Командир. Трилогия

Глава 2

Через минуту мы с Коровиным уже шли к самолётам. Комполка куртку не надевал несмотря на промозглый ветер и осеннюю прохладу. Да и настолько Василий Иванович был «раскочегарен», что он мог бы и в одной нательной рубашке сейчас ходить.

Пока мы шли, я спросил где мой лётчик Шамиль Мусаев. Когда мы только приземлились, на аэродроме подскока был один самолёт. Так что выходит, что помимо разбитого самолёта Артемьева и ЛаГГа, на котором в составе дежурной пары летал Храмцов, мы потеряли четыре самолёта только за это утро.

– Шамиль твой… в рубашке родился. После взлёта его подбили.

– А как сел?

– Лётное поле пропахал, но сел. Выскочил и самолёт вспыхнул.

Рад, что Шама жив. Главное, чтобы он не поймал такой же ступор, что и Кожин.

Со всех сторон все пытались отвлечь командира, узнавая у него что делать, а что пока не следовало.

– У нас десять тонн в бочках и полная цистерна в заправщике. Надолго этого не хватит, – объяснял командир БАО Максим Болтов, который пристроился к нам сразу после выхода из палатки.

– Негусто. Что дальше будешь делать?

– Я на станцию отправил людей. Может там что найдётся. На аэродроме разбомбили всё. С командованием связь пока не установил…

Коровин сжал кулаки и остановился, сурово посмотрев на Макса.

– То что ты мне назвал, это неснижаемый войсковой запас горюче‑смазочных материалов в размере от 3 до 5 заправок. Где топливо? Никогда не поверю, что у «тыловика» нет где‑нибудь припрятанных бочек, – произнёс Василий Иванович.

– Командир, все припрятанные бочки сейчас здесь. Это я вам как «тыловик» говорю. Не то сейчас время, чтобы о припасах думать.

Командир полка выдохнул и хлопнул Макса по плечу.

– Ладно, товарищ интендант 3 ранга. Достань мне бензин. Где хочешь, – произнёс Коровин сквозь зубы.

– Сделаем, – кивнул Максим, поправил фуражку и ушёл к группе красноармейцев.

Несколько человек, вооружившись сапёрными лопатами, копали несколько окопов рядом со стоянкой. У одного из бойцов руки были неаккуратно перевязаны бинтами.

В этот момент навстречу выбежал и сам Мусаев.

Пока Коровина вновь отвлёк на себя Максим Болтов, я смог поговорить с Шамилем. Он явно не был в ступоре. Скорее, наоборот, чересчур возбуждён.

От Мусаева пахло гарью, его шлемофон съехал набекрень, а на чумазом лице сияла широченная улыбка.

– Командир, мамой клянусь, чудо было, – затараторил он, активно жестикулируя.

– Это не чудо, а просто ты всё сделал правильно.

– Вай, ме! Но как это всё было. Я только взлетел, шасси убрал и вижу мессер. Вот как тебя вижу. И этот там на борту… голубь.

– Ворон, плачущий с зонтиком, – произнёс я.

Шамиль кивнул и продолжил рассказ. Вновь мы пересекаемся с этими ребятами из 51 эскадры. Наверняка хотят реванш за своего Мёльдерса.

– Я залп выпустил и не попал. И только сел на хвост одному, как двигатель закашлял. Вот как старый ишак моего деда Казбека. Но я посадил. Представляете, посадил и сам живой.

– Это хорошо, молодец. Самолёт тебе дадут. Не сейчас, конечно, но дадут, – ответил я.

В таком возбуждённом состоянии брать с собой Шаму нельзя. Я его отпустил к остальным ребятам, а сам подошёл к командиру полка. Как раз он закончил общаться с интендантом.

Только я подошёл, как Коровин вновь достал папиросу и начал искать спички по карманам.

– Такими темпами нас надолго не хватит. На станции, оказывается, был эшелон с топливом для нас из резервов. А теперь его нет.

Мы уже подошли к самолётам, когда Коровин махнул Гаврилову, чтобы тот пришёл к нам. Остальные мои лётчики сидели под деревьями, обсуждая прошедший вылет. Но сейчас к ним ворвался со своим рассказом Шамиль.

– Мы вчера одну атаку Юнкерсов отбили на станцию. И там были цистерны. Их не убрали со станции? – спросил я.

Василий Иванович начал зажигать спичку, но она у него сломалась. И оказалось, что больше у него их не осталось.

– Не знаю. Вот бойцы Болтова приедут и спросим. Карту давай, – сказал Коровин, и я протянул ему планшет.

– Василий Иванович, ты думай что хочешь, но эта площадка нам защиту не даст. Вечером отсюда нужно уходить.

– Знаю. Я уже сказал Болтову, чтобы сильно не окапывались. А то уже и санчасть вон развернули. Давай к делу.

В это время подошёл к нам и заместитель Коровина. Майор Гаврилов выглядел всё таким же хмурым, как и в госпитале. Лицо было напряжено так, что вена на его виске вздулась.

– Виталич, ты даже не зашёл, – сказал ему Коровин.

– Разбирал вылет, – ответил Гаврилов.

– То что разбор провёл, это хорошо. Теперь слушаем нашу задачу. Времени совсем нет, – посмотрел на часы командир и показал на карте точку.

Это был Дмитриев‑Льговский на подлёте к линии фронта. От нас он примерно в 50 километрах. Коровин рассказал, что через 15 минут мы должны будем взлететь и выйти строго на данный населённый пункт.

– Высота 1000–1500. Михайлов будет старшим. Ты Виталич пока на аэродроме. Есть дела организационные.

Заместитель кивнул, не отрываясь от карты.

– Значит так, Андрей, выходишь с группой в точку встречи и ждёте «горбатых». После работы ведёте их до траверза Навли и возвращаетесь сюда. Вопросы?

– У меня нет, – произнёс Гаврилов, посмотрев на меня.

– А у меня есть… поправки, – ответил я.

Коровин закатил глаза и сложил руки на груди.

– Ещё бы ты ничего не сказал. Что у тебя? – спросил командир полка.

– Предлагаю пойти «этажеркой». Первая пара на 1500 метрах, а тройка перестроится в пеленг и пойдёт на 2500. Предлагаю моей тройке лететь чуть впереди на несколько километров. Это…

– Зачем? – проворчал Гаврилов.

– Это нужно для того, чтобы связать мессеры боем ещё на подлёте.

Заместитель Коровина только пожал плечами, но спорить не стал.

– Ещё один момент, перестроимся на дистанцию 200–300 метров друг от друга. Мы с Пупкиным впереди, а рядом… кстати, кого я беру на задание? Или определяю сам? – уточнил я у Коровина.

Василий Иванович резким движением остановил прошедшего рядом с нами Пупкина и попросил у него спички.

– Определяй сам.

Определишь тут! Кроме меня и Пупкина остальные пары уже перемешались. Слава Булкин пока остался без ведущего, поскольку когда к нам сможет добраться Артемьев, непонятно. Рустамов был с Шамилем, но тот пока что требует времени на отдых.

Пара старшины Арарата Хачатряна и сержанта Кожина тоже пока не в полном составе. В любом случае придётся делать сборную солянку.