Страница 52 из 65
Я выдохнул, а затем меня настигло осознание того, что я кончил в неё, и звучало оно в голове довольно коротко: «Млять. Вот я дебил».
— Свет… — начал я, но она уже повернула голову и посмотрела на меня через плечо — всё с той же довольной, сытой улыбкой.
— Что? Ах, это… — она явно поняла, о чём я. — Не переживай. Всё под контролем.
Я выдохнул с облегчением, но неловкий такой и даже настораживающий осадочек остался. В голове всё ещё крутилась мысль: «Ты только что кончил в секретаршу на складе. Ты хоть понимаешь, что если бы не таблетки или что она имела в виду под „Всё под контролем“, это могло бы закончиться… не очень хорошо?»
Вслух я ничего говорить не стал. Просто кивнул и медленно вытащил из неё член.
Выпрямившись, она сказала: «Нам пора возвращаться» и начала приводить себя в порядок. Трусики, юбка, блузка — всё привычными, быстрыми движениями. Я смотрел на неё и думал о том, как же быстро она переключается из режима «демоницы-искусительницы» в режим «идеального секретаря». Будто щёлкает тумблером.
Вот уже почти всё на ней — юбка на месте, блузка накинута на плечи, осталось только застегнуть пуговицы, и она уже даже потянулась к верхней, но вдруг замерла. Её взгляд скользнул вниз, и я понял, что всё это время так и стоял со спущенными брюками и членом наголо, всё ещё блестящим от наших соков.
Света усмехнулась. Тихо, с лёгкой хрипотцой. Затем она медленно — чёрт возьми, опять медленно! — опустилась передо мной на корточки. Её пальцы обхватили основание члена, и прежде чем я успел что-то сказать, она подалась вперёд и взяла его в рот.
Я замер, чувствуя, как её горячий язык скользит по всей длине — снизу вверх, собирая остатки нашей близости. Одно движение. Второе. Третье. Медленно. Тщательно. Как будто она пробовала нас обоих на вкус — себя и меня, смешавшихся воедино. Её губы сомкнулись вокруг головки на секунду, язык обвёл её по кругу, и затем она так же медленно выпустила член изо рта с тихим, влажным звуком.
— Вот, — сказала она буднично и поднялась. — Теперь порядок.
Она помогла мне натянуть трусы и брюки — ловко, привычно, будто делала это каждый день. Даже молнию подняла вверх, аккуратно, чтобы не зажать ничего важного. Я проводил взглядом её пальцы, замершие на язычке замка́, и только потом, когда она уже отстранилась, сам застегнул ремень.
— Лёш, — она вдруг замерла и посмотрела на меня серьёзно. — Я хочу, чтобы ты знал. Это… — она обвела рукой пространство склада, — … это не просто секс.
Я замер, и сердце ёкнуло.
Млять! Только не это! — пронеслось в голове. — Чёрт! Она что, собирается сказать, что любит меня? Или что хочет серьёзных отношений? Или что нам нужно поговорить о чём-то важном? О чём⁈ О чём, чёрт возьми?
А она, выдержав паузу ровно настолько, будто чтобы я успел мысленно перебрать все возможные катастрофы, улыбнулась своей фирменной хитрой улыбкой и добавила:
— … это был потрясный секс. Давай ещё и завтра повторим.
Я открыл рот, чтобы ответить, но она приложила палец к моим губам и коротко бросила:
— Я первая.
Она выскользнула за дверь, предварительно глянув — нет ли там кого. А я на несколько секунд остался стоять среди канцелярии и списанной хрени, всё ещё чувствуя её вкус на губах и её запах на коже.
Млять, — подумал я, натягивая джинсы. — Когда Света сказала «это не просто секс», и у меня чуть сердце не остановилось. А потом она — «потрясный секс, давай повторим». Она что, специально? Млять… конечно специально. Это же Света. Она обожает эти качели: сначала довести меня до паники, а потом вырулить в шутку. И, чёрт возьми, у неё это отлично получается. Я уже не понимаю, где у неё сценарий, а где настоящее. Может, и она сама не понимает?
Ответов не было. Как всегда. Но вот новые вопросы появлялись один за другим.
Блин, и как мне теперь смотреть в глаза дяде Вите, зная, что пять минут назад я трахал секретаршу на складе?
Я вздохнул и уже шагнул к выходу, как заметил у своих ног ту самую коробку, что свалилась со стеллажа во время нашей… гимнастики. На боку маркером было выведено: «2018. Акты».
Нужно бы вернуть на место, — хмыкнул я про себя и, подняв коробку, водрузил её обратно на полку.
Затем, проверив и себя на предмет следов на футболке, я вышел из склада и направился к своему кабинету.
Глава 16
Бремя знаний
В кабинете было тихо и спокойно. Так тихо, что я слышал, как в висках пульсирует кровь, всё ещё разогнанная после склада, после Светы, после всего этого безумного утра. Но это была та самая тишина, которая бывает только перед грозой — обманчивая, вязкая, готовая в любой момент взорваться грохотом и вспышками молний.
Он скоро придет, — мелькнула мысль. — Надо бы всё проверить.
Я прикрыл дверь кабинета и начал методичный обход.
Солнце пробивалось сквозь жалюзи, рисуя на полу золотые полоски. Массажный стол стоял нетронутый, без единого пятнышка. Под столом — пусто. Полка с маслами. Лаванда, мята, цитрус. Ваниль всё ещё стояла в глубине шкафа, подальше от чужих носов. Пол чистый. Запахов никаких.
Вроде всё в порядке, — пронеслось в голове. — По крайней мере, на первый взгляд.
Подойдя к шкафчику с полотенцами, я открыл дверцу, и на глаза попались лишь ровные стопки.
Никаких улик.
Я выдохнул с облегчением и сел на стул.
Ну что, Орлов. Ты только что пережил встречу с Низовичем, публичную дрочку от Светы, внезапное возвращение дяди Вити и секс с секретуткой в архиве. Что дальше? Допрос с пристрастием от дяди Вити? А потом и разоблачение? Или, может, сразу смертная казнь через утопление в массажном масле?
Я усмехнулся и откинулся на спинку стула.
Закрыл глаза и просидел так минут с десять, по окончании которых в коридоре послышались шаги — тяжёлые, уверенные. Я сразу узнал эту походку. И через несколько секунд дверь открылась без стука, и на пороге возник дядя Витя.
— Ну что, племяш, — сказал он, прикрывая за собой дверь, — … потолкуем?
Я выпрямился на стуле, стараясь придать лицу максимально расслабленное выражение. Дядя Витя прошёл к кушетке и оглядел кабинет с видом хозяина, который вернулся в свои владения после долгого отсутствия.
— А чистенько у тебя тут, — заметил он одобрительно. — И лежит всё аккуратно и на своих местах. Смотрю и прям нарадоваться не могу. Приятно, что ты не раздолбаем вырос. Молодец.
— Стараюсь, — ответил я, пытаясь не думать о том, что именно я делал на этом столе в пятницу вечером.