Страница 85 из 120
Я была девственницей до двадцати четырех лет, потому что верила в большую светлую любовь. Я даже не могла представить, каким будет мой первый секс. А мой первый парень угостил меня мефедроном «для раскрепощения» и трахнул в таком состоянии. Тогда мне очень понравилось, я чувствовала эйфорию и внутреннюю свободу, а потом еще очень долго было стыдно, я полгода работала с психотерапевтом над этой травмой.
Я тогда ел кислоту впервые в жизни. Со мной была знакомая девчонка, для которой это тоже был первый раз. Это был очень глубокий психоделический опыт. Вдобавок мы еще и потрахались. Она говорила, что у нее есть парень, что она делает ошибку, а я обещал не переступать границ. Но потом она стала активно отвечать на мои ласки, и я эти границы, конечно, еще как переступил. Утром мы повторили, а потом она уехала и больше никогда не отвечала на сообщения.
Четырнадцать из двадцати моих собеседников заключили, что под действием ПАВ люди хоть и отдают себе отчет в происходящем, но всё-таки более пренебрежительно относятся к безопасности. Оставшиеся были уверены, что множество людей безответственны сами по себе и часто принимают безрассудные решения, а наркотики здесь вообще ни при чем. Сожалеть – это нормально. Главное, чтобы от глупых поступков минимально страдали окружающие.
В конце мы завели речь о минимизации рисков. Каких правил стоит придерживаться, чтобы сделать свой психоактивный опыт осознанным, в том числе и секс под ним? Ведь если под веществами легче пойти на компромиссы с самим собой, то четкие правила и проговоренные личные принципы могли бы стать хоть каким-то ориентиром во время сложного выбора.
Так, одиннадцать человек занимались сексом во время трипов только со своими постоянными партнерами. Они считали, что для такого опыта люди должны уже хорошо знать друг друга и иметь высокую степень доверия.
Семь человек стараются проговаривать свои желания и намерения перед трипом со своими потенциальными партнерами. Если хочешь заняться сексом под наркотиками – будь добр обсудить это трезвым.
Десять человек занимались сексом под ПАВ на секс-вечеринках, если они считали организаторов толерантными к употреблению. Как минимум они должны были быть уверены в том, что организаторы не вызовут в случае чего полицию. Как максимум – в том, что им окажут помощь и поддержку.
Собирательный образ человека, практикующего секс под наркотиками, получается таким: он(а) готов(а) отстаивать право на этот опыт, считает его ценным и в большинстве случаев оценивает свое состояние под веществами как адекватное – но в то же время признаёт, что способен(на) совершать ошибки и неэтичные поступки. Чтобы минимизировать вероятность такого исхода, создаются личные правила: что, когда, как и с кем принимать. Они интуитивны, но в любом случае человек готов нести ответственность.
Чем-то это похоже на поведение азартных игроков: обычно даже пьяными любители казино или скачек отстаивают свое право продолжать игру, но часто после проигрыша сожалеют. Сожаление – хорошая эмоция. Она помогает лучше управлять своей жизнью. Но, как правило, азартные игроки возвращаются в казино и в следующий раз снова там напиваются. Вероятно, они считают такое сочетание приятным – и кто мы такие, чтобы их судить? Главное, чтобы они не винили других в последствиях проигрыша и чтобы их страсть не переросла в разрушительную зависимость.
Напоследок мнение озвучивает парень двадцати пяти лет:
Я не сторонник демонизации наркотиков, они такой же инструмент по изменению восприятия, как психофарма, кофеин, алкоголь или никотин. Лично я за свободу менять свое сознание в любых целях: для концентрации, для отдыха, для новых ощущений или исследования себя. Но это сильный опыт, который опасен. Надо отдавать себе отчет в том, что ты употребляешь, сколько в тебе вещества, как оно работает. Нужно понимать, что ты будешь делать, если станет плохо тебе или окружающим. Нужно иметь нервы, чтобы вызвать скорую и сообщить, не дрогнув, что у нас отравление наркотиками, приезжайте поскорее, – а потом разгрести возможные проблемы с законом.
Что говорит теория
В философии выделяют две основные теории согласия – ментальную и поведенческую. Ментальная пытается понять истинные желания человека, она более гуманна, но не дает четких сценариев. Для поведенческой куда важнее вопрос, способен ли человек принимать решения и стоит ли давать ему на это право.
Допустим, мужчина и женщина занялись сексом под травкой, дав друг другу согласие, после чего женщина заявила об изнасиловании. В этом случае опьянение для мужчины будет трактоваться как отягчающее обстоятельство, а вот опьянение женщины станет основанием для того, чтобы назвать ее потерпевшей. Почему? На этот вопрос готова ответить поведенческая теория.
Для начала поведенческая теория спросит, могли ли партнеры дать юридическое согласие. Могут ли давать согласие дети? А животные? А люди с ментальной инвалидностью? Нет, все они считаются недееспособными. Но в нашем случае оба партнера были совершеннолетними и юридически самостоятельными.
Далее возникнет вопрос, дали ли партнеры друг другу фактическое согласие. Сейчас принято считать, что только активное согласие можно приравнять к фактическому – то есть когда выражение согласия происходит вербально (словами через рот), а не мимикой или жестами. Для тех, кому кажется недостаточным просто спросить партнера, готов ли тот к сексу, существует парочка усложнений. Правило «Нет значит нет» означает, что можно делать с партнером всё что угодно, пока не получишь от него прямого вербального отказа. Правило «Да значит да» говорит, что партнеры должны вербально соглашаться или не соглашаться на все, что с ними происходит. В нашем случае партнеры дали друг другу предварительное фактическое согласие – и в процессе также не заявили о желании прекратить секс.
Наконец, поведенческая теория интересуется, дали ли партнеры
вменяемое
согласие. То, что зачастую называют «в трезвом уме и твердой памяти». Кажется, что определенно нет – но в таком случае, по логике вещей, оба человека невиновны, так как они оба были под действием вещества и ни один из них не мог принять осознанного решения. Оказывается, поведенческая теория так не считает и дает альтернативную интерпретацию.