Страница 68 из 70
Тэя росла. Ей было четыре, потом пять, потом шесть. И с каждым годом ее способности становились сильнее.
Она могла остановить тварь, будто общалась с ними мысленно. Могла позвать их, но становясь старше она начала бояться их. Иногда плакала по ночам.
— Мама, я монстр?
— Нет, милая, — отвечала я. — Ты моя дочь. Ты просто… особенная.
— Я не хочу быть особенной. Я хочу быть как все.
Я прижимала ее к себе и молчала. Что я могла сказать? Что все будет хорошо? Я не знала, что ее ждет дальше.
***
Тайный орден «Защитники скверны»
Мы не прятали меченых, не спасали их из поселений. Это было бы бессмысленно. Мы учили их жить со скверной.
«Защитники скверны» стали сетью. Тонкой, разветвленной, скрытой от посторонних глаз. Мы действовали в тени, постепенно меняли мир.
Дэррик в столице продвигал новые законы. Он искал сторонников среди знати, тех, кто устал от страха перед скверной, кто видел, что меченые не угроза, кто готов был слушать. Он говорил с лордами, с военными, с чиновниками. Не только о меченых, а о справедливости, о лекарствах, о том, что система, которая лишает людей права на нормальную жизнь из-за скверны — гнилая до основания.
— Это не быстро, — писал он в одном из писем. — Но я нашел пятерых, кто готов поддержать нас. Еще трое сомневаются. Но они слушают. Скоро мы вынесем на рассмотрение закон о закрытии поселений и снятии ограничений с меченых.
Лекс поддерживал связь с другими поселениями. Он путешествовал по другим поселениям, аванпостам, по глухим деревням и делился знаниями. Рассказывал об ампутации, о том, как остановить скверну и спости простого человека. О том, что отвар из Огненных цветов работает, если принять его в первые минуты.
— Я обучил четырех целителей, — писал он. — Они теперь знают, как действовать на ранних стадиях заражения. Как можно спасти человека.
Он рисковал. Но о его метке никто не знал, и он пользовался тем, что мог передвигаться по империи свободно.
Я занималась изготовлением отваров и настоек. У нас была небольшая лаборатория в подвале старой башни, мы переоборудовали ее в тайную мастерскую. Я варила отвары из лепестков, делала настойки и разливала по маленьким бутылочкам, рассчитанным на одну порцию.
— Мы не можем сделать достаточно, — сказала я однажды Валтару, чувствуя усталость и бессилие.
— Мы делаем то, что можем, — ответил он, успокаивая меня, разминая мои затекшие плечи своими большими ладонями. — И этого уже больше, чем было год назад.
А Тэя… Тэя училась.
Ей было шесть, когда она впервые сознательно вытянула скверну из человека. Мы привезли меченого из соседнего поселения, мужчину, зараженного недавно, у которого скверна начала прогрессировать. Он терял сознание, бредил.
Тэя подошла, положила ладони ему на грудь рядом с меткой. Закрыла глаза.
Скверна вышла из него и впиталась в ее тело.
Я смотрела на нее и едва могла дышать, потому что видела, как скверна наполняет ее.
— Не бойся, мама, — решительно заявила Тэя. — Я знаю, что делаю.
Она училась. И каждый раз, когда она вытягивала скверну, она становилась сильнее.
Орден рос. Мы оставались в тени и готовились к тому дню, когда меченые перестанут быть изгоями.
***
Пятнадцать лет спустя
Тэя стояла на стене аванпоста, смотрела в горы. Ветер трепал ее длинные темные волосы с золотистыми кончиками. На щеках россыпь веснушек как у отца. Большие шоколадно-зеленые смотрели вдаль.
Рядом стоял Валтар.
— Папа, — сказала Тэя. — Я хочу учиться в академии.
Он не удивился, только спросил:
— Почему?
— Потому что я должна знать, кто я. И что я могу. А в академии есть библиотеки, учителя, знания… Мне нужно это. Я устала бояться своей силы.
Валтар долго молчал. Он знал, что дочь заговорит об этом, она уже говорила с Селин.
— Я поговорю с императором. Он знает о твоем существовании, но не знает о твоих способностях. Но дело не в этом… Ты не сможешь учиться под фамилией Скар. В обществе известно, что твоя мать меченная. На тебя обрушится волна негатива от противников скверны, тебе не дадут спокойно учиться.
Тэя повернулась к отцу и обняла его, улыбнулась. Ведь он говорил так, будто уже готовился отправить ее на учебу.
— Ты — моя дочь, Тэя, — сказал он. — Никогда не забывай об этом.
Внизу, в оранжереях, Селин отложила лопатку. Выпрямилась, посмотрела на стену, где стояли её муж и дочь.
— И дочь женщины, которая изменит этот мир, — добавил Валтар.
Селин улыбнулась и помахала им рукой.