Страница 109 из 120
Глава 24
Идентичности
август 2021
Как мы ищем и находим себя
Мы с Азатом пришли на очередной квартирник, который в полночь должен был превратиться в секс-вечеринку. В ней мы участвовать не планировали, но хотели провести время с друзьями. Как правило, на таких мероприятиях принято спрашивать активного согласия перед тем, как прикоснуться, поцеловать или сделать что-то еще. Поэтому, когда ко мне подошел высокий блондин лет двадцати, он задал вопрос:
– Хочешь заняться со мной сексом сейчас?
– Прости, – ответила я. – Но я демисексуалка.
Он понял, что я имею в виду, и весь дальнейший вечер мы провели за уютной болтовней безо всяких несанкционированных прикосновений. Демисексуальность подразумевает, что человека влечет только к тем, с кем у него сформировалась влюбленность или просто достаточно сильный эмоциональный контакт. В переводе это означает: «Если мы только что познакомились, секса у нас не будет».
Конечно, я могла спокойно объяснить, что у меня есть парень, мы моногамны и всё такое. Однако мне показалось, что это было бы недостаточно правдивым. Ведь, если подумать, мы с Азатом (как и многие современные пары!) не договаривались навсегда забыть о возможности спать с другими людьми – напротив, я абсолютно уверена: если кто-то из нас за семейным обедом признается, что хотел бы изменить формат отношений, второй примет это как нечто само собой разумеющееся.
Значит, я хотела отказать тому парню не потому, что была в отношениях. На мгновение я задумалась, в чем же истинная причина, и быстро ее нашла: за последнее время у меня изменилось представление о хорошем сексе. Сейчас мне хорошо с одним партнером, эта близость ощущается как нечто особенное, и секс с первым встречным уже не кажется, как раньше, великолепной идеей.
Я подумала, что термин «демисексуальность» прекрасно описывает мою ситуацию. Будто эта идентичность для меня стала демисезонным пальто в магазине, которое я примерила, чтобы понять, хорошо ли оно сидит, – и всё идеально подошло. Здесь можно задуматься о том, как мне повезло. Многим приходится платить большую цену за то, чтобы отстаивать свою идентичность: например гей-активистам в странах, где гомосексуальные отношения уголовно наказуемы. Но я живу в большом городе в светской стране, да еще и вращаюсь в секс-позитивных кругах, поэтому свободна в своем выборе.
Постепенно я начала выгуливать свою идентичность и добавила ее в описания к профилям в соцсетях и дейтинг-приложениях. Чем чаще я это делала, тем больше замечала, что не одинока в своей любви к необычным словам.
Например, в Feeld при создании анкеты можно выбрать между парой десятков идентичностей: гетеро, гей, лесбиянка, пансексуал, полиамор, гетерофлекс, омнисексуал, сколиосексуал, объектосексуал
[146]
– и множеством других вариантов. Необязательно останавливаться на чем-то одном, можно отметить хоть все. А если нужной идентичности вдруг не оказывается в списке, как правило, пользователи упоминают ее в описании своего профиля.
Я видела такие идентичности, как «панромантичный асексуал» или «свингерша-демисексуалка». Думаю, такие теги действительно помогали людям быстрее найти подходящего партнера. Но некоторые описания ввели меня в ступор: «гомосексуальный агендер» и «демисексуал, ищу one night stand». Что это вообще такое?
Знаю, некоторых бесит, что идентичности множатся в геометрической прогрессии и их значения приходится буквально разучивать. Часто такое раздражение выливается в агрессию и насмешки над любителями «выпендриться»: еще с 2014 года по сети гуляет мем «Я сексуально идентифицируюсь как боевой вертолет», пародирующий трансперсон и представителей ЛГБТК+ в их желании быть признанными и принятыми в своей идентичности. В России, где даже глава государства называет транслюдей то трансформерами, то трансформаторами, шанс нарваться на хейт, говоря о самоидентификации, особенно велик. Почему?
Мне хочется верить, что эти негативные чувства вызваны простым непониманием. Тем, кто, вырос в консервативной среде, где не рассказывали даже о разнице между полом и гендером, тяжело принять существование людей со сложной сексуальной самоидентификацией. Столкновение с непривычным вызывает усмешку, а у кого-то и тревогу (страх перед пресловутым запретом на слова «мама» и «папа», которые, к слову, никто не запрещает)
[147]
– так рождается агрессия.
Именно поэтому важно успокоить тех, кто боится засилья новых непонятных слов и странных людей, и объяснить, что никакой опасности они на самом деле не несут. Если человек называет себя пансексуалом или гетерофлексом, это не значит, что он пришелец с планеты Нибиру. Он просто пытается объяснить себя окружающим, чтобы те лучше его понимали. и я не встречала людей со сложной гендерной или сексуальной идентичностью, которые пытались ее навязывать и делать обязательной для других. Поэтому, если спорите с хейтерами, дайте понять, что никакие геи, полиаморы или омнисексуалы не будут никого насильно записывать в свои ряды. У них хватает других дел.
Конечно, я не могу считаться эксперткой по всем сексуальным идентичностям: их слишком много, и у каждой – собственные нюансы. Поэтому, как и всегда, я расскажу в первую очередь о собственном опыте. о том, что для меня значит быть демисексуалкой.
Осознание себя
Позиционируя себя как демисексуала, человек, как правило, отказывается от спонтанного секса, но приобретает кое-что другое и для меня очень важное: глубокую эмоциональную связь с партнером. Мне приятно осознавать, что я остаюсь с Азатом не по умолчанию и не по привычке, а каждый раз выбираю быть с ним. Перед сексом я упиваюсь этой глубокой связью. Я чувствую, что мы хорошо понимаем друг друга и можем напоминать об этом через крохотные детали. Это возбуждает. Переживание этого единения – для меня самое главное в отношениях.
После той секс-вечеринки я решила обсудить свою новую идентичность с теми, кто ее разделяет, – возможно благодаря этому я и сама открою что-то новое в себе. Я создала телеграм-чат Demisexuality, поставив на аватарку флаг демисексуалов (белая, фиолетовая и серая горизонтальные полоски, черный треугольник слева), а потом попросила знакомых рассказать о нем в своих каналах и чатах. За два дня набралось почти сто человек, почти все участники определяли себя как демисексуалы.
Практически каждый, кто был в чате, писал, что нередко сталкивался с негативом, говоря о своей идентичности. Но это их не останавливало.