Страница 18 из 42
Глава 14. Она мне снится…
Влад…
Ольга в баре. Она настолько пьяна, что даже идти не может.
На руках выношу её и усаживаю в машину.
Пока мы едем в сторону её дома, она не умолкает. Всё говорит о том, что я для неё единственный мужчина на свете.
Злит меня это. Очень.
Говорю, что она ошибается и что мы с ней по разные стороны длинного тоннеля. Плачет, а потом начинает смеяться.
Заношу её в дом и укладываю на кровать.
Хватает за руку не давая уйти.
– Влад, останься, – говорит Ольга, но я высвобождаю руку.
– Оля, прекрати, – говорю я. – Тебе нужно просто проспаться, и все твои проблемы утром растворятся, словно их и не было.
– Это из-за неё всё, да? Из-за той малолетней пигалицы? – спрашивает она.
– Не говори глупостей, – хмурюсь я. – Оль, не стоит совмещать работу и личную жизнь. К тому же со мной личной жизни у тебя всё равно не могло бы быть.
– Почему? – всхлипывает она. – Мы же идеально подходим друг другу!
– Нет, – качаю головой. – Ты заблуждаешься.
– Но почему-у-у? – стонет Ольга.
– Я ни такой хороший человек, как ты думаешь.
– А мне плевать на это! Плевать, понимаешь? Я хочу быть с тобой! Чтобы всегда вместе, чтобы просыпаться по утрам и…
– Этого не будет, – говорю я жёстко.
Может слишком строг, но мне тяжело видеть женские слёзы. К тому же не стоит давать ей даже призрачную надежду.
– Вла-а-ад, – хнычет Ольга, зарываясь лицом в подушку.
– Отдыхай, Оль. Тебе нужно поспать.
– Ну и проваливай к этой своей малолетке! Выметайся отсюда! – кричит Ольга.
Киваю, и ни слова не говоря, покидаю квартиру.
* * * * *
Обнимаю эту горячую малышку.
Она подо мной плавится, словно воск. Стонет, всхлипывает от наслаждения.
Вбиваюсь в её разгорячённое от моих ласк тело, ловлю настоящий кайф.
Мой член пронзает её, губы пьют её дыхание. Схожу с ума…
Я в ней, но мне чертовски мало.
Сжимаю крепко, настолько, что даже боюсь, что кости затрещат. Кроет жёстко. И нет пути назад. Она уже проникла в мой мозг, просочилась под кожу, заставляя сходить с ума. Потому что даже секунда вдали от неё – это пытка.
Толкаюсь бёдрами, получая истинное наслаждение от стонов и всхлипов. Её грудь идеально помещается в моей руке. Она вся идеальна!
Яйца просто горят от тяжести, внутри меня всё скручивается в тугую спираль.
Рычу. Впиваюсь в её губы, трахая рот языком.
В голове только одна мысль, продержаться и не кончить раньше неё.
Опускаю руку и нащупав клитор, касаюсь большим пальцем, вырисовываю на нём круги.
В глазах темнеет. Чувствую, что вот-вот накроет.
Врываюсь в её тело такое мягкое и податливое. Она стонет в моих руках. Стонет и умоляет пронзать её сильнее, глубже, жёстче.
Наврежу ведь, глупой. Но исполняю желание, и она начинает кричать. Бьётся в моих руках, глаза закатываются от оргазма.
Член сжимает так плотно, что мне уже похер становится на всё вокруг. Только она в моих руках. Только жар её тела и крики наслаждения.
Полностью лишаюсь связи с реальностью.
От спазмов её оргазма, меня окончательно накрывает.
Трясёт всего от наслаждения.
– Сука-а-а-а, – хриплю я и… распахиваю глаза.
Дыхание тяжёлое, вырывается с трудом, а я всё ещё непроизвольно толкаюсь бёдрами в уже испачканную простыню, и сжимаю кулаки.
Блядь! Да какого хуя со мной происходит?
Срываюсь с постели и провожу пятернёй по волосам.
Сердце колотится так, словно вырваться из груди готово.
Не могу поверить, что оттрахал собственную кровать.
Качаю головой, и тяжело вздыхаю. Поднимаю голову, уставившись в потолок. Горькая улыбка скользит по моим губам.
Совсем крыша поехала под старость лет, идиот чёртов.
Роняю голову на грудь и прикрываю глаза.
Это уже реально сумасшествием попахивает.
Качаю головой и сдёрнув грязное бельё, уношу в стирку.
Сам принимаю душ, а затем иду в мастерскую.
Один хрен теперь не уснуть.
В своей мастерской смотрю на недорисованную картину малышки, и снова жмурюсь, потому что на фоне случившегося оргазма снова желание накатывает.
Нет, так не может больше продолжаться. Нужно занять себя чем-нибудь другим, иначе я снова сорвусь.
Приняв решение, открываю неприметную дверь возле шкафа и вхожу.
Передо мной небольшой тренажёрный зал.
Окидываю взглядом снаряды и горько хмыкнув, сразу перехожу к тренировке.
Спустя время, полностью вымотавшись от нагрузки, вытираю лицо и плечи полотенцем, и вернувшись в мастерскую, приступаю к своему рисунку.
Сейчас меня отпустило, но надолго ли? Как долго я смогу ещё продержаться и не начать вновь пускать слюни? Даже сейчас, глядя на картину, на каждую новую линию, перед глазами снова возникает она.
Сложно всё. А эта грёбаная жизнь только и делает, что смеётся надо мной. С самого начала смеётся.
Инвалид, затем художник, а теперь ещё и псих, дрочащий на портрет молоденькой девчонки. Какая ирония, что б меня.
Марина. Что же ты сделала со мной?
Прикрываю глаза, но подсознание снова выжигает образ малышки. Сперва она смеётся, волосы по плечам, а в следующий миг из её глаз катятся слёзы.
Меня буквально до печёнки пробирают эти слёзы. Наизнанку выворачивают. В груди больно становится.
Марина.
Довёл её вчера, придурок чёртов, и ведь даже не проверил, в порядке ли она?
– Дебил долбанный, – выдыхаю, и гляжу на часы.
Время уже за полдень.
Быстро принимаю душ и запрыгнув в тачку, гоню в институт.
У самого входа паркуюсь и откинув голову на подголовник, вынимаю мобильник из кармана. Нужно сделать звонок до того, как увижу Марину.