Страница 107 из 120
Еще одно отличие от алкогольной зависимости – сексуальная трактуется довольно широко, поэтому список запретов, пусть даже временный, может быть любым. Считается, что помочь разобраться в этом должен спонсор. Именно он докапывается до сути проблемы и после этого запрещает или разрешает мастурбацию, секс или даже свидания.
Надя говорит, что ее роль заключается в том, чтобы контролировать мой секс даже в ремиссии. Если она узнает, что я злоупотребляю сексом, она может порекомендовать вернуться к программе.
– Сколько конкретно времени мне придется быть сексуально трезвой? Мне нужно предупредить своего парня, – спрашиваю я Надю.
– Если постараться, можно пройти все шаги за полгода.
* * *
Услышав о перспективе сексуальной чистоты сроком на шесть месяцев, Азат расхохотался. Я постаралась убедить его в том, что мой интерес к сексу и увлеченность кинками – на самом деле болезнь, от которой я могла бы излечиться… Продолжая смеяться, он напомнил, что всё задумывалось как гонзо-эксперимент на несколько встреч. Разумеется, идея полугодового воздержания ему не понравилась.
Вообще-то я понимаю, почему так увлеклась экспериментом и хочу довести его до логического конца, как и любой другой. Думаю, они делают мою жизнь осмысленнее – и этого достаточно. Я знаю, в моей жизни будет еще много экспериментов – столько, сколько захочу. Но всё равно не могу вот так бросить историю, которую начала. Я верю, что главное в приключении – это финал. А в герое – сила воли и сообразительность, помогающие ему до финала дойти.
Я пишу Наде и объясняю ситуацию с Азатом. Мне интересно, как она отреагирует: возможно, это сдвинет меня с мертвой точки.
Чувствую себя героем Чака Паланика. Человеком, который ходит по клубам, где люди считают себя обреченными. Когда безымянный герой «Бойцовского клуба» знакомится с по-настоящему болеющими людьми, он убеждается, что в его-то жизни всё хорошо, – и чувствует облегчение. И может наконец спокойно уснуть.
Почему-то я была уверена в том, что Надя утешит меня. Она скажет, что мой случай не такой уж серьезный и я не сексоголичка, программу мне проходить не надо.
Но вместо этого она просит меня прийти на собрание в церковь, в которую ходит обычно. После мы сможем поговорить.
* * *
На следующей встрече в роли ведущего Валентин – тот шестидесятилетний мужчина с моего первого собрания. Я помню, что он прошел все двенадцать шагов и трезв уже целых шестнадцать лет. Как и обещала, Надя просит меня остаться. Они с Валентином ждут, пока все не уйдут. Чувствую себя на аудиенции у главного мудреца общины, который поможет разобраться в сложных моральных дилеммах.
Подобно всем мудрецам, Валентин немногословен. Он встает напротив меня и заключает, что я могу продолжать заниматься сексом со своим партнером, пока прохожу программу.
– Но почему? – удивляюсь я.
– Каждый сам определяет для себя «трезвость». Отказ от секса – это довольно растяжимое понятие, – объясняет Валентин.
– Тогда в чем смысл прохождения программы?
– В том, чтобы прийти к балансу.
Валентин торопливо уходит, оставив меня в недоумении: получается, секс-зависимость осуждают гораздо меньше, если ты состоишь в моногамных отношениях. Одна из основательниц секс-позитивного феминизма Гейл Рубин в эссе «Размышления о сексе» назвала это «шкалой сексуальных нарушений»: общество так или иначе выстраивает все сексуальные действия, предпочтения и отклонения по шкале от одобряемых до осуждаемых. Очевидно, когда ты много занимаешься сексом с одним человеком, тебя осуждают куда меньше, чем если ты меняешь партнеров.
Так я понимаю, что люди, борющиеся со своими зависимостями, даже самые опытные, тоже подвержены стереотипам, и расстраиваюсь.
Миф о секс-зависимости
Сейчас научное сообщество Европы и Америки убеждено, что такой болезни, как сексуальная зависимость, не существует. Однако так было не всегда. В начале 1980-х была уже широко известна программа двенадцати шагов, СМИ активно рассказывали, как она эффективно помогает зависимым от алкоголя уйти в ремиссию. И когда в 1979 году появилось первое сообщество Анонимных Сексоголиков, это вызвало панику. Оказывается, зависимость, о которой раньше никто не слышал, теперь требует такого же серьезного лечения, как алкоголизм или пристрастие к героину.
Тут же множество людей диагностировали сами у себя одержимость сексом. Причем, как рассказывает
[141]
очевидец тех событий, сексопатолог Дуг Браун Харви, 80 % самодиагностировавшихся были мужчинами. Из-за внезапно появившегося и тут же взлетевшего до небес спроса на лечение медработники начали писать книги о секс-зависимости и предлагать методы избавления от нее, несмотря на то что на тот момент никто еще не провел исследований, подтвердивших бы существование проблемы. В исследовании, опубликованном в научном журнале «Сексуальная культура» в 2012 году, говорится: «Сексуальная зависимость – это социальный конструкт, переосмысление того, что сексологи девятнадцатого века называли „извращением“».
С медицинской точки зрения зависимость от секса сильно отличается от зависимости от психоактивных веществ. В 2012 году исследователь Винсент Эстеллон из института психологии Парижского университета Декарта изучил
[142]
нейронную реакцию секс-зависимых на сексуальные стимулы и сравнил с результатами
[143]
исследования о работе мозга потребителей героина. Разница была очевидна: у зависимых от наркотиков наблюдалась повышенная нейронная реакция на образы, связанные с героином, но активность мозга сексоголиков при просмотре порно была такой же, как у людей из контрольной группы.
В исследовании, опубликованном в 2015 году в научном журнале
Comprehensive Psychiatry
[144]
, эксперты сравнили зависимых от секса и одержимых азартными играми. Результаты показали, что сексоголики, подобно игрокам, страдают от поведенческой зависимости – а не химической, как от алкоголя или наркотиков.
«Сексуальная зависимость – социальное явление, а не медицинское», – утверждает и Дэвид Лей, клинический психолог, автор книги «Миф о сексуальной зависимости»
[145]
. Один из его аргументов заключается в том, что под секс-зависимостью подразумевается чересчур много вариантов поведения: чрезмерная мастурбация, слишком частые свидания, небезопасный секс, измены, нездоровые отношения и много чего еще. По мнению Лея, у всего этого просто не может быть одной-единственной причины.