Страница 50 из 77
Глава 21
Проснувшись на следующий день одна в большой кровати, Кили огляделась по сторонам. Она не помнила, как заснула. Полоска света под дверью указывала на то, что на корабле наступил день. Ей ужасно хотелось есть, но воспоминания о прошлой ночи, всколыхнувшиеся в сознании, перебивали даже мысли о еде. Она собрала всю волю в кулак, чтобы вытряхнуть это из головы, затем встала, закутавшись в одеяло, и с радостью обнаружила на столе завтрак. Под крышкой было горячее блюдо, а вокруг красиво разложены фрукты и сладости. Быстро отломив кусочек пирожного, Кили положила его в рот и прикрыла глаза. Вкус был невероятным, но все же она решила, что лучше будет сначала принять душ и одеться.
Приоткрыв узкую дверь слева от кровати, она обнаружила проходную гардеробную, небольшую, но достаточно вместительную. В ней была аккуратно развешена черная форма нескольких видов: парадная, защитная, повседневная – с изображением золотой змеи или черного быка со светящимся диском между рогов. Среди вещей на самом видном месте был оставлен более скромный комплект маленького размера, явно приготовленный для нее. Рядом лежал пакет с новыми гигиеническими принадлежностями.
В конце гардеробной находился вход в душевую комнату. Все в ней было так же просто и лаконично, как и на всем флагмане. Только самое необходимое, светло-серые стены и регулируемая подсветка. Кили включила режим приглушенного света и быстро приняла душ. Ей не хотелось, чтобы ее застали одну в капитанской каюте, а уж тем более в душе капитана. Наскоро вытеревшись и подсушив длинные волосы полотенцем, она оделась и принялась за завтрак. Голод был смертельный, поэтому она съела раза в два больше, чем обычно съедала по утрам. Сладкий горячий напиток, который было принято подавать здесь за завтраком и который обычно для нее был ужасно приторным, в этот раз показался просто восхитительным. Выпив один, Кили налила себе еще немного.
Вдыхая его аромат, она поймала себя на мысли, что никуда не спешит. События последних дней показали, насколько бессмысленно было все, что она делала на корабле до этого: учеба в инженерном, работа без устали с самого утра и до позднего вечера. Все это казалось теперь лишь способом занять ее на время, пока она не придет к пониманию своей истинной роли. Ее неизбежно подводили к тому, чтобы встретить свою судьбу, от которой Ведар уберегал ее так долго. И Каан не позволит ей пренебречь своими обязанностями. Тем более сейчас, после того, что произошло между ними.
Кили бросила взгляд на закрытую дверь каюты.
Нужно как можно скорее выяснить, где держат Ведара.
Она помнила код от двери, но сейчас на секунду засомневалась, не заперта ли она здесь. Ведь после побега стоило ожидать, что ее посадят под замок.
К огромному облегчению, код сработал как нужно, и дверь легко отворилась. В коридоре у каюты стояли двое постовых.
Ну вот и охранники.
Сейчас они заградят ей путь, и придется ей сидеть взаперти целый день, бессмысленно таращась в иллюминатор и поедая пирожные. Кили передернуло от этой мысли, слишком уж много она съела за завтраком.
Она сделала пару неуверенных шагов вперед. Постовые ее не останавливали. Тогда уже быстрым шагом она проследовала по коридору в направлении командного отсека. Она и так уже нарушила все правила поведения на корабле, так почему бы не пойти туда, куда обычно ей ходить запрещено. Позади послышались шаги, постовые следовали за ней.
Кили обернулась и вопросительно на них посмотрела. Солдаты не прекратили преследование, но и не пытались ее остановить. Один из них почтительно произнес:
– Если вы хотите увидеть пленника, Каани, то нам на нижний ярус, – и он указал нужное направление.
То, как он ее назвал, резануло слух и заставило остановиться и посмотреть на него в упор. Солдаты тоже остановились, как ни в чем не бывало.
– Не называй меня так. Я не принадлежу к семье Каана, пока не заключен союз.
– Смотря что называть союзом, – послышался насмешливый голос.
Из-за извилистого поворота с игривой улыбкой навстречу им шел тот самый рыжеволосый командир Армады. В этот раз он был гладко выбрит и выглядел гораздо моложе и приветливее, чем во время их встречи на Мер-уре. От его пошлой шутки у Кили снова начала разливаться краска по щекам. Но теперь, когда ее личность уже не была секретом, все козыри были в ее руках, и она не могла позволить кому-либо отпускать подобные шуточки на свой счет. Она гордо вскинула подбородок и с достоинством произнесла:
– Представься согласно протоколу, солдат, и ответь на один вопрос: на Мерт-сегере все еще не упразднили смертную казнь?
Тот заметно осекся, опустил глаза и, все еще тщетно пытаясь подавить улыбку, отчитался по форме:
– Одайон Шайо, командир первого воздушно-космического эшелона Армады, второй советник Каана, госпожа! Почту за честь сопроводить вас и надеюсь, до смертных казней дело не дойдет.
Он все еще боролся с расползающимися в улыбке губами. Но Кили пришлось признать, что выглядел он вполне дружелюбно. Она еще не видела здесь никого, кто бы позволял себе такую легкость в поведении. Должно быть, его положение было значительно выше, чем у остальных. Либо миф о жестокости Каана был лишь мифом, и его вполне могли окружать люди, способные высказывать свое мнение и даже шутить. Кили дала ему минуту, чтобы осмыслить совершенную ошибку, не подавая вида, что уже простила эту бестактность. Затем пошла вперед, позволив ему указывать дорогу.
Одайон провел ее и охранников к лифтовым платформам. Кили еще ни разу здесь не была. Перед входом командир предусмотрительно подал руку, но она ее не приняла и сама ловко шагнула на металлический пол подъемника. Одайон набрал нужные коды на панели управления, и платформа начала движение вниз, спуская пассажиров на нижний уровень.
Выходя из лифта, Кили ожидала увидеть что-то наподобие тюремных камер или мрачных допросных комнат. Но никаких решеток или стен здесь не было вовсе, огромное помещение полностью просматривалось. С двух сторон шли прозрачные одиночные боксы, видимо для пленников, оборудованные лишь самым необходимым. Все они были пусты, кроме одного.
В самом центре располагался большой бокс с кроватью, столом, умывальником и туалетом. На стуле возле стола сидел Ведар. Рядом с ним стоял Каан с таким же непроницаемым, неподвижным лицом, какое чаще всего видели его подчиненные на корабле. Ведар говорил, а он молча слушал.