Страница 97 из 114
Когда напольные часы в углу столовой пробили девять вечера — затянувшийся за спорами и переменами блюд обед незаметно перетек в поздний вечер — леди Хэмфриз поднялась со своего места, подавая знак, что дамам пора оставить зал. Мы шуршащей вереницей последовали за ней в малую гостиную, где ярко горел камин и на столах уже дышал ароматом свежий чай.
Леди Джерси опустилась в кресло рядом со мной, грациозно разворачивая веер. В её глазах светилось предвкушение хорошей светской охоты.
— Дауман, — произнесла она вполголоса, — весьма достойный молодой человек. Немного резок для своего возраста, но колониальная служба накладывает свой отпечаток. — Она сделала многозначительную паузу. — Вы заметили, леди Сандерс? Он смотрел на вас почти всю первую перемену блюд. И, кажется, его внимание очень не понравилось нашему дипломату.
— Я была занята беседой с хозяином дома, — ответила я.
— Разумеется, — согласилась леди Джерси с интонацией, которая выдавала её полное неверие моим словам.
Я взяла свою фарфоровую чашку, устроилась в глубоком кресле у огня и сделала вид, будто увлечённо слушаю рассказ мисс Прескотт о провинциальных балах прошлого сезона. Сама же непрестанно думала о лорде Ярмуте, которого полковник Грант назвал мерзавцем без малейшего колебания, и о том, как стремительно леди Хэмфриз оборвала фразу Честера. В этом доме явно были темы, о которых не стоило распространяться при посторонних.
Через щель неплотно прикрытых дубовых дверей столовой доносился глухой мужской смех, звон хрусталя и стук отодвигаемых стульев — джентльмены отдавали должное баронскому портвейну. Кто-то снова упомянул принца, кто-то ответил ему короткой, резкой фразой, и за столом снова дружно расхохотались.
Я неторопливо допила свой чай и с тихим щелчком поставила чашку на серебряный поднос. Усталость, после долгой дороги, начала брать своё. Но я, старательно скрывая зевки, продолжала кивать мисс Прескотт, делая вид, будто меня до глубины души занимает фасон платья леди Бертон на прошлом столичном приеме.