Племянница из провинции

54

– Что вы сказали, донна Лагосса? – не поверила я своим ушам.

– Как есть, убили нашу королеву, – старушка вытерла слезы большим клетчатым платком. – Теперь на троне умертвие будет сидеть, король-то черный маг! Говорят, любил ее без памяти!

– Да как же? –чуть пакет с лимонами не выронила. Дона Ливия пожаловалась, что лимонов на рынке не найдешь, не сезон, и я несла ей шесть штук с королевской кухни.

– Да, поднял труп, теперь у нас мертвая королева, – всхлипнула старушка, и побрела к своему дому.

Я едва себя сама не почувствовала мертвой, столько скорби было в ее согнутой спине и поникших плечах. Впрочем, донна Лагосса после гибели сына была не в себе. Но слухи меня не порадовали.

Я шипела, как злобная кошка, но отказывалась жить во дворце, цепляясь за дом магистра. Создавала проблемы своей охране. Но последний разговор с доном Меером выбил меня из колеи.

Я не смогу больше жить, как простые жители Кэлалвейна, заявил он. Хочу я или нет, Даэнир меня коронует. Методично глава Тайной службы разбивал мои страхи.

Научный центр достроен? Достроен и оснащен. Ну, и почему бы мне не жить во дворце, и ездить оттуда, куда мне изволится? Это абсолютно нормально, у королевы полно забот, она не сидит сиднем за вышивкой. Желаю поощрять искусство? Заняться образованием и воспитанием детей? Могу посещать больницы, приюты и богадельни. Даже взять под личный патронаж. Кхе-кхе, наукой интересуетесь? Превосходное увлечение! Так почему бы не руководство научным центром? Тогда я просто рот открыла от удивления. Была уверена, что управлять будет магистр Ямбир. Как я могу командовать учеными, достигшими невероятных высот в магии?

Магистр Ямбир отказался наотрез занять пост директора и нисколько не возражал, чтобы я обеспечивала ему комфортные условия для работы. А это у меня всегда получалось безукоризненно. Он так и сказал. Собственно, его интересовала только его лаборатория и эксперименты.

Я? Руководить научным центром по артефакторике?! Кто меня слушать будет? Но кто-то же обязан доставлять материалы, обеспечивать свет, тепло, вентиляцию, следить за чистотой помещений и кормлением подопытных животных? Так что он с радостью отдаст все это в мои руки и облегченно вздохнет, не отвлекаясь на разную ерунду.

– А вам не нужно все знать или досконально разбираться в какой-то научной отрасли. – Дон Меер ехидно улыбнулся. – Для этого у вас консультанты будут. Помощники по научной части, по хозяйственной, по работе с персоналом. Мы всех тщательно проверим. Вы же отлично сумеете наладить работу. Мы видим по вашим фрейлинам, что вы сумели их сплотить в настоящую команду. Такого никогда не было в истории ни одного дворца!

Я смущенно потупилась. Ну, а что такого? Вместо того, чтоб строить козни и прелюбодействовать, девушки заняты полезным делом. Просто я поручила им то, к чему они сами стремились. Камилла творческая личность, я поручила ей следить за новостями искусства, сообщать мне о достойных премьерах, авторах, актерах и музыкантах. Стоит ли говорить, какой взлет может получить безвестный талант, если его вовремя разглядят и поддержат? Способных детей надо учить, часто божественная искра падает на скотный двор, где талант не понимают, не оценят или вовсе воспримут в штыки. Создание интерната для талантливых детей захватило Камиллу целиком и полностью.

Эрика мягко мной подталкивалась к садоводству, и это точно ее привлекало больше рытья котлованов и отвода грунтовых вод. Братья перестали над ней смеяться, потому что успехи ее в Королевской Оранжерее заслуживали только восторженного «Вау!».

А Ирис стала моим секретарем. Воздух ей шептал все сплетни и новости.

Мы совместными усилиями набрали еще четверых девушек, дружелюбных, неконфликтных и не завистливых. И не планирующих стать фаворитками Даэнира.

Как всегда, при мысли о муже мои щеки покраснели, а дыхание сбилось. Приходилось признаваться, влюблена в него по уши. Ирма точно подметила симптомы любовной лихорадки. Я не устояла, хотя и пыталась держаться стойко от этой заразы. Даэнир был… Боги, да о чем я вообще?! Он просто проник мне под кожу!

Тогда, после покушения, лежа с растерзанным лифом, я сгорала от неловкости и в то же время мучилась от желания поцеловать его шею. Млела от той нежности, с которой он проводил по моему лицу, шее, ключицам. Так осторожно, кончиками пальцев, будто крылом бабочки водил. Больше всего страдая от того, что он видит раскрашенную маску, начала ерзать и отворачиваться. Хочу, чтобы он видел меня красивой! А я просто ужасна сейчас! У меня даже слезы из глаз полились от огорчения.

– Мне надо умыться!

– Конечно, милая, – Даэнир просто дорвал то, что не дорезал стилет целителя, а потом вытащил меня из платья, как орех из скорлупы.

Я осталась в его руках в кружевных чулочках, прозрачных панталончиках с рюшем, и шелковых туфельках. В таком порочном виде мне еще не приходилось бывать. Лучше уж совсем голой! Как-то честнее…

А Даэнир смотрел на мое тело, прикрытое жалкими клочками ткани, и тяжело дышал. Глаза у него стали совсем черными, с тонким зеленым ободком. Я пискнула, прикрыла грудь и помчалась в купальню, будто меня спинобрюхи за пятки кусали.

Только б он не вошел, пока я не смою эти напластования моды на лице! Мягкие шаги за дверью заставили меня заметаться по купальне. Я не нашла ничего лучшего, чем нырнуть в круглый бассейн. Успела только туфли сбросить, а панталончиик нет. Спряталась.

Что за дура! Мы женаты, у нас все было, почему я веду себя, как безнадежная, неизлечимая идиотка?

Погрузилась в бурлящую воду по самые ноздри и смотрела, как плавно входит Даэнир. Как он лениво расстегивает мундир… Я так засмотрелась, что просто не уловила момент, когда уже смотрела на абсолютно голого мужчину. Их учат так раздеваться? Вроде только моргнула, а он уже весь… готов к супружеской жизни.

Сердце бухало в горле, между ног горел пожар.

Я ведь совсем его тогда не рассмотрела, зато сейчас увиденное заставило мои уши алеть, как маки. Нет, до пояса я часто видела мужчин на покосе или в кузне… вот ниже еще не доводилось. Тоненькая дорожка волос от пупка спускалась к… Приличные девушки туда не смотрят! Ровный, в извитых венах могучий ствол с розовой головкой приветливо мне кивнул и отдал честь, впечатавшись в живот. Влажная клякса смутила меня окончательно.