Страница 16 из 120
Вот в чем вопрос: можем ли мы фетишизировать несовершеннолетних девочек-лошадей? Знают ли эти человеческие лошадки, что некоторые люди мастурбируют на их грациозные прыжки? Стоит ли таких людей привлекать к ответственности или лечить?
Джастин Сент-Клер, написавший о петплее книгу «BARK!», считает, что игры в животных – довольно молодое явление, но все же связанное с другими историческими практиками, похожими на петплей. Он говорит: «Я часто спрашиваю студентов, как долго, по их мнению, люди играют в домашних животных. „От пятидесяти до шестидесяти лет“, – отвечает большинство. Однако, когда я спрашиваю, как давно, по их мнению, люди примеряют образы животных, ответ меняется на „несколько тысячелетий“».
При чем тут маленькие девочки-лошадки? Дело в том, что, по мнению Джастина, петплею можно легко приписать связь с педофилией, зоофилией и даже с урофилией и копрофилией (потому что некоторые человеческие животные не очень-то любят унитазы и уединение). Но в действительности петплей связан с этими парафилиями не больше, чем с анимизмом: тысячелетия назад люди ходили в масках животных и поклонялись богам – да, похоже, но смысл этих практик совсем другой.
По мнению Джастина Сент-Клера, людей стоит привлекать к ответственности только в тех случаях, когда они нанесли кому-то реальный вред, а наказывать за мысли и фантазии непозволительно.
Собачий кайф
Гала – не альфа, не бета и не омега, она не выставлялась на конкурсах человеческих щенков и не бывала на щенячьих вечеринках, потому что в России пока что сложно найти петплей-мероприятия, куда звали бы женщин. Она также не практиковала в образе Чучи сексуальные игры, как на порнхабе. Но Галу постоянно достают вопросом: «Ты что, возбуждаешься от того, что надеваешь этот костюм?» – даже на улице. Никто не понимает девочку-собачку.
Гала рассказывает:
– Чуча – это часть сексуальности, но не возбуждения. Это сложный момент. Я не мастурбирую на животных, или людей в костюме животных, или себя в костюме собаки. Но на собачьих прогулках я могу
иначе
почувствовать свое тело и чувство стыда. Иногда я хожу топлес или совсем голой.
– Когда ты стала собакой Олеси, это означало, что ты стала ее нижней?
– Я не нижняя и никогда ей не была. У нас нет с Госпожой таких отношений, чтобы она могла мне что-то приказать. Я делаю всё только по своему желанию. Быть собакой, ползать на корточках, лаять на улице – это для меня не унижение. Скорее развлечение. Если петплей находится в рамках отношений ДС
[28]
, то на первый план выходит психологическая составляющая между собакой и хозяином. У меня наоборот: на первом плане образ, в который я перевоплощаюсь. То, как я выгляжу и как на меня смотрят незнакомые люди.
В России пока что нет массовой щенячьей культуры. Из-за этого сложно сказать, что значит быть человеческим щенком. «Для всех по-разному», – заключает Гала. Она считает, что любой человек может попробовать петплей. Не нужно быть кем-то особенным, чтобы это сделать. В конце концов, если глубоко копнуть, каждый из нас, хотя бы в детстве, хотел опуститься пониже, на пол, на землю. Встать на четвереньки. Каждый из нас хоть раз в жизни прикидывался животным.