Страница 6 из 7
Стотыщметровая труба, соединявшая Пичворд с Потусторой, располагалась в местечке под названьем «Закроватье». Чепухелла была не самой опрятной колдуньей в Пичворде и, как правило, все ненужности скидывала за кровать. В Закроватье можно было встретить всё что угодно: яблочные огрызки, шкурки от дыни, старый магнитофон, кусок пенопласта, и, конечно же, все заколдованные провинившиеся тоже попадали в Закроватье. Сломанная Клавиатура и Мусорный Мешок, будучи ещё людьми, просидели в Закроватье почти триста пичвордских лет. А потом, когда складывать ненужности стало некуда, колдунья придумала создать в Подземелье Потустору и отделить её от Пичворда огромной стотыщметровой трубой. Потихоньку она отобрала всех провинившихся и скинула в Потустору. И, как я вам уже говорила, как только провинившийся ударялся о землю Потусторы, срабатывало заклинание Чепухеллы, превращая человека в какой-нибудь ненужный предмет или старичка. По большому счёту, ребята, Закроватье напоминало огромную-преогромную свалку ненужностей и несчастных пичвордцев, провинившихся перед Чепухеллой. Потусторцам и без того жилось нелегко, а тут ещё сестра Чепухеллы со своими издевательствами. Пока кусок старого пенопласта летел по стотыщметровой трубе, он разлетелся на миллион маленьких кружочков, которые парили в небе Потусторы, будто и вправду пошёл снег. Немайя злобно засмеялась в трубу, громко прокричав: «Снега они захотели! Ха-ха-а-а-а-а! Получайте свой снег! Глядите, какой белый и пушистый! Почти как в СноуЛенде! А вот вам ещё мой сломанный снежколеп, не забудьте поиграть в снежки… Ха… Ха-а-а-а-а!» Жители Потусторы с грустью смотрели, как по тусклому старому небу разлетаются маленькие кружки пенопласта. Сломанная Клавиатура и Дырявый Чулок вспомнили, как катались в СноуЛенде на огромных плетёных корзинках и пили горячий вишнёвый сок. Кукольная Голова вспомнила, как в детстве попробовала снежинку на вкус и что зима – её самое любимое время года. Мусорный Мешок поддержал беседу друзей и поделился смешной новогодней историей. Волшебный дневник тем временем записал рассказы всех потусторцев, украсив истории яркими разноцветными картинками. И только Дядюшка Гниль, не обращая внимания на пенопласт, бежал вслед за таинственными следами гнили куда-то вдаль по бесконечно длинному коридору Потусторы. Он и сам не заметил, сколько времени прошло, сколько раз сворачивал на поворотах и куда попал в конечном счёте.
«Мда-а-а-а, кажется, я заблудился, – расстроился Гниль. – И мои любимые следы куда-то пропали. Кажется, я зашёл слишком далеко. Неужели… Неужели я доплясал до конца Потусторы?» Дядюшка Гниль тревожно посмотрел в сторону последнего тусклого фонаря. Его свет был настолько мрачным, а тьма беспросветной, что на секунду Гниль подумал, что не найдёт дороги домой. И только он решил повернуть назад, как, почувствовав лёгкое дуновение ветерка, остановился и неловко спросил:
– Кто здесь?
– Я хочу тебе помочь! Лети за мной, – послышался милый детский голос.
Гниль неспешно обернулся, но поблизости никого не оказалось.
– Я хочу тебе помочь! Лети за мной, – повторил голос.
– За кем лететь-то? Я никого здесь не вижу, – возмутился Гниль.
– А ты присмотрись. Если хочешь победить врага, нужно обращать внимание на любые мелочи. И то, что с виду может показаться неважным, на деле имеет огромное значение. В бою с Чепухеллой может помочь даже сущий пустяк или какая-нибудь ненужность вроде меня.
Гниль ещё раз осмотрелся вокруг, но ничего, кроме тусклого фонаря, кромешной мглы и парящего в воздухе маленького кругляшка пенопласта, не заметил.
– Выходи на свет, невидимка, – требовательным голосом крикнул Дядюшка Гниль. – Я тебя не укушу! Я хоть и страшноват, но добр! Да и к тому же у нас в Потусторе никто не кусается.