Проект "Будущее". Дилогия

Я выдержал паузу.

– … Как они заинтересуются Федиными сбережениями. С проблемой Генки Зарубина работники КГБ справились на «отлично». А то дело тоже не касалось безопасности государства. Я верю в стражей нашей страны. И в генерала Колосова – мудрого покровителя нашего проекта. У них наверняка большой опыт в решении подобных задач. Они обязательно что‑нибудь придумают.

– А если нет?

Надя повела бровью.

– Тогда решу эту проблему самостоятельно, – ответил я. – Время пока есть. Успею. И проясню для себя вопрос работы в команде. Чего она стоит и что мне от неё ждать. На примере решения вопроса с бандой Пескаря. Ведь это же не единственный вопрос, Наденька, который придётся решить. Сейчас я говорю не о своих «хочу», а о работе нашего проекта «Будущее». В будущем…

Музыка стихла – последнее моё слово прозвучало громко: курившая за соседним столом пара взглянула в нашу сторону. Мне показалось, что в затылок мне упёрлись сразу несколько взглядом. Кривой? Майор Иванов?

Я склонился вперёд, взял Надю за руку. Поднёс её пальцы к своим губам и поцеловал. Отметил, что Надя будто бы растаяла под напором моего пристального взгляда: улыбнулась, расслабилась – изобразила влюблённую девицу.

– В будущем, Наденька, есть много вопросов, которые ждут нашего решения. Есть те, которые случатся в любом случае. Стихийные бедствия, например. В наших силах лишь минимализировать ущерб от этих событий. Есть события, которые останутся только в моей памяти – если мы справимся со своей работой. А есть те, которые уже происходят: как работа банды Пескаря, например.

Я снова тронул губами костяшки Надиных пальцев и добавил:

– Таких событий много. Со всеми сразу не разберёшься. Кривой и Пескарь терроризируют город. Важно это для нашего проекта? Нужно ли прекратить их деятельность немедленно и каким способом? Вопрос спорный. Я бы поспорил. Чтобы понять приоритеты нашей работы. Я ведь знаю о будущем многое, Наденька. Что мне рассказать в первую очередь? А о чём вспомнить через год?

Я пожал плечами.

Надя улыбнулась, словно получила от меня букет комплиментов.

– Поясни, – сказала она. – Что ты имеешь в виду?

Я выпустил Надины пальцы – взял в руку бокал.

Откинулся на спинку стула и ответил:

– Именно то, что сказал. Кто решает, жить моему другу, или нет? Кто решает, останутся ли Пескарь и его дружки угрозой для моей Родины, или сойдут со сцены? Вот это я хочу понять, Наденька. Как мы работаем? По какому принципу? Что такое «работа в команде»? Понять не на словах – на деле. Чтобы решить, как правильно расставлю в своей работе приоритеты. Ведь можно работать по‑разному.

Я пригубил бокал, чуть зажмурился – насладился вкусовыми ощущениями.

В команде танцующих случилась замена. Красноносый мужчина всё же высвободился из объятий рыжеволосой партнёрши и сбежал за свой стол – в дальний от сцены конец зала. Ему на смену явились сразу два щекастых пузатых красавца в чёрных брюках с острыми стрелками и голубых рубахах. Женщины‑танцоры встретили их любопытными взглядами.

«Ясно вижу я в ночном тумане белый пароход…» – пропел Володин.

Танцы возобновились.

Теперь уже Надя склонилась в мою сторону.

– Саша, о каких приоритетах ты говоришь? – спросила она. – Ты же понимаешь: мы с тобой мало что решаем в работе проекта. У каждого из нас в нём своя функция. Ты рассказываешь о своём сне. Для остальных дел есть другие люди. Для который в проекте тоже прописаны чёткие функции. Бандой займутся. Но не мы. И не мы решим, как и когда это произойдёт.

Я кивнул.

– Согласен с тобой, Наденька: не мы. Но ведь и мы кое‑что решаем. Разве не так? Твоих рабочих моментов я не касаюсь – ты в них разбираешься лучше меня. Но ты правильно определила мою роль: я рассказываю о своём сне. Делаю это так, как считаю нужным. На вопросы тоже отвечаю, разумеется. Отвечаю прямо и честно. Но ведь ты сама понимаешь: спрашивают меня не обо всём.

Надя выбилась из роли влюблённой жены: нахмурилась.

– Не понимаю, – сказала она. – Саша, к чему ты клонишь?

«…А море синее, – пропел Федя, – а волны сильные…»

Группа танцором отреагировала на припев песни радостными криками. Разговоры в зале прервались – почти все гости ресторана взглянули в сторону сцены. Посмотрели туда и мы. Я отметил, что рядом со сценой остановилась «чернявая» официантка – она улыбнулась, посмотрела на вокалиста ансамбля. На лице которого сейчас скрестились десятки женских взглядов.

Федя со сцены сообщил:

«…Но нет желания, скажу заранее…»

– Саша!

Я повернулся к Наде.

– Саша, – повторила Надежда, – ты не мне так и не объяснил: о чём тебя не спрашивают?

«…Сойти на берег, – ответил ей Володин, – с того корабля…»

– Пока мы беседуем только о глобальных событиях, – ответил я. – Но кроме них случилось и много других. О которых у меня пока не было повода упомянуть. Я ничего не скрываю. Но всё и сразу рассказать не способен. Важное ли это дело в масштабе нашей страны спасти Федю Володина? Кто это решит? Это спорный вопрос – соглашусь с этим. Но ведь есть и другие похожие вопросы.

– Например? – спросила Надя.