Страница 5 из 7
– Какое уж тут терпение, – добавил Медведь Барри, – когда сто тыщ метров под землёй располагается некое государство, в котором живут Сломанная Клавиатура, Дырявый Чулок, Мусорный Мешок и Кукольная Голова.
– А самое главное, что все они умеют разговаривать и до страшного происшествия были самыми обыкновенными людьми, – согласилась МиниКлео.
– Нам нужно обязательно всем помочь, ведь всё это проделки злой колдуньи Чепухеллы! – защебетали Пташки-Многоцветки, со страху поменяв цвет своего сказочного окраса. – А что, если она доберётся до сказочного леса и отправит всех нас в Потустору? Вдруг мы станем серые-пресерые, как засохшая трава, и больше никогда не сможем переливаться с цвета на цвет?
– Спокойствие! Никаким колдуньям не добраться до сказочного леса! Это я вам как король обещаю! – заявил кабан Великий Лоренцо Третий.
Вот так и гадали жители леса, какой на самом деле окажется история таинственного Дядюшки Гниля. Кстати, а почему его звали Гниль? Ведь это какое-то весьма странное имя. И если бы Дядюшка Гниль жил не в сказочном лесу, а в маленьком простом-препростом городишке, учился в какой-нибудь самой обычной-преобычной школе и был мальчишкой, каких много на свете, его бы звали любым красивым человеческим именем, например, Саша или Артём, а может быть, Карлос или Даниэль. Но в сказочном лесу всё было по-другому, к тому же своё имя Дядюшка Гниль получил ещё находясь в Потусторе. Из рассказа старичка Белка узнала, что Чепухелла, захватившая колдовством Пичворд, скидывала всех неугодных по огромной стотыщметровой трубе в Подземелье. И как только провинившийся ударялся о землю Потусторы, тотчас срабатывало заклинание Чепухеллы. Так появились на свет Кукольная Голова, Дырявый Чулок, Сломанная Клавиатура, Мусорный Мешок, Дядюшка Гниль и загадочные следы, которые так любил наш таинственный старичок. С именами в Потусторе не было особых заморочек. Да и какие могут быть заморочки, ведь если ты обычная Сломанная Клавиатура, то вряд ли кто-то назовёт тебя Изабель, а если ты простой-препростой Дырявый Чулок, то в Потусторе так им и останешься. И никакой надежды, что кто-нибудь заштопает твою огромную дырку, ласково назвав «Мой Мишель». Правда, в отличие от своих «потусторонних» друзей Дядюшка Гниль был хоть и странный, но человек. А Гнилем его назвала Сломанная Клавиатура из-за его странной-престранной любви к загадочным следам гнили. Вы же помните, как он обрадовался и стал танцевать, когда увидел их дома у Белки? В Потусторе было то же самое. Дядюшка Гниль пускался в пляс ровно за пять минут до появления следов гнили на полу Потусторы. Чаще всего следы появлялись ближе к вечеру, когда в Подземелье загорался свет тусклых фонарей. А днём в Потусторе было своё собственное небо с облаками. Правда, оно было ненастоящим. Просто однажды Чепухелла сжалилась над жителями Подземелья и выкинула им по стотыщметровой трубе огромный холщовый мешок, в котором лежало старое пичвордское небо. Дело в том, что если много колдовать, то с годами небо становится тусклого цвета, прямо как в дождливую пасмурную погоду.
Вот и небо Пичворда с годами потускнело от колдовства Чепухеллы. Колдунья ничуть не расстроилась и попросту наколдовала новое небо, а старое упаковала в огромный холщовый мешок и скинула в Потустору. У неё была маленькая, ободранная со всех сторон, неприметная с виду трубка, в которую она могла легко-прелегко вдуть старое небо и выдуть оттуда новое! И даже не спрашивайте, как она это делала, про это знает только сама колдунья. Кстати, с виду Чепухелла вполне приличная женщина, а внутри ни клочка света, одна тьма. Да, только такая злюка, как Чепухелла, могла скинуть в Потустору старое небо. Оно было таким же мрачным, как настроение жителей Подземелья. Единственным развлечением Сломанной Клавиатуры был волшебный дневник, который ей подарил Мусорный Мешок.
– Помогите, кажется, внутри меня что-то лежит! – закричал Мусорный Мешок в день, когда его скинули в Подземелье. Сломанная Клавиатура вытряхнула Мусорный Мешок и нашла там волшебный дневник, который записывал мысли всех жителей Потусторы. Стоило только о чём-нибудь подумать, как эта мысль тотчас появлялась в дневнике. Поэтому жители Потусторы называли его волшебным. Когда Чепухелла скинула старое небо в Подземелье, Сломанная Клавиатура подумала: «Разве это настоящее небо? Настоящее небо, оно ведь ярко-голубое, с нежными воздушными клочками белых облаков. Разве можно в ненастоящем небе увидеть лучик яркого солнца и почувствовать его тепло? Разве оно сможет подарить нам прозрачные капли тёплого летнего дождя или стаю птиц, летящих в пасмурный осенний вечер на зимовку? А радость первого зимнего снега? Как жить с ненастоящим небом над головой?»
В тот час сестра Чепухеллы, колдунья Немайя, услышала мысли Сломанной Клавиатуры и, решив поиздеваться над жителями Потусторы, скинула в Подземелье огромный кусок пенопласта, злобно припевая: «Снежок для потусторцев! Снежок для потусторцев!»