Страница 93 из 99
«Уверен, что они такие же сладкие, как твои губы», – с отвращением прочла Нинель на подарке, а Лиззи решительно сунула коробку в мусорную корзину.
— Я не буду их есть. Вдруг там какое-нибудь приворотное зелье? И вообще эта шутка затянулась.
— Это совсем не смешно, – подтвердила Макенна, которой не больше Лиззи нравилось, что кто-то выдает себя за ее журналиста. – Не хочешь рассказать об этом жениху и полиции? – встревоженно уточнила она.
— Хочу. Габриэль вернется сегодня из Мантерры, вот и расскажу, – пообещала Лиззи, смяв записку в кулаке.
Можно подумать, мало ей хлопот перед свадьбой, чтобы беспокоиться еще и из-за таинственного поклонника!
Камин в гостиной топили только зимой, больше для антуража – для отопления дома хватало встроенных в стены магических камней. Но перед Изломьем, когда в углу комнаты стояла пушистая ель, украшенная длинными стеклянными бусами, и повсюду пахло сладкими фруктами и орехами, огонь в камине и треск поленьев становились завершающими штрихами для создания праздничного настроения.
Увы, последние новости подпортили настроение гостей и хозяев дома.
— Говоришь, присылает подарки каждый день? – Брат хмурился, разглядывая принесенные Лиззи записки. Увядший букет она давно выбросила, а духи и шоколад принесла, попросив Габриэля передать их на магическую экспертизу. – Курьер его не описал?
— Курьеры разные были. Из отличительных особенностей запомнили оспинки на лице. А так – обычный джентльмен среднего роста в плаще и шляпе. И поверь, это еще подробное описание.
— Зато мы знаем, что это не женщина, – заметила Роуз, аккуратно вытерев губы и положив на блюдечко кусочек песочного печенья. Рядом стояла чашка с подогретым молоком – кузены замерзли, пока в снегопад добирались в гости, и Габриэль настоял на перекусе до ужина. – Испортить настроение перед свадьбой вполне в духе миссис Сандерс.
Лиззи покачала головой.
— Она, конечно, до сих пор злится на меня, но до подобных шуточек не опустится.
После выступления Остина на суде миссис Сандерс перестала распускать о ней слухи и демонстративно игнорировала Уоллисов при встречах. Но, честное слово, лучше бы за подарками стояла эта змея! Лиззи хотя бы знала, чего ждать!
— Не понимаю, почему именно Аркано? Дался ему мой псевдоним! – в растерянности пробормотала журналистка.
— А я не удивляюсь. – Роуз подхватила спящую у камина Бланш и усадила к себе на колени. От удивления кошка даже вырываться не стала и, потоптавшись на шерстяной юбке, свернулась в клубок. Кроме миссис Уоллис, Роуз была единственной, кому она позволяла подобные дерзости. – В городе ходят слухи, что у вас с Аркано роман. Сама подумай, ты уже год пишешь с ним статьи, ты – единственная женщина в его окружении. Помимо Макенны, конечно, но ее вряд ли будут рассматривать как возлюбленную таинственного журналиста. К тому же недавно ты отказалась от выгодного родства с Сандерсами.
— Потому что на следующей неделе выхожу замуж за твоего брата, – ворчливо напомнила Лиззи.
— Поверь, это еще больше подстегивает сплетни. – Роуз почесала разомлевшую Бланш за ухом. – Что если рамол просто задурил тебе голову, а твоя настоящая любовь всегда была рядом, в тени? Или помолвка с мистером Марино – всего лишь предлог, и вскоре вы расстанетесь по надуманной причине? Вот о чем болтают местные кумушки. Тайлер, а ты что молчишь?
— Этот даритель слишком хорошо знает Лиззи, – хмуро проворчал тот, перебирая записки. – Или это кто-то из окружения, или он устроил слежку. И мне это очень не нравится.
На лице гадальца заиграли желваки, и Лиззи накрыла его ладонь своей. Ей и самой было не по себе от сложившейся ситуации, но, когда поделилась, стало чуточку легче.
Кузены остались на ужин. О таинственном поклоннике больше не говорили, чтобы не тревожить родителей. Обсудили детали предстоящей церемонии – гостей на праздничном обеде надо было рассадить так, чтобы никого не обидеть, но и не спровоцировать на конфликт. Увыё далеко не все родственники Лиззи отличались терпимостью к рамолам, дедушка и вовсе отказался приезжать – хотя насчет последнего Лиззи не расстроилась.
«Какая свадьба без хорошей драки?» – пошутил мистер Уоллис, когда план рассадки в очередной раз пришлось переделывать: Габриэль не вовремя вспомнил, что за тетей Фелицией по молодости ухлестывал рамол, и они разругались перед самой свадьбой. Миссис Уоллис посмотрела на мужа испепеляющим взглядом – лучше бы помог, чем зубоскалил! – и тот больше не вмешивался. Если его драгоценная супруга планировала идеальную свадьбу, так тому и быть.
После ужина с гостями тепло распрощались, договорившись встретиться завтра в это же время. Лиззи тоже не стала засиживаться в гостиной допоздна, рабочий день и история с фальшивым Аркано вымотали ее.
— Вам бы лечь пораньше, совсем не высыпаетесь, – посетовала горничная, помогая расшнуровать корсет.
Ловко расправилась с прической, добавила в горячую ванну несколько капель лавандового масла.
— Спасибо, Софи, дальше я сама, – улыбнулась Лиззи, пробуя кончиками пальцев воду.
Горничная укоризненно вздохнула.
— Лягте сегодня пораньше, – настойчиво повторила, прежде чем выйти за дверь.
Девушка хихикнула и, по шею погрузившись в горячую воду, прикрыла глаза. Ароматный пар расслаблял, но спать совершенно не хотелось. Тревога в груди сжалась комком и спряталась где-то в глубине, сменившись нетерпеливым ожиданием и легким изумлением от собственной дерзости. Лиззи даже не вздрогнула, когда мужские ладони скользнули по ее плечам.
— Мы так не поговорим, – пробормотал Тайлер ей в ухо, не выдержав и коснувшись губами капелек влаги на плече. От его взгляда – жаркого и бесстыжего, вода будто стала горячее.
— А ты не наговорился за ужином? – Лиззи откинула голову, подставляя под поцелуи шею, и охнула, когда его руки скользнули под воду в короткой, но чувственной ласке, пока только дразня.
Но миг – и ее подняли, разбрызгивая воду по всей ванной. «Софи наверняка будет ворчать», – мимоходом отметила Лиззи, теряясь в ярких откровенных прикосновениях. Она не сомневалась, что горничная догадывается о визитах гадальца.
— Не наговорился, – спустя долгую паузу отозвался Тайлер, но Лиззи видела, скольких усилий ему стоило продолжить разговор. – Почему ты не сказала мне сразу?
— О букете? Не хотела волновать по пустякам.