузэ. — Она убежала за несколько минут до вашего прихода. Я только и видел, как она мчалась в сторону перекрёстка.
— Почему вы сразу об этом не сказали?!
— На тот момент я не знал, что здесь произошло… И я не знаю, куда именно она так спешила.
Мелисса Ажитэ улыбнулась и небрежно заметила:
— Это могут знать её родные. Перед тем как покинуть дом, она поднималась в квартиру.
Правда
.
Густав почти взлетел по ступенькам на второй этаж и забарабанил в дверь Грандинов. Ему открыли очень быстро.
— Ситуайен Круадевер! — растерянно, но как будто бы и с облегчением выдохнула мадам Катрина.
— Добрый день, мадам, — Густав поспешно снял шляпу. — Где ситуайена Грандин?
— Разве вы не встретились с ней? Она убежала буквально только что…
— И бежала так, будто за ней гнались черти, — добавила Медея, выходя из комнаты.
Не черти, а аксиоманты.
— Она что-нибудь сказала о том, куда спешит?
Женщины переглянулись.
— О том, куда идёт — ни слова, —
Правдиво
ответила Медея.
— Она просила отдать вам это, если вы заглянете, — мадам Катрина взяла с тумбочки и протянула Густаву перстень-фиалку.
Куда бы Бьен ни торопилась, она не взяла с собой ничего, что могло бы помочь ей в колдовстве.
Нет… Не совсем. Кое о чём она позабыла.
Ушко стальное, сердечко ноет, ни влаги, ни пищи — любимого ищет.
Сосредоточившись, Густав мог примерно определить, где она сейчас, но по-прежнему не знал, куда она направляется. От булавки удалось уловить только, что веритарчесса растеряна и напугана — и отдаляется с каждым мгновением.
Пришлось вернуться в веритарчерство. Апре к этому моменту окончательно пришёл в себя и осматривал своего юного помощника — тот сидел за столом и, морщась, потирал висок.
— Девчонка, а врезала точно дубиной, — пожаловался он, завидев Густава.