Путь к бессмертию 5

Глава 7 Суд Предков

Император присмотрелся к старшей и его пламенный лик озарился подобием улыбки.

— Я помню тебя, пусть и ещё совсем крохой. Ты Лазурь — старшая дочь правительницы Среброгорья. В отличии от других, она всегда посещала императорский дворец с семьёй, ведь считала, что вы должны знать о мире больше и всегда учиться новому. Она была мудрой женщиной.

— Благодаря тому, что юная Сталия стала матроной — мы знаем вас, владыка.

На глазах у ошарашенного Молотобоя она поднялась со своего трона и преклонила колено. Её примеру последовали и многие другие.

— Приносим свои извинения за грубость, но мы обязаны были убедиться.

— Можете возвращаться к своему суду, — сказал тот, усилием воли возвращаясь в духовное воплощение.

— Я передумал, — вдруг воскликнул Молотобой, — Очевидно же, что теперь решение будет на стороне Сталии! Предки моего рода, защитите меня и дозвольте покинуть сей балаган!

Десятки пламенных фигур окружили целителя, включая одну из довольно крупных и величественных.

— Мы действительно сомневаемся в том, что в такой ситуации суд может быть непредвзятым, — сказал старший среди них.

— Мы благоволим матроне Сталии, — кивнула Лазурь, — Однако на исход суда это не повлияет. Так было и так будет.

— Тогда вы не будете против, если суд проведу я?

— Если только ты готов поставить свою душу на одну чашу весов со своим потомком, Медяк.

— Я-то готов, а ты Лазурь?

— Безусловно.

— Тогда приступим.

Медяк встал в центре и взмахнул руками в сторону Сталии и Молотобоя.

— Отворитесь души и покажите нам всю правду, что таится внутри.

Их силуэты обратились пламенем, в котором стремительно сменялись образы один за другим. Мирослав едва успевал что-то рассмотреть, но Медяк и остальные, похоже, к такому были привычны. Потому что пока выражение на пламенном лице Медяка всё мрачнело и мрачнело, с лика Лазури не сходила спокойная мягкая усмешка.

— Ну что же. Назвался золотцем — полезай в плавильню, — наконец сказала старшая, когда Сталия и Молотобой вернулись в свой прежний облик, — Вынеси приговор.

— Такого быть не может! Вы что-то сделали! Как-то подменили её воспоминания!

— Неужели хоть кто-то из нас владеет столь великим могуществом? — спросила Лазурь, — Неужели ты? Или может я?

— А почему нет? Ты создала камни, а значит, никто не может знать, какова твоя истинная власть здесь!

— Вот как запел? Но не ты ли бросил мне вызов и пожелал свергнуть вместе с текущей матроной? — улыбнулась старшая, — А теперь пытаешься всё вывернуть так, словно у тебя изначально не было шансов? Не глупая ли это была затея? Разве ты дурак, Медяк? Или ты просто не ожидал такого исхода и теперь пытаешься выкрутиться?

— Проклятие, однажды тебе это аукнется, попомни мои слова!

— Приговор, Медяк, озвучивай приговор.

— В споре между Молотобоем и Сталией победителем выходит Сталия. Суд предков не узрел в её деяниях с момента восхождения в статус матроны ни одного действия, нарушающего заветы предков или ведущего к вреду для Яшмового Свода решения. Вместе с тем Молотобой неоднократо посвящал своё время и силы плетению интриг, а также присваивал ресурсы свода для собственных нужд. За это он приговаривается к немедленному принятию в Чертоги Предков и последующему присоединению к Сонму Молчания. Я, как его защитник, поставивший на его невиновность, последую той же судьбе… — закончил тот, — Довольна, Лазурь?

— Нет. Я бы предпочла, чтобы до такого не дошло, — ответила та.

— Могу я попросить за Молотобоя? — вдруг заговорила Сталия.

— У тебя есть такое право, — кивнула старшая.

— Несмотря на все его проступки и твердолобость, в остальном он шёл по положенному ему Пути и выполнял возложенные обязательства, проявляя должную компетентность. В такие тяжёлые времена, как сейчас наступили, нам понадобится каждый целитель. Если он готов принять мою власть и перестать бороться с каждым моим решением, то я готова вернуть его на службу Яшмовому Своду. Хотя пост главы определённо займёт кто-то другой. Управлять ресурсами я ему в любом случае не доверю.

Молотобой посмотрел на неё с искренним удивлением.

— Твоё прошение будет удовлетворено, матрона Сталия.

— Значит ли это, что и я могу сохранить свободу? — спросил Медяк.

— Нет. Ты должен понести своё наказание, — сказала Лазурь, — Тем более, что это не помешает тебе приносить пользу.

Она повела рукой и фигура Медяка окаменела, после чего рухнула в провал, открывшийся в полу.

— Приговор приведён в исполнение. Теперь по поводу компенсации, которую запросила Сталия. Сие пожелание действительно не противоречит законам Яшмового Свода, а кандидат более чем достойный и принесёт нашему народу пользу. Однако даже так мы не станем отступать от заведённых порядков, — сказала Лазурь, — Он уже не дитя и ты не можешь просто усыновить его. Значит ли это, что ты хочешь отдать за него одну из своих дочерей? Или, может, сама желаешь обрести новую опору на долгом пути, что тебе предстоит в управлении Яшмовым Сводом?

— Моё желание не имеет значения. Наиболее благим путём будет третий. Он докажет свои намерения путём испытания.

— Это трудный путь. И не менее сложно подобрать достойное испытание.

— К сожалению, судьба преподнесла нам его сама. Беда, что охватила Яшмовый Свод, невероятно опасна и может погубить всех нас. Но я верю в то, что забытый император сможет найти решение.

— Да будет так. Принимаешь ли ты предложение матроны Сталии, повелитель?

«В этом определённо будет немало преимуществ. Я смогу свободно передвигаться по городу, а у неё появится возможность говорить о вещах, о которых не могла раньше. Но наверняка с тем придут и свои обременения. Так и быть, коли уж я обещал ей довериться, то надо идти до конца.»

— Зовите меня — Мирослав, — сказал юноша после недолгих размышлений, — Я принимаю ваше предложение и сделаю всё, что в моих силах, чтобы спасти людей Яшмового Свода.

— Да будет так. Идите твёрдо по Пути, что вам предначертан, и не подведите надежд предков.

— Вот ещё что. Я бы не хотел, чтобы кто-то кроме присутствующих знал информацию о моей настоящей личности.

— Мы об этом позаботимся.

Мирослав проморгался, попутно вновь привыкая к тяжести и ограниченности материального тела.

— Ты просто использовала меня, чтобы получить желаемое, не так ли? — вяло пробормотал Молотобой.