Страница 55 из 76
Избегать открытого взгляда Винтер не стал, как и лукавить. Холли был его козырем для достижения цели, но не той картой, которой можно сыграть втемную. Если Винтер появится на собрании акционеров с государственным контрактом и поддержкой столь крупного клиента, никто не посмеет его игнорировать. А собственная значимость потешит самолюбие бизнесмена. Тут важно удержать равновесие: показать Холли его полезность, но дать понять, что и без него он держит ситуацию под контролем.
— Хо! А вы и правда стали куда смелее, – усмехнулся мужчина. – Кажется, я начинаю понимать, чем вы подкупили главу Херметик. – Заметив недоуменную складку на лбу Винтера, Холли развеселился еще сильнее. – Еще не слышали? Они отказались от нашего контракта. Отозвали свое предложение и настойчиво посоветовали обратить внимание на Бионик. Конечно, в том случае, если у него появится столь зубастый глава. Это азарт состязаний – всегда приятно победить сильного соперника!
— И что вы собираетесь делать?
— Подождать вашего назначения, разумеется. Но думаю, с таким настроем ждать придется недолго.
— А если долго?
— Мне нравится, что вы даже не рассматриваете вариант, что вас не назначат, – подмигнул ему Холли. – Не волнуйтесь, месяц или два в запасе у вас есть. Но что мы всё о работе и о работе? Моя дочь в восторге от драконов. Если вы найдете время встретиться с ней во время обеда, я буду очень признателен.
Очередное сватовство? Как будто ему председателя было мало. Улыбка Винтера стала натянутой. Ему нужно было хорошее отношение с Холли, но не такой же ценой!
— Мистер Холли, ваша дочь, безусловно, чудесная девушка, но я уже кое с кем встречаюсь, – признался он, предчувствуя недовольство. Но вместо этого собеседник расхохотался.
— Боюсь, вы неправильно меня поняли. Моя младшая дочь Энни. Она обожает драконов. – Он щелкнул на мушку, выводя на экран девочку лет пяти в платье принцессы и с куклой на руках. – И вашу девушку можете позвать. Феи ей тоже нравятся.
Винтер молча кивнул, желая укоротить собственный язык. Все-таки Холли удалось его подловить! А тот, довольный, что заставил смутиться одного из самых невозмутимых дельцов, подхватил бокал с ближайшего столика и ушел в лабиринт.
* * *
Бобби появился неожиданно. Не то чтобы подкрался, в такой толпе сложно было это сделать. Но Винтер в этот момент высматривал подругу и не ожидал, что кто-то опустит тяжелую ладонь ему на плечо.
— Ты чешую-то убери, чего такой нервный? – недовольно прогудел полицейский, отдергивая руку, хотя плотная ткань костюма и так не позволила бы о нее оцарапаться. – Не видел Шану? Ее мушка не отвечает.
— Сам ищу. А что?
— Да картина одна любопытная попалась из тех, что сегодня привезли, хотел ей показать, – скривился орк.
— Шану нарисовали, что ли?
Яркая гонщица так часто появлялась на снимках в сети, что Винтер не удивился бы и картине с ней в антураже городских улиц.
— Если бы. Ладно, забей, – с досадой отмахнулся Бобби и развивать тему не стал.
Похоже, там было что-то понятное для них с Шаной. Знакомое место или человек? Винтера неприятно кольнуло, что он вроде как остался в стороне, но настаивать на пояснении он не стал – это нормально, когда у старых друзей свои темы для беседы.
— Я пока по выставке бродил, чуть не помер со скуки, – признался Бобби. – А здесь как, всё тихо?
— Недовольные есть, но бурчат сквозь зубы. Мне кажется, все настолько очарованы миссис Либелле, что готовы закрыть на остальное глаза.
— Неудивительно. У Шаны прекрасная мать.
Винтер проследил за его взглядом. Художница о чем-то живо разговаривала с группой посетителей, и кружок увлеченных слушателей вокруг нее становился всё плотнее. Даже ее мужу пришлось отойти в сторону, чтобы не мешать. Непривычно для вечно занятого банкира.
— Мистер Либелле еще не прижал тебя насчет помолвки? – между делом полюбопытствовал Бобби.
— Он прекрасно знает свою дочь. Но я сказал, что у меня есть план.
Правда, не стал уточнять, насколько он зыбкий. Получить от Шаны согласие на помолвку было, пожалуй, самой сложной предпродажной работой, которую приходилось проводить Винтеру. Во-первых, потому что продавал он исключительно себя, пусть и в двух ипостасях. А во-вторых, потому что Шана изначально в нем не нуждалась. Она привыкла со всем справляться сама, и он боялся получить отказ. Это как холодный обзвон: усилий много, выхлопа мало. Радовало только, что помимо холодного обзвона были горячие ночи, и они позволяли надеяться на лучшее.
— План – это хорошо, – согласился орк. – А то пока дождешься, что Шана будет готова, состаришься. Если потребуется помощь, обращайся.
Ну нет, это было бы полным крахом – просить помощи у ее бывшего! Но хорошо хоть, что Бобби перестал огрызаться и как-то примирился с их отношениями. Насмешничал, но без прежней тоски, и пару раз подкидывал Винтеру идеи, чем можно порадовать Шану. Например, прогулкой у Озера Слёз на закате. Оказывается, фея обожала бродить по остывающему песку босиком, и неважно, что набегающая вода была ледяной.
— Винтер, а ты из той ночи, когда первый раз превратился, ничего не помнишь? –переключился на другую тему полицейский.
— Кроме того, что меня пыталась сожрать та тварь из парка? – о своем сне он уже рассказывал, в деталях и под запись. Увы, это нисколько не помогло в поисках монстра из парка. Зато кошмары перестали мучить. Впрочем, кошмары могли прекратиться и благодаря свернувшейся под боком фее.
— Ага. Может крики слышал о помощи или что-нибудь в этом роде? – подкинул идеи Бобби.
— Да я и нашу драку помню с трудом. Всё в голове перемешалось.
— Жаль, – взгрустнул орк. – Я всё кручу насчет убийцы вервольфа: что там случилось? Не похоже это на психопата, убить одного и остановиться. Когда у измененного крышу сносит, он идет крушить и ломать, а не прятаться и зализывать раны. Да и вервольф был тем еще отморозком, из парней Хека. Вот я и подумал, а если это была самозащита? Если вервольф не жертва, а агрессор, но внезапно противник оказался ему не по зубам?
— Ну, страхом от монстра разило, – признался Винтер. – Но хрен поймешь: дракона ночью встретить – любой испугается.
— Твоя правда.
Бобби взял бокал, поднес к губам. Но глотнуть не успел. Ноздри расширились, и орк, нахмурившись, бесцеремонно сунул палец в напиток. Облизнул, скривился и сплюнул, спасибо что в платок, а не на пол.
— Да они совсем охренели?! Мы же убрали ящик!
Винтер тоже повел носом.