Страница 98 из 120
, а любовь не появится там, где в партнерах видят только функцию. Человек не может быть средством, а только целью.
Азат
октябрь 2020
Мы встречаемся с Колей на Чистых прудах, чтобы пойти в кино. Я предлагаю перед этим выпить по кружке пива, но бар переполнен, и мы просим два бокала навынос. Садимся неподалеку – на скамейку рядом с прудом. Через пятнадцать минут к нам подходит сотрудник полиции и грубо настаивает, чтобы мы прошли в автозак.
До этого меня ни разу не задерживали, даже на митингах. Это мой первый раз, как и у Коли. Два часа мы сидим в микроавтобусе без возможности выпить воды или сходить в уборную, пока стражи порядка не набирают полный кузов пассажиров – пьяных людей, еще недавно веселившихся на московских улицах. Коля молчит и пытается что-то нагуглить, а потом просто начинает читать электронную книгу.
Когда мы приезжаем в отделение, на часах уже одиннадцать вечера. Комната с нарушителями переполнена. Меня просят заполнить несколько бумаг и передать их вместе с паспортом женщине в униформе за толстым стеклом. Она кладет их наверх полуметровой стопки точно таких же объяснительных.
Я сажусь на пол, потому что больше места нет. Человек рядом говорит, что сидит уже четыре часа. Зарядка на телефоне плавно заканчивается, и я не могу придумать ничего лучше, чем позвонить Азату. Хочется верить, что у него получится меня утешить.
Разговор длится недолго, зато уже через полчаса Азат прибывает в отделение – с едой, распечатанными статьями из разных кодексов и серьезным намерением немедленно меня вызволить. Он подходит к дежурной по отделению и настойчиво объясняет ей что-то на юридическом, пока та не сдается и не идет за начальником. Я лишь смотрю и попиваю сок, который Азат подал мне мимоходом.
К двенадцати ночи меня отпускают, выдав паспорт, квитанцию на оплату штрафа и талон о приеме заявления в связи с нарушением моих прав – заявление написал Азат. К нам подходит Коля, и я чувствую себя неловко: его документы всё еще лежат где-то в середине полуметровой стопки бумажек. Азат и Коля совершают ритуальное рукопожатие, после чего Азат вежливо спрашивает, не против ли он, чтобы я отправилась домой. Как всегда, Коля спокоен и невозмутим. Он только пожимает плечами и соглашается.
Мне слегка стыдно за то, что я позвонила Азату – при другом-то парне. Но вдруг я чувствую спокойствие и облегчение. Когда выхожу из отделения, глубоко дышу свежим воздухом и еду вместе с Азатом на такси до его дома. Меня знобит, я жутко голодна, но теперь знаю, что со мной все будет в порядке.
Коля пишет, что его выпустили, в три часа ночи. В это время я уже сплю.
* * *
Я знаю, что Ульяна приходит с пятницы по субботу, но в этот раз Азат попросил ее не приходить. Не хочу ехать домой, где меня ждет Саша: сейчас он мне кажется совершенно чужим человеком. Не могу насытиться разговорами с Азатом о том, что произошло, да и просто болтовней о жизни – и чувствую нашу близость. Проходит несколько дней, сколько – не помню. Мне хочется подольше растянуть то неуловимое ощущение окрыленности, которое, как правило, всегда обрывается прощанием. Не хочу расставаться еще на неделю. Я играю с волосами Азата, когда он говорит: «Я люблю тебя». Я отвечаю тем же.