Страница 49 из 77
Все тело Кили пробила мелкая дрожь. Ни о каких сделках и политике больше не шло и речи. Осознание пронзило тонкой иглой: он желал не просто союза с ней, а гораздо большего. И после того, как чуть не потерял ее, он больше не хотел ждать и продолжать надеяться, что она сама придет в его объятья. Казалось, он боролся с мучительным выбором: сильнее сжать ее шею и заставить подчиняться своей воле или, наоборот, ослабить руку, поддаться нестерпимому соблазну и начать ласкать ее нежную кожу. Из его груди вырвался тяжелый вздох, но он не сдвинулся с места и не ослабил хватку.
Кили увидела, почувствовала всем существом эту внутреннюю борьбу. Ей захотелось быть ближе, еще ближе к нему. Она провела обеими ладонями вверх по его животу и груди и нежно обхватила лицо. Он открыл глаза. Светло-голубые льдинки ненасытно блуждали по ее волосам, щекам и губам. Несмотря на то что это его большая рука сжимала ее шею, а не наоборот, именно он безмолвно умолял ее. Его рука сместилась с шеи на подбородок, большой палец проскользнул по губам. Кили ощущала его желание, а вид его впервые был настолько обезоруженным. Она осторожно потянулась навстречу к нему и прильнула к его губам. Он на секунду прикрыл глаза, но, не ответив на поцелуй, властно отстранил ее, долго и мучительно заставляя тонуть в своих ледяных глазах. Затем резко, с неистовой жадностью накрыл ее губы своими, полностью лишив ее воздуха. Ненасытный обжигающий поцелуй ласкал губы, а сильные руки дьявольски проворно срывали с нее одежду.
Ты никогда не прикоснешься ко мне.
Эти слова, сказанные ею совсем недавно, ее уверенность в них в тот момент рассыпались, как песок сквозь пальцы. Но это было уже не важно, его руки и губы не давали и капле сомнения пробиться сквозь нарастающую волну желания. Расправившись с верхней частью формы и прикоснувшись к ее обнаженной груди, он скинул с себя куртку и одним движением стянул нательную рубашку через голову. Он был невероятно красив, сбросив с себя всю неизменную сдержанность. Огненно-голубые глаза без стыда рассматривали ее, а скольжение рук по телу заставляло дыхание прерываться снова и снова. Замечая все изменения в ней и отвечая на каждое движение, он заставил ее тело полностью погрузиться в его объятья, а сердце биться с утроенной силой. Ее ноги дрожали и не хотели слушаться. Он легко подхватил ее одной рукой и, пронеся несколько шагов по комнате, усадил на рабочий стол, одним движением смахнув все, что на нем было. Затем стянул с нее оставшуюся часть формы и белье и медленно расстегнул на себе брюки.
Такая сила и напористость вдруг испугали Кили.
Ты никогда не прикоснешься ко мне —
эхом пронеслось в ее голове.
Ты все еще не доверяешь мне… Думаешь обо мне плохо.
Именно этого она и боялась всего сутки назад, и сейчас ее мир выворачивался наизнанку, полностью поглотив ее разум и волю. Ей захотелось понять, сможет ли она вырваться из этих железных рук, когда они уже зашли так далеко. Она уперлась ладонями в его грудь и несильно, но твердо надавила, отстраняя его от себя. Он непонимающе оглядел ее. Широкие плечи вздымались от тяжелого дыхания. Но он не двигался. Хоть и явно не желая останавливаться, но давая ей время понять, согласна ли она продолжать.
Кили медлила, рассматривая его плечи, сильную грудь и большие руки.
Какая разница, что она там говорила? Пусть она в его власти, но и он – в ее.
Перед его глазами было то, чего он страстно желал, и это была она. Кили ощущала это каждой клеточкой своего тела.
Не ее происхождение, не наследство, которое идет к ней в довесок. А она сама.
Кили тяжело выдохнула, обхватила его за шею и притянула к себе. Он не заставил больше ждать и, запрокинув ее голову, прильнул губами и языком к ее шее. Затем властно раздвинул ее ноги и протиснулся между ними бедрами. Кили хватала ртом воздух, которого не хватало, а ее тело еще сильнее задрожало в страстной готовности. Каан подхватил одну ее ногу под локоть и приподнял, другой рукой с силой придвинул ее бедра к себе и плавно вошел.
У Кили полностью перехватило дыхание, волна желания раскатывалась по всему телу. Она послушно отвечала на его ускоряющиеся ритмичные движения. Поцелуями он блуждал по ее шее и языком проводил по мочке уха, захватывая ее губами. Сильные руки крепко держали ее, не давая выскользнуть дальше, чем ему хотелось. Стоны удовольствия, похожие на всхлипы, вырывались из ее груди. Она наслаждалась его силой и мощью так же, как он наслаждался ее хрупкой нежностью. Возбуждение внутри нарастало поднимающейся волной и резко достигло пиковой точки, отправив мощный разряд от места их соития до кончиков пальцев рук и ног, заставив все ее тело выгнуться в плену удовольствия.
Новым резким рывком он подхватил ее на руки и, быстро перенеся к кровати, опрокинул на мягкое покрывало. Затем, навалившись всей тяжестью своего огромного тела, с новой силой продолжил ритмичные движения, пока такая же волна удовольствия не настигла и его.
Сделав еще пару мощных движений, он так и остался лежать сверху, не выпуская ее из железных объятий. Кили провела губами по его широкому плечу, ей было невообразимо хорошо под весом его тела, как будто именно здесь она и должна была находиться всегда.
– Не беги от меня больше, – услышала она шепот у самого уха сквозь морок завладевающего ею сна.