Страница 105 из 120
Надя ведет меня через хитрые коридоры, и я оказываюсь в маленькой комнате. Десять человек сидят за длинным столом, заставленным фруктами и сладостями. Одни мужчины, за исключением меня и моей сопровождающей. Надя просит присесть, и я оказываюсь напротив иконы с Иисусом – он смотрит на меня с осуждением. Мне сразу становится не по себе, а тут еще Надя шепчет на ухо:
– Кстати, я, кажется, не говорила. Сегодняшнее собрание будет полностью посвящено тебе как новичку.
Ого!
* * *
Процедура принятия новобранцев следующая: в начале собрания участники называют себя и признаются в зависимости. «Я Надя, и я сексоголичка», «Я Артур, я сексоголик». Слово по современным стандартам недостаточно этичное, я бы предпочла другую формулировку – «человек, зависимый от сексуальности», – но мое мнение тут вряд ли учтут. Важно соблюдать традиции – они подтверждают наше право находиться в этой
анонимной
комнате Кстати, можно использовать и вымышленные имена.
Последним произносит свое имя новичок. Пока я считаюсь гостем, имею право не признавать себя заболевшей.
– Меня зовут Лана. Я здесь, потому что подозреваю у себя проблемы, связанные с сексом, – говорю я в полной тишине.
Одиннадцать пар глаз смотрят прямо на меня. Потом мужчина – по-видимому, ведущий собрания – объявляет встречу начавшейся.
Мы хором зачитываем документы: «Список 12 шагов», «Список 12 традиций», «Определение трезвости» – и так далее. Тоже своего рода инициация, которая занимает около десяти минут. Бумаги с этими текстами мне суют в руки, и я просто читаю вслух, не успевая вдаваться в смысл.
После этого ведущий включает таймер. Он рассказывает, что сегодня каждый из присутствующих на группе должен поведать, как признал свою секс-зависимость. Всем дается по пять минут. Моя задача – лишь слушать. Под конец мне тоже дадут время для высказывания. А по окончании предстоит принять решение, хочу ли я посещать собрания дальше.
Первым слово берет ведущий. Он напоминает, что его зовут Валентин и он «трезв» шестнадцать лет. (Как правило, под трезвостью в АС подразумевают отсутствие секса – но есть нюансы.) На вид ему лет шестьдесят, он худой и высокий, с седой бородой и лысиной на макушке. Одет в классические брюки и льняную рубашку. Говорит Валентин медленно, выдерживая большие паузы между словами.
– Много лет я злоупотреблял борделями. Ходил туда несколько раз в месяц, спускал много денег, так что оставшихся не хватало на содержание двух детей. Жена догадывалась об изменах, и в какой-то момент мы развелись. Когда я понял, что со мной что-то не так, дети уже стали взрослыми и перестали со мной общаться.
Я думаю: «Вот подлец!»
Слово берет молодой парень по имени Артур, трезв всего один день – под трезвостью он имеет в виду дни без мастурбации. Он ходит на собрания пять раз в неделю последние три месяца, хочет вылечиться, но все еще не может обойтись без самоудовлетворения больше двух дней. А всё потому, что «боится спермотоксикоза».
Спермотоксикоз – миф. Ни семенная жидкость, ни сперматозоиды не токсичны для человека. Кажется, у этого парня проблемы с тревогой – и образованностью. Он продолжает:
– Раньше я мог заниматься сексом с самим собой больше десяти часов. На это могли уйти все выходные. А в интернете искал самое омерзительное порно. Когда я всё это осознал, мне стало противно от самого себя.
Я слушаю мужские исповеди, различающиеся лишь небольшими деталями, долгие полтора часа, но так и не нахожу в себе сил проникнуться и посочувствовать. Наконец очередь доходит до Нади. Я снова думаю, как же она похожа на учительницу. Со строгим образом резко контрастируют ее слова:
– Я сексуально неуправляема.
Надя делает драматическую паузу, после которой объясняет: долгое время она была одержима свиданиями. Из-за этого она совершила множество импульсивных, рискованных поступков.
– Один раз я прилетела первым же самолетом в Калининград, чтобы встретиться с мужчиной, которого нашла в интернете. Мы встретились в отеле, чтобы заняться сексом. Все произошло очень быстро, мы попрощались прямо там. В тот же день я вернулась в Москву. Теперь я вспоминаю это и спрашиваю себя: вот зачем?
Я слушаю историю Нади и думаю, что ее мотивация типична для многих женщин. Свидания – это не только секс. Это внимание, одобрение, чувство востребованности. А для кого-то, возможно, один из немногих социальных лифтов. Во время ее рассказа я понимаю, что часто вела себя точно так же.
Очередь переходит ко мне. Я говорю:
– Думаю, у меня чрезмерный интерес к сексу. Меня возбуждают вещи, которые считаются странными, я часто поступаю необдуманно и даже рискую, чтобы произвести впечатление на мужчин.
Все молчат и ждут продолжения. Я добавляю:
– Я сексоголичка.
Одиннадцать человек аплодируют мне, и Валентин объявляет встречу законченной. Потом он подходит ко мне и поздравляет с тем, что я стала членом общества Анонимных Сексоголиков и сделала первый шаг к выздоровлению.
Кажется, это был ритуал обращения новичков в свою веру, и он эффективен.
Что такое двенадцать шагов
Эту программу придумал американец Билл Уилсон в 1930-е годы. У него были проблемы с алкоголем, и он собирал группы взаимопомощи. В ходе таких встреч родился метод двенадцати ступеней (или шагов).
Метод оказался действенным и стал популярным. Со временем появились двенадцатиступенчатые программы, адаптированные под другие зависимости. Сначала к Анонимным Алкоголикам присоединились Анонимные Наркоманы и Анонимные Созависимые, потом идею подхватили вообще все – появились Анонимные Сексоголики, Анонимные Переедающие, Анонимные Депрессивные.
И это только начало. Как насчет того, чтобы собрать Анонимных Недосыпающих? Анонимных Выгоревших? Предсказываю, это будет востребовано.
Сообщество двенадцати шагов имеет право основать любой человек в любом городе, именно поэтому
клубы-анонимных-зависимых-от-чего-то
очень распространены. Есть четкая инструкция, как организовать сообщество, и подробный регламент, как проводить собрания. Поэтому собрания Анонимных Сексоголиков в Москве мало отличаются от встреч Анонимных Игроманов в Лас-Вегасе.