Страница 72 из 130
— Понятия не имею, — признался Рейгард, изо всех сил стараясь не морщиться, чтобы не пугать девушку. — У меня порой возникает ощущение, и я почти уверен, что оно правдивое.. В общем, я думаю, роза проклятья слышит мои мысли. Специалисты по проклятьям, которых я приглашал, думают так же, но проверить это опытным путём, ясное дело, невозможно.
— И что ты подумал только что, если роза решила спрятаться под кожу?
— Поблагодарил её, точнее Марсию, за проклятье. Если бы не оно, я бы, возможно, не узнал о существовании Кассандры.
Лина порозовела и, отведя взгляд, вновь придвинула к себе альбом.
— Ладно, давай дальше. Я ещё не всё рассказала..
Он не стал напоминать, что пора идти на завтрак. Да и, по правде говоря, Рейгард и сам о нём забыл, рассматривая снимки с маленькой Касси.
Крошечный ребёнок в ванночке, улыбающийся беззубым ртом. Малышка в комбинезончике на полу, среди погремушек. Сосредоточенная мордашка, грызущая сушку первыми зубами. Касси в обнимку с Линой перед ёлкой на Главной площади.. Снимков было много, и Рейгард с удовольствием рассматривал бы каждый едва ли не по часу. Но листала альбом Лина, быстро рассказывая про каждую фотографию.
— Здесь Касси три года, — улыбнулась девушка, глядя на снимок возле ёлки. — Она тогда захотела увидеть каток, и мы в выходной день отправились на Главную площадь, чтобы покататься. Восторгу было! Но главное, что Касси так быстро научилась кататься, словно всегда это умела. Рассекала по льду, гордо вздёрнув нос, такая смешная..
Как же жаль, что он этого не видел.
Но чем больше Лина рассказывала, тем сильнее Рейгард понимал, насколько важно всё-таки справиться с проклятьем и вымолить прощение хотя бы у дочери. Чтобы общаться с ней, вместе летать, смотреть, как она растёт.
И если до этого момента желание снять проклятье в Рейгарде почти умерло, то теперь он ощущал, как оно возрождается, наполняя его ласковым теплом и надеждой.
— Знаешь, я передумал, — произнёс наследник, когда Лина замолчала, чтобы перевести дух.
— Передумал? — она покосилась на Рейгарда и обрадованно улыбнулась, когда он ответил:
— Я хочу снять проклятье. И готов помогать тебе во всём. Хоть кожу с меня сдирай — я согласен.
— Это замечательно! — Лина буквально подпрыгнула на диване, а затем, рассмеявшись, подалась вперёд и.. поцеловала Рейгарда.
Конечно, она его просто чмокнула, очень быстро и почти невесомо, куда-то между пастью и глазом, но ему хватило и подобной близости, чтобы застыть как статуя, ощущая лишь бешеный стук сердца.
Аделина
Не могу сказать, что я отличаюсь особенной импульсивностью. Но я действительно обрадовалась, услышав от Рея вот это: «Я передумал». Я чувствовала, не знаю, каким образом, но чувствовала и понимала — без его непосредственного желания, без его надежды ничего не выйдет.
Он должен хотеть жить сам.
Возможно, если бы Рей по-прежнему был человеком, я никогда не смогла бы его чмокнуть. Но он сейчас не напоминал самого себя, и я не сдержала собственный порыв.. а потом поймала ошарашенный взгляд наследника, полный неверия и дикой надежды, и смутилась.
Не стоило, наверное. Ещё поймёт неправильно..
Но сделать или сказать что-либо я не успела, потому что в дверь неожиданно постучали и послышался голос одного из гвардейцев.
— Ваше высочество! Завтрак через пять минут.
Рейгард тут же изменился в лице, откровенно скривившись — будто ему предложили поковыряться в помойном ведре или поплавать в канализации. Я даже улыбнулась, а потом поинтересовалась:
— Если для тебя это всё настолько невыносимо, почему ты не отправишь остальных конкурсанток по домам? Ты ведь веришь, что снять проклятье можем только мы с Касси, верно?
— Верно. И я бы отправил, но Себастьян просил этого не делать. Якобы всё может быть, вдруг не в вас дело.. Но я думаю: это отговорка. Ему для чего-то нужны все эти девушки.
— Ну конечно нужны, — проворчала я. — Твой брат просто так ничего не делает.
— Тебе он не нравится? — зачем-то спросил Рей после нескольких секунд молчания, и мне показалось, что наследнику было по какой-то причине неловко. Будто он подозревал, что я втайне влюблена в Себастьяна, и стыдился собственных мыслей.
— Я понятия не имею, что от него ждать, и это напрягает, — призналась я честно. — Он, как я заметила, довольно скрытен. Я отлично осознаю, что он использует меня — и для того, чтобы снять проклятье, и ещё по каким-то своим причинам. Всё это просто не может нравиться, Рей.
Наследник кивнул, отводя взгляд, и тут я наконец сообразила.
Он же ревнует. Ревнует!
Это было настолько неожиданно, насколько и нелепо, что мне захотелось рассмеяться. А ещё почему-то сразу повысилось настроение.
— Ладно, пойдём на завтрак, — пробормотал Рей и встал с дивана, аккуратно выпрямив хвост, чтобы не снести окружающие предметы и не задеть меня, а затем подал мне когтистую руку. — Я ещё должен объявить об очередном свидании.
Настроение тут же испортилось.
— И как ваша вчерашняя прогулка с Валенсией, ваше высочество? — зачем-то поинтересовалась я, нахмурившись, и тоже встала, схватившись за ладонь Рейгарда. Прикосновение было необычным — очень жарким и острым из-за когтей и моей собственной ревности, в этот момент будто приставившей к горлу нож.
— Я не помню, — ответил Рей совершенно обезоруживающе и продолжил с той же бесконечной честностью, которая абсолютно выбивала меня из колеи: — Я люблю только тебя, Лина. Мне не нужен никто другой.
Я не ответила, словно онемев, но наследник и не ждал ответа, а просто повёл меня к выходу из комнаты.
Уже оказавшись в коридоре и не обнаружив рядом никого из девушек — ни одной! — я до крайности изумилась. Мы обычно ходили в столовую все вместе, строем, в сопровождении кого-то из гвардейцев или дель Крайса. Но где остальные конкурсантки? Ведь нас с Реем позвали к завтраку..
— Его высочество Себастьян отдал приказ, — пояснил один из гвардейцев, видимо заметив наше недоумение. — Всех проводить в столовую. Потом туда пойдёт его высочество Рейгард. И после него, минут через пять, — госпожа Аделина. Он передал, — тут в голосе мужчины прорезалось неподдельное смущение, — чтобы вы её отругали. И желательно построже.
— Узнаю Яна с его интригами, — хмыкнул Рей, пока я удивлённо молчала. — Что ж, хорошо. Тогда я пойду. Лину приведёте позже, как и говорил его высочество Себастьян.
Тут мою ладонь сжали, и я неожиданно осознала, что мы до сих пор так и стоим — держа друг друга за руки.