Страница 9 из 76
— Что же, я воспользуюсь любезно предоставленной мне возможностью и посвящу её личным делам, — сказал юноша, — Их у меня предостаточно.
— Но как же! Ведь в установленное для общественных дел время личными заниматься непорядочно! — с явной иронией в голосе заявил подгоренец, — Вам надлежит ожидать поручения, ни в коем случае не получая в это время удовольствия и пользы! Иначе подвергнетесь всеобщему осуждению!
— Это если кто-то увидит, — ответил Мирослав и заговорщицки подмигнул собеседнику.
Спустя ещё три дня терпение Мирослава начало иссякать.
— Сталия, я хочу поговорить о дне моей гибели. Сейчас!
— Ох… — Сталия тяжёло вздохнула, — Я всё же надеялась, что ты на какое-то время забудешь об этом…
«Значит, она просто время тянула? Вот уж действительно не похоже на Малину…»
— Почему? — нахмурился юноша.
— Потому что ты можешь услышать то, что тебе не понравится и уже не сможешь смотреть на меня, как на друга, — ответила она, отведя взгляд в сторону и нервно накручивая на палец медную проволоку, — Может, подождём, пока всё закончится? Расскажу тебе всё перед тем, как отправишься в дальнейший путь. На прощание. Так нам обоим будет проще.
— Нет, — покачал головой Мирослав, — Довольно. Я ждал достаточно.
— Хорошо. Как тебе будет угодно, — женщина тяжёло вздохнула, — Тогда поговорим вечером. Я посещу тебя в твоих покоях.
— Но разве это не поднимет шум по всему Яшмовому Своду? Они скрежещут зубами каждый раз, когда мы остаёмся наедине в мастерской, а уж такое… — слегка удивился Мирослав.
— По этому поводу не беспокойся. У меня свои методы.
— Ну что же, тогда увидимся вечером…
«Если она и в этот раз решит морочить мне голову, то завтра я не покину её мастерскую, пока не получу ответы.»
В подгорье не было привычного дня и ночи, а яшма на потолке свода сияла круглые сутки. Так что для измерения времени использовали самые разные методы, включая механические часы, а сами время бодрствования и сна устанавливались традициями и могли отличаться от свода к своду.
В районе здешней полуночи, когда всем жителям Яшмового Свода было положено крепко спать, одна из деревянных стенных панелей, которые покрывали покои Мирослава, отодвинулась и из сумрака вынырнула Сталия.
— У тебя по всему городу тайные ходы? — улыбнулся богатырь.
— Нет. Просто в этих покоях когда-то давно жил мой тогда ещё будущий муж. Он был тем ещё авантюристом и романтиком, так что в одиночку проделал проход в мои покои, чтобы болтать по ночам. А это, скажу я тебе, расстояние не из маленьких.
— Целеустремлённость, заслуживающая уважения, — кивнул юноша и указал на свободное кресло, — Присаживайся и приступим.
— Точно уверен, что хочешь этого? — замялась Сталия, подрастеряв ставшую уже привычной для Мирослава собранность и сдержанность.
— Точно. Не думаю, что ты можешь сказать что-то, что меня серьёзно заденет. Разве что заявишь, что это ты меня убила.
— Нет. Не я. Но ты так уверен, что тебя ничего не тронет? Даже если я скажу, что ты сам во всём виноват?