Страница 59 из 76
Шана перевернула картину изображением вниз. Странно, но она больше не испытывала никакого желания бежать и узнавать, где художница видела ее подругу. Ллойс отпустила их прошлое. Шане тоже пора было двигаться дальше.
— О! Наверное, это про нее говорил Бобби. Он хотел показать тебе какую-то картину из последней партии, – пояснил Винтер и, перегнувшись через ее плечо, повернул картину к себе. Наморщил лоб. – Ллойс, говоришь? Почти уверен, что знаю ее под другим именем.
— Уверен?
— Ну, процентов на девяносто восемь. Мы пару раз встречались у мистера Эванса. Это Сола, его помощница. Такая невзрачная, тихая фея, недовольная своим изменением. Вы совершенно непохожи, этим она и запомнилась.
— Да?
Шана отошла от картины. Ее трясло от злости. Выходит, пока она сбивалась с ног, разыскивая подругу, Ллойс не пряталась, а работала? Жила прямо под носом обычной жизнью? Они вполне могли пересечься в городе, пообедать в одном кафе, закупиться в супермаркете. Просто встретиться не сложилось!..
Погодите-ка!
— Когда ты видел ее в последний раз? – нахмурилась фея. Ллойс разыскивала полиция. Пусть под настоящим именем и как-то лениво: вмешались важные люди, и дело с аукционом и секс-услугами замяли. Но неужели Ллойс настолько было плевать, что она не пыталась скрыться?
— Пару недель назад. Я тогда договорился о встрече с Джонатаном, но он не пришел. Пришлось заглянуть к нему на работу, – Винтер осекся, щелкнул пальцами и продолжил медленнее, подбирая слова. – Точно. Я встретил ее в Центре. Сола показалась мне встревоженной, сказала, что одному из пациентов плохо, и Джонатан очень занят. Это было на следующий день после встречи с монстром.. точнее, с мисс Эванс в парке.
— И именно тогда она «заболела», – закончила за него фея. – Думаешь, он всё знал?
— Знал и скрывал. Фелиция – его племянница. А он не первый год работает с измененными. Не мог не заметить. Но посмотрим, что она скажет.
На мушке пиликнуло входящее сообщение, и Шана пробежалась по нему взглядом.
— Тогда самое время спросить ее об этом. Мисс Эванс очнулась.
* * *
Фелиция молча плакала. Глотала слезы, вытирала их рукавом одолженного у Бобби пиджака – по размеру он вполне подходил под понятие «маленькое черное платье», и ни на кого не смотрела. Сжалась в комок, насколько позволяли наручники – ни дать ни взять невинно обвиненная. С тех пор как пришла в себя и увидела разрушения, она задала один единственный вопрос и больше не сказала ни слова. Шану и позвали-то потому, что ни Мэри, ни Бобби понятия не имели, что с этим делать. Дать пощечину? Вроде как рука на женщину не поднималась. Наорать? Можно только хуже сделать. Хоть влепляй еще одну дозу успокоительного для продуктивной беседы.
— Она спросила, все ли живы. А когда узнала, что жертв нет, замолчала, – недовольно заметил Бобби, не понижая голос. Надеялся вывести Фелицию из себя и хоть так заставить заговорить. – Не требует к себе адвоката, не жалуется. Просто.. вот это.
Под «этим», видимо, понимались слёзы.
— Если не разговорим ее в ближайшее время, повезу в участок. Может, смена обстановки поможет, – добавил он с угрозой.
— Или близость тюремной камеры? – уточнил Винтер.
— Такое соседство многим развязывает язык, – не стал спорить Бобби. Горожане предпочитали платить огромные штрафы, лишь бы не оказаться за решеткой. Даже если предстояло провести там всего одну ночь.
Шане, откровенно говоря, было плевать, окажется ли Фелиция в тюрьме (что было вполне вероятно), или избежит правосудия. Штраф за сокрытие изменения ждал ее в любом случае, а убийство вервольфа и попытка прикончить их в парке тянули на реальный срок. Другое дело, что превращение в жуткую тварь нормальным не было, как и недавнее изменение вампира-парикмахера, и метаморфоза Джесси. Вряд ли Фелиция сама захотела стать такой. И с этим предстояло разобраться. Но сперва..
— Постой пока в сторонке. Мне кажется, твой дракон заставляет ее нервничать еще сильнее, – попросила она Винтера. Сложно было не заметить, как сжалась Фелиция при их приближении.
— А если она превратится?
— Это же не мгновенно происходит! – упрямо возразила Шана. – Да и лекарство действует. Всё будет в порядке.
Борьбу взглядов она проиграла, Винтер был тот еще упрямец. Но и фея умела добиваться своего. Прильнула к нему, понизила голос.
— Ты же не хуже меня знаешь, как проводить сложные переговоры. Я хочу пошушукаться между нами, девочками. Может, тогда она заговорит. Обещаю сбежать при малейшей опасности.
— Ага, как же, сбежишь! Кому ты врешь! – Винтер махнул рукой, но обреченно кивнул. – Хорошо. Но я слежу..
— Бобби и Мэри тогда забери, – торопливо попросила фея, пока он не передумал.
Когда парни отошли, очень недовольно зыркая в ее сторону, Шана уселась на освобожденный стул. Какое-то время ждала, что Фелиция успокоится сама, но всхлипывания не прекращались. Ладно, никто не обещал, что будет просто.
Бутылка с водой подвернулась как нельзя кстати. Хватило жалкой половины, вылитой на склоненную голову, и истерика захлебнулась.
— Эй! – вскинулась Фелиция и наконец посмотрела на нее.
— Не в моих привычках помогать тем, кто пытался меня убить, – невозмутимо завернув пробку, начала фея, подбирая слова. Раз Фелиции вспомнила о жертвах, стоило сыграть на чувстве вины. По крайней мере был шанс, что она выслушает. – Но если надеешься, что слёзы избавят от суда, то зря. Невменяемой прикинуться не выйдет – поверь, такие попытки просекают на раз-два. Тем более, есть записи с камер на выставке. Ты прекрасно осознавала, что творишь.
— Это не так.
— Нет?
— Я не помню ничего после изменения. Когда я становлюсь.. этой, – она буквально выплюнула последнее слово, – то не могу ничего контролировать.
— Так всегда было?
Она мотнула головой.
— Я уже давно изменилась, еще на островах, и раньше легко переносила оборот. У меня была очень спокойная пантера. Но потом, когда я приехала в Грейтаун..
Она замолчала, колеблясь.
— Эванс, ты серьезно думаешь, что будет хуже? Рассказывай уже как есть, – не сдержалась Шана. Вытягивать признание было работой Бобби, а никак не ее. – Сейчас ситуация выглядит следующим образом: ты изменилась, скрыла это и, не в состоянии удержать контроль, убивала невинных горожан.
— Это не так! Мне сказали, все живы. – Фелиция бросила быстрый взгляд на Бобби.
— Сегодня да. А бедолага вервольф рядом с «Пьяной совой»?