Страница 25 из 65
— О шептунах. Я вроде как шептунья. – Я оробела и ойкнула, когда старик схватил меня за локоть и силой поволок в башню.
Дверь под его взглядом раскрылась сама по себе, а я не на шутку перепугалась – к тому ли человеку я попала? Говорил же мне Финист, чтобы не рассказывала о своём даре направо-налево!
— С ума сошла? Никто о таком не кричит. Ты бы ещё грамоту вывесила – раздаю бесплатно силу, бери кто хочет, – прошипел старик, захлопнув за нами дверь.
Мы оказались в кромешной темноте. Я отпрянула, задела что-то ногой, и это что-то со звенящим грохотом разлетелось по полу. Замерла как мышь под веником, а то ещё что-нибудь сломаю!
— Вы ведь господин Вран? – робко уточнила я.
— Кто же ещё? Дура неуклюжая, – проворчал он. – Огонёк зажечь не хочешь?
— А где я его возьму?
Над моим плечом повисла светящаяся бабочка, а лицо старика оказалось так близко, что сердце от испуга в пятки ушло.
— Ты вообще колдунья? – Колдун с подозрением уставился на меня, а бабочка попробовала сесть на плечо.
Я отмахнулась от неё: в отличие от настоящей, наколдованная бабочка обжигала и была колючей.
— Шептунья всё-таки, – сам себе ответил старик. – Обычный человек её не приметит, колдун половину силы потеряет, притронувшись, а вот шептун.. – Он указал на бабочку, которая стремительно росла в размерах и со звоном превратилась в маленькую птичку. – Только над силой, как вижу, властвовать ты не умеешь. Ладно, поднимайся в башню, поговорим.
— А вы?
— За тобой пойду. Думаешь, я такой молодой, чтобы через ступеньки скакать? Подождёшь.
Он подтолкнул меня в спину узловатой ладонью. Птичка освещала винтовую лестницу, и я шла, шла, шла.. Когда преодолела последнюю ступеньку, уселась в проёме, не в силах отдышаться.
— Долго же ты, – раздался за спиной голос шептуна.
Я аж подпрыгнула. Старик сидел в кресле с огромной книгой, и я уставилась на него, как на видение. Как он меня обогнал? Лестница узкая, он точно мимо не проходил.
— Если хочешь колдовать, приводи себя в порядок. Побольше бегай, гуляй на свежем воздухе. Плавать тоже полезно, – посоветовал Вран, глядя, как я глотаю ртом воздух, будто выброшенная на берег рыба.
— К-как.. как вы здесь оказались?
— Поднялся. Наверх ведёт много путей, – многозначительно ответил он и указал на сундук. – Садись.
Комнатка была небольшой, но с высоченным потолком, под которым висели высушенные звериные шкурки и пучки трав. На полках лежали черепа, цепи, старинные тома с непонятными символами, раскрытые на зловещих гравюрах, слегка посеревших от пыли. Шептун будто хотел показать гостям, что занимается именно колдовством. Неужели всё для того, чтобы отвлечь от своей настоящей силы?
— Чего ко мне пришла? – Вран рукой приманил к себе кубок. Для него колдовство было настолько обыденным, что он, кажется, дышал им.
— Расскажите о шептунах.
— Рассказать ей, ишь ты! Может, тебя ещё в ученицы взять?
— А можно? – обрадовалась я, и шептун закашлялся противным смехом.
— Обязательно, только башню намою. Негоже девице в пыли сидеть.
— Ну, башню, допустим, я вам и сама помыть могу, – догадавшись, что он насмешничает, ответила я. – А вот колдовству научиться хотелось бы.
— Какой мне с тебя толк? – отмахнулся старик. – Девок я в ученицы не брал и не буду! Если это всё, что спросить хотела, – уходи.
— А если Финист Кощеевич попросит? – закинула я пробную удочку. Финиста тоже уговорить предстояло, но с ним, верилось, проще будет.
— С чего бы ему ради какой-то девки стараться?
— Муж он мне! – Я с гордостью показала брачный браслет.
— Кха! – Старик едва не подавился вином. Вытер бороду рукавом. – Никак спятил мальчишка. – Он покачал головой, отойдя от первого изумления. – Как же его до сих пор твоей силой не разнесло, когда вы любитесь? Или.. бережёт он тебя?
Я покраснела, и моё лицо, надо думать, было красноречивее слов.
— Что значит – разнесло? – уточнила я осторожно.
— На куски разорвало, силой колдовской сплющило да всего наизнанку вывернуло, – описал старик. – У обычных колдунов, в отличие от шептунов, колодец силы не бездонный. Кинь туда побольше – и пойдёт сила веселиться в крови. А коли много её – бум! – и нет колдуна. Так что пока ты над силой своей власть не обретёшь, постельные утехи вам лучше оставить. Эй, а чего это ты посерела? Плохо, что ли?
А я и вздохнуть не могла, в глазах потемнело, так дурно стало, что хоть самой не живи. Вот дура! Сегодня по глупости своей, по жадности до любви, могла убить Финиста!
Если бы Вран вовремя не сунул мне под нос вонючую склянку, я точно лишилась бы чувств.
— Ну и малахольная ты девица. – Он неодобрительно покачал головой, убирая склянку обратно на полку к целому ряду разноцветных колб и баночек. – Ну что, передумала в обмороки падать?
— Да, спасибо.
Я с трудом сдержала подкативший к горлу комок. Всё ещё трясло от мысли, что муж мог пострадать из-за меня.
— Похоже, переусердствовал я с устрашением, – признал старик, разглядывая меня со смесью жалости и раздражения. – Не умер бы Финист, не переживай так. Он малый смышлёный, почувствовал бы переполнение силой. Может, стёкла разбились бы от её выброса, голова поболела бы. Но сам не окочурился бы. Я в него в своё время вбухивал больше чем надо – он научился терпеть.
— Точно? – переспросила я. Почему-то сейчас, хотя опасность миновала, это казалось очень важным.
— Точно. – Вран вернулся в своё кресло, щелчком пальцев зажёг камин. Потеребил бороду. – Значит, учиться хочешь?
— Хочу, – ответила не колеблясь.
Я должна владеть своей силой. Безумие – по случайности и незнанию отдать или забрать слишком много! Уж лучше тогда отшельницей стать и спрятаться где-нибудь подальше от людей. В высокую-превысокую башню..
Вскинула голову, по-другому посмотрев на Врана. Вот что понудило его укрыться от остальных – страх за близких! Вот что сгоняло с насиженных мест и заставляло прятаться и обрывать все связи. Неужели и меня ждёт та же участь? Нет, я не собираюсь от всего отказываться!
Вран взял кочергу и помешал тлеющие угли.
— Я ведь не лучший учитель, – признался он.
— Научите меня обрести власть над силой, другого не надо, – жалобно попросила я, а колдун хмыкнул.
— Какая шустрая! Силой владеть – не блины печь. Читать ты тоже сразу начала, алфавит не открывая?
— Нет.
Нянюшка просиживала со мной вечерами, показывая буквы, а мачеха заставляла читать по слогам. Было сложно, но интересно.