Страница 108 из 262
– Ну, раздевайтесь, товарищ лейтенант, – скомандовала она звонким голосом.
Я медленно подошёл к товарищу Куйко и остановился. Снял с себя одежду, оставаясь в одном нижнем белье.
– Зиночка, поаккуратнее с ним. Он к нам с неба упал, – услышал я голос Рудакова из‑за ширмы.
Эта самая Зиночка совсем не смутилась и присела на корточки.
– Постараюсь. Так, товарищ лейтенант, давайте побыстрее, – сказала Куйко и резко сняла с меня трусы парашюты.
Надо было увидеть её выражение лица. Мне показалось, что серые глаза девушки сейчас выпрыгнут. Я даже и не знаю, что её так удивило. То, что я без трусов перед ней или то, «что» она увидела под трусами.
– Ба, вы что лётчик⁈ – улыбнулась Зиночка.
Хочется спросить, по какому из признаков она это определила. А точнее, до того как сняла с меня трусы или уже после.
Я с трудом, но пытался сохранять оперативно‑тактическое лицо. Однако от того как меня обрабатывала Зиночка, это было невозможно.
Она взяла корнцанг и зажала в нём комковатую вату. Следом она опустила его в бледно‑розовый раствор марганцовки и начала мне промывать порез начиная от области паха и ниже.
Следом она взяла йод, чтобы пройтись по краям раны.
– Держитесь, герой. Сейчас будет немножко щипать, – нежным голосом предупредила она.
Вот это вот «немножко» оказалось настоящим методом инквизиции. Когда йод коснулся края раны, я судорожно втянул воздух. И это сквозь сжатые зубы.
– Ну, что вы, лейтенант. Это же йод. Чуть‑чуть пощипает и пройдёт.
– Но до этого момента приходится терпеть. Оу! – воскликнул я.
– Ну не переживайте. Давайте я вам подую, – сказала Зиночка и старательно сложила губы трубочкой, чтобы подуть на рану.
– Зиночка… ау. Вы бы не дули так… усердно, – воскликнул я, как будто мы с ней не рану обрабатывали, а кое‑что другое делали.
Девушка от таких эмоций, которые были у меня, только ещё шире улыбнулась.
Следом Зиночка принялась мазать мне порез мазью Вишневского. Запах дёгтя моментально наполнил всю палатку.
– Руками‑то не машите, товарищ лейтенант. С мазью Вишневского заживёт до свадьбы. Пахнет, конечно, сильно, но зато гноиться не будет.
– Успокоили, – ответил я и опустил глаза вниз.
В этот момент мы встретились с ней взглядами. Пускай и в такой комичной ситуации, но она мне мило улыбнулась.
– Ничего, лейтенант, быстро заживёт. Вы кстати с какого полка? – спросила она.
– 139‑й истребительный полк.
– Ой! С Тройкино? Так, у вас же мою золовку туда распределили. Наташку Рубель. Мы с ней в Вязьме в медицинском учились и нас…
А я‑то думаю, что‑то в них есть родственное!