Страница 96 из 106
Глава 20. Верни мне мои семь лет
Глава 20. Верни мне мои семь лет
Большой зал Королевской Палаты Клятв я раньше видела только на торжественных аттестациях.
Здесь приносили присягу мастера высшей ступени, утверждали сложные междомовые договоры и рассматривали споры, которые затрагивали не одну семью, а сам порядок применения закона. Высокие окна пропускали холодный утренний свет, стены были почти пустыми, а вместо привычного судейского стола в центре стоял полукруг из семи мест.
Сегодня все они были заняты.
Три старших мастера Королевской Палаты Клятв.
Два представителя Коллегии магического права.
Судья Летта Арвен.
И королевский уполномоченный по автономным драконьим институтам.
Я села рядом с Мерисой.
Адриан находился напротив, вместе с Крастом Лейном. Чуть дальше — Гаррет Норн и его адвокаты. За ними представители Палаты Огненных Союзов.
Норн выглядел так же, как всегда.
Спокойно.
Собранно.
Ни следа человека, которого утром привели разбирать систему, созданную при его непосредственном участии.
Я смотрела на него и ничего особенного не чувствовала.
За последние недели он перестал быть для меня загадкой.
Это оказалось полезнее ненависти.
Летта Арвен открыла заседание.
— Сегодня коллегия рассматривает три связанных вопроса. Первое: правовая природа передачи семи стандартных единиц жизненного ресурса от Ливии Морен к Адриану Ревалю в период их брака. Второе: действительность внутреннего механизма ОП-1-С при отсутствии отдельного информированного согласия владельца жизненной нити. Третье: исполнение остаточного обязательства в размере одной стандартной единицы.
Она сделала короткую паузу.
— Вопрос уголовной ответственности конкретных должностных лиц сегодня окончательно не решается. Материалы, свидетельствующие о возможных преступлениях, рассматриваются только в объеме, необходимом для оценки законности гражданского механизма. Уголовное производство будет продолжено отдельно.
Именно так мы и договаривались.
Сегодня Норн не должен был получить приговор за все.
Сегодня я должна была получить свое.
Первой выступала Эйда Торн.
Она объясняла устройство нашей брачной печати без красивых магических терминов. Внешний слой соответствовал подписанному нами договору. В нем действительно существовали взаимная защита, доступ к части родового контура, аварийная поддержка супруга и стандартные огненные функции.
Под ним находился закрытый модуль.
ОП-1-С.
Одна активация в год.
Источник — ЖН-С.
Живая нить супруги.
Объем — одна стандартная единица.
Получатель — драконье ядро супруга.
Семь подтверждений брака.
Семь передач.
— Содержит ли открытый брачный договор Ливии Морен указание на ежегодное отчуждение стандартной единицы жизненного срока? — спросила Летта.
— Нет.
— Содержит ли ежегодная форма обновления союза такое указание?
— Нет.
— Обнаружили ли вы отдельное техническое или гражданское согласие Ливии Морен?
— Нет.
— Могла ли она как мастер второй ступени самостоятельно увидеть ОП-1-С в день заключения брака?
Эйда покачала головой.
— Не без вскрытия закрытой сертифицированной матрицы, которое церемониальный мастер не проводил и которое не предусматривалось стандартной процедурой.
Адвокат Огненных Союзов поднялся.
— Правильно ли я понимаю, что закрытые технические функции в принципе допустимы в сложной брачной магии?
— Конечно.
— То есть сам факт отсутствия их полного технического описания в гражданском тексте не делает печать незаконной.
— Нет.
— Благодарю.
Он сел.
Я заметила, как Мериса сделала отметку.
Никто не спорил с тем, что брачный договор не обязан объяснять человеку устройство каждого защитного узла.
Проблема была не в сложности.
Проблема была в том, что один из этих узлов забирал имущество, которое закон относил к особо охраняемому.
Орен Тааль выступал следующим.
Он принес не оригинал древней формы, а заверенную историческую копию, которая уже много раз проходила по делу.
Супружеская опора жизненного контура.
Форма первого типа.
ОП-1.
Она существовала задолго до современных Огненных Союзов.
— Был ли механизм жизненной поддержки дракона супругом изначально незаконным? — спросила Летта.
— Нет.
— При каких условиях он применялся?
Орен перечислил.
Тяжелое повреждение ядра.
Отдельное объяснение.
Добровольное согласие.
Точно указанный объем.
Независимый свидетель.
Регистрация.
Обязательный возврат после выздоровления или прекращения брака.
— Могло ли согласие на сам брак считаться согласием на жизненную передачу?
— Нет.
— Почему?
Орен посмотрел на адвоката Огненных Союзов.
— Потому что человек имеет право вступить в брак, не становясь донором жизненного ресурса. Закон различал эти действия даже тогда, когда большинство нынешних институтов еще не существовало.
Адвокат поднялся.
— Но древняя форма создавалась в другой правовой системе.
— Конечно.
— До современной автономии драконьих домов.
— Да.
— До реформы внутреннего контроля.
— Да.
— Следовательно, ее правила не могут автоматически применяться ко всем современным огненным функциям.
Орен даже не изменился в лице.
— Автономия может менять процедуру регистрации. Она не может без прямого закона отменить право владельца жизненной нити знать, что у него забирают жизненный ресурс.
— Вы утверждаете, что существует абсолютный запрет на отраслевое регулирование таких передач?
— Нет. Я утверждаю, что отраслевое регулирование не превращает чужой год жизни в техническую деталь чужого ядра.
В зале стало очень тихо.
Вот за это я и любила Орена.
Он мог сорок минут издеваться над моей пунктуацией.
А потом одной фразой вытащить из сложного закона самую важную вещь.
После него выступали врачи.
Айра Сен объяснила мое состояние до возврата.
Лоран Дейл — динамику после каждой реституции.
Не обещания.
Не предположения о том, сколько именно календарных лет я проживу.
Измеримые показатели.
Объем живой нити.
Скорость восстановления.
Устойчивость магии.
Изменение хронической слабости.