Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 27 из 76

Глава 12 Из пепла

Мирослав уклонился от потока пламени, направленного в него жыжем, и потянулся к бушующим вокруг водам. Страфиль спикировала сверху, целясь когтями в его лицо, но неожиданно богатырь перехватил её за лапы и с силой швырнул в бурлящий живой поток. Тот закружил её, вскоре скрыв из виду. Масса живы, которую юноша вырвал из потока, обратилась в доспехи и копьё

«Сила, что направлена уничтожить меня, послужит мне.»

Мирослав оттолкнулся от всё уменьшающегося островка земли и всадил копьё в осьминога, который тут же попытался обвить его, но полетел в воду, отброшенный, словно шашлычок, насаженный на палочку. Жыж яростно взревел и обрушил поток огня на богатыря, но тот вновь потянул силу из бесконечного океана живы, формируя щит. Леший попытался воспользоваться возможностью и обратился в когтистую тварь, что ринулась с другой стороны, но юноша тут же прыгнул, позволяя атаке духа пламени ударить в союзника. Всё ещё находясь в воздухе, он сформировал лук и сделал серию выстрелов по пламенному созданию, метя в его сосредоточия силы. Но нечисть также поняла, какой потенциал несёт бушующий вокруг океан живы и быстро восстановилась, после чего вновь бросились в атаку.

Тем временем доступное им пространство становилось всё уже и уже. Мирослав активно жонглировал богатым арсеналом оружия, которым научился владеть за свою жизнь, сдерживая обоих монстров, но вскоре это стало делать всё сложнее и сложнее. Когда бушующие воды почти поглотили островок, леший обратился в птицу и взлетел ввысь, но не успел оторваться прежде, чем богатырь захлестнул его лапу кнутом и подтянулся следом, в полёте отсекая ему голову мечом. Дубок же опутал жыжа, вместе с ним погружаясь в пучину.

«Эта сила чуждая, но всё же не была враждебной, немного жаль, что так сложилось. Но оно и к лучшему. Всё лишнее должно уйти.»

Мирослав сотворил крылатое облачение и завис в воздухе, наблюдая за тем, как уровень воды повышается.

«Больше тянуть нельзя или уже моё тело не выдержит такого давления.»

Юноша сконцентрировался и спикировал в воду, сразу же погрузившись глубоко во тьму. Осталось самое трудное. Подчинить колоссальный объём мощи и поставить себе на службу, вновь перестроив своё тело и дух.

«Подумать только, как безграничен путь совершенствования. Когда-то я был уверен, что познал всё, что только могла предложить наша Явь, и осталось лишь устремиться ввысь к бессмертным. Но после перерождения я постоянно вижу всё новые и новые возможности, сталкиваюсь с новыми идеями и их реализациями. Теперь же, чтобы выжить, придётся применить всё это разом.»

Мирослав принялся впитывать и распределять мощь эликсира, бушующего в котле. Укрепляя кости и сухожилия, повышая мощь мышц, закаляя кожу и раскрывая потенциал органов. Богатырь здесь и сейчас сотворял новую норму, борясь с попытками кощея сделать из него эликсир. Он даже прошёл поднебесный предел, а поток всё не прекращался, вынуждая его снова и снова повторять процесс, пока силы не начали покидать юношу.

«Ещё немного. Как только буря уляжется, он решит что всё готово. Это будет идеальный момент для атаки. Надо только продержаться.»

И вот, наконец, когда он уже оказался на грани — давление наконец спало. Мирослав снова мог вернуться к нормальному ощущению тела и тут же обнаружил, что его одежда, кошель и всё содержимое оказалось уничтожено. Лишь путеводное блюдце и яблочко, которые должны были провести его в Лабиринте, уцелели. Юноша освободился дорогой ценой и хуже всего то, что даже легендарный «Рокочущий Клык», который он сумел заполучить совсем недавно, тоже стал жертвой хаоса происходившего в котле.

— Потерпи, дорогая, осталось совсем немного!

Скрежетнула крышка котла. Ещё мгновение и момент будет упущен. Мирослав сконцентрировал все свои мысли на одном.

«Оружие.»

Тяжёлая крышка котла отворилась и он мгновенно вытолкнул себя вперёд, нанося удар в глазницу кощея, а через неё в затылок. Прямо туда, где расположилась метка. Самое уязвимое место сосуда души. Он вложил в этот удар всего себя, поглотив все шесть хвостов для создания клинка. Сквозь чары. Сквозь барьер. Сквозь кость. Бесшумный выпад и рёв бури за спиной Блуда, разметавший всё вокруг. Тот уцепился за клинок, который спустя мгновение утратил прочность и со звоном разлетелся от его хватки

— Как ты выжил? — пробормотал он, ещё не осознав произошедшее.

— Те, кто слишком долго купаются в могуществе, забывают о том, как хрупка на деле их жизнь, — ответил Мирослав.

— Плевать. Сейчас я… — челюсть кощея с громким стуком рухнула на пол, а спустя мгновение упала и вытянутая вперёд рука.

Мирослав едва успел разглядеть, как останки нечисти обращаются в прах, и рухнул на стенку котла опустошённый. Ему удалось сохранить сознание, но пришлось хорошенько отлежаться, чтобы прийти в себя.

«Столько ингредиентов, омолаживащий эликсир и даже образец жёлудя, а уж кошель как жалко…»

Мирослав выбрался из котла и немного подвигался, разгоняя кровь.

«Эффект даже превосходит предыдущие „перерождения“. Каждая частичка моего тела стала в несколько раз совершеннее! Но что с духовными силами?»

В материальном мире его метки бремени на хвостах сильно поредели, а острые линии смягчились. Юноша закрыл глаза и принял позу древа. Внутренний мир вновь обрёл форму духовного сада, но теперь всё, куда падал взгляд, было под его контролем. Лишь высокие тёмные горы, устремляющиеся в небеса, указывали на границы. Множество растений, олицетворяющих накопленную им мудрость и знания, разрослись вокруг, но были лишь украшением. В центре сада же расположились семь древ, сплетающихся в один могучий ствол.

«Похоже, что в момент предельной концентрации на убийстве кощея мои наиболее подходящие под текущий уровень силы техники меча приняли в себя всю доступную мощь и крепко отпечатались в духовном мире, каждая связав себя с хвостом, как замена прежних умений. Не совсем то, что я предпочёл бы, но пока буду полагаться на них. По крайней мере, теперь никто уж точно не сможет сказать, что мы с Дарёном один человек. Интересно, смогу ли обойтись без ядер монстров в дальнейшем? Я определённо ступил на неизведанную тропу совершенствования, что для прошлого, что для настоящего. Опасную, но вместе с тем такую интригующую!»