Командир. Трилогия

– Потерпи, главное живой, – ответил я, когда мы укладывали носилки в кузов машины.

Через минуту машина с Вагой уехала с лётного поля, а механики принялись убирать повреждённый самолёт.

Спустя полчаса мы с Коровиным и Храмцовым готовились выслушать доклад от Шамиля и Арарата о проведённом бое с мессерами. Василий Иванович сидел на своём месте, постукивая карандашом по столу. Я же сидел чуть в стороне и готовился увидеть «театр одного актёра».

– Так, кто первый доложит, кто и что видел? – спросил Коровин.

– Товарищ майор, а разрешите мне начать, – предложил Мусаев.

– Давай, Шамиль. Что там произошло.

Естественно, что Мусаев не был сдержан в выражениях. Его комбинезон был тёмным от пота, шлемофон съехал набекрень, а взгляд был настолько яростным, что он бы с таким настроением мог на танк голыми руками броситься.

– Командир, вай, что это было! Мы этих «худых» видим издалека. Вот‑вот бы могли нас зажать, как баранов, честное слово. Но мы выкрутились. Вага… эм… лейтенант Рустамов в одного попал, потом в другого. Я вслед за ним сманеврировал. Ну как нас Андрей Николаевич учил…

Коровин прокашлялся, понимая, что Мусаев слишком долго будет объяснять весь бой.

– А более сжато, можешь? Как попали в Рустамова.

– Кхм, да, товарищ майор. Я извиняюсь, просто эмоции. И тут с солнца падают эти мессеры. Вай ме, товарищ командир, я вам говорю, это непростые немцы были…

– Так, ясно. Старшина, ты что скажешь, – передал Коровин слово Арарату.

Хачатрян выдохнул и продолжил, но уже более спокойным тоном.

– Настоящие эксперты, товарищ майор. Шли в парах так плотно, словно верёвкой привязанные. Ни одного лишнего манёвра. Они свалились так, что я даже моргнуть не успел. Сразу в клещи взяли, грамотно и без суеты. Стреляют короткими, злыми очередями, и прямо в кабину целят. Всё, что в нас летело от них, прошло рядом с фонарём.

– Ударили один раз и ушли, верно? – спросил Храмцов.

– Да. Я таких видел. Редко появляются, но метко. И не идут в ближний бой, – ответил Арарат.

Коровин поблагодарил ребят за работу и дал указание написать рапорта по поводу сбитых или подбитых самолётов.

Как только парни вышли из землянки, Коровин продолжил обсуждать.

– Старшина Хачатрян – лётчик опытный, так что склонен ему верить насчёт оценки этих двух пар «стервятников». Они нам уже много крови попили. Так дело не пойдёт, мужики, – сказал Василий Иванович и стукнул кулаком по столу, сжав нижнюю губу.

– Что предлагаешь, командир? – спросил Храмцов.

– Быть внимательнее. Арарат правильно сказал – в ближний бой они не лезут, – ответил Коровин, отпивая из железной кружки чай.

– Для них это как соревнование. Мол, кто больше собьёт. Вот они и больше одной атаки не делают, – добавил я.

– Согласен.

Я взял со стола свою кружку, в которой был налит мой чай. На ободке кружки были сколы. Пока я их рассматривал, в голове сплелись различные мысли об этих «экспертах» и состоянии Вагифа. А ещё тот факт, что нам нужно кого‑то отправлять к десантникам.

В эту же минуту в землянку вошёл Александр Витальевич Гаврилов и комэск первой эскадрильи Шадрин. Заместитель Коровина выглядел уставшим, утирая со лба пот и расстёгивая свою кожаную куртку.

– Так мы долго не сможем держать эту станцию. Если немцы пришлют больше Юнкерсов и Мессершмиттов, мы уже не отобьёмся, – произнёс Гаврилов, присаживаясь рядом со мной.

Ростислав Шадрин ходил рядом со столом связиста, поставив руки в боки.

– Я вас не понимаю. Не паникуйте, Александр Витальевич. Вы же знаете, что не число… – начал говорить Храмцов, но Гаврилов его остановил.

– Вы всё прекрасно поняли, товарищ политрук. Я не паникую, но самолётов у нас мало, – добавил Гаврилов.

Коровин встал из‑за стола и посмотрел на свои наручные часы. За окном уже почти стемнело, так что надо было решить ещё один вопрос.

– Так, Вагиф у нас не сможет отправиться в окопы. Как у него состояние, Андрей?

– Сильно порезано лицо, но чего‑то фатального нет. Должен вернуться в строй быстро.

– Хорошо, тогда к десантникам поедет… – сказал Коровин и прервался, посмотрев на всех нас.

Действительно, времени кому‑то сейчас всё объяснять особо нет. Я и Вагифу‑то до конца ничего не объяснил. А здесь уже время поджимает. Так что надо кого‑то совсем грамотного посылать. Того, кто присутствовал при обсуждении взаимодействия с командиром полка штурмовиков.

Гаврилов прокашлялся и начал вставать со своего места. Похоже, Александр Витальевич решил проявить инициативу.

– Командир, думаю, что это должен быть я.

Коровин задумался, сурово посмотрев на Гаврилова. Во взгляде командира полка было какое‑то недоверие к своему заместителю.

– Нет, Виталич. Поедет Михайлов, – ответил Василий Иванович.