Страница 27 из 70
В глубине души, я надеялась, что смогу прятать Тэю, пока Валтар не уедет. Но он не уезжал. Дни тянулись, а генерал со своей свитой все еще был в аванпосте. Они улетали на несколько часов, но потом возвращались.
Тэя просилась гулять. Каждое утро она подбегала к окну, смотрела во двор и спрашивала:
— Мама, а когда мы пойдем на улицу?
Я придумывала отговорки. То погода плохая, то у меня много работы, то Ирма занята. Но ребенок не дурак.
— Мама, ты что, боишься того дядю? — спросила она однажды вечером.
Я замерла.
— Какого дядю?
— Большого, который на меня смотрел, — просто ответила Тэя.
Я не знала, что сказать.
На следующее утро я решилась. Нельзя вечно прятаться. Если Валтар что-то понял, он сам даст знать. А если нет... тем лучше.
Мы спустились во двор. Тэя держалась за мою руку, вертела головой, разглядывала солдат.
Валтар стоял на плацу, разговаривал с одним из драконов-офицеров. Темноволосым, суровым. Я хотела свернуть к лазарету, но Тэя дернула меня за руку.
— Мама, смотри, тот дядя!
Валтар поднял голову. Увидел нас и замер.
Офицер что-то спросил, но Валтар уже не слушал. Он что-то бросил ему коротко и пошел к нам уверенным шагом.
Я выпрямилась, положила руку на плечо Тэе, будто защищая.
— Леди Селин, — кивнул Валтар. Голос у него был как всегда невозмутимо ровный, но я видела, как напряжены его плечи. Он смотрел на Тэю. Взгляд скользил по лицу, по волосам, по глазам.
Моей дочери было два года и восемь месяцев. Темные, чуть светлее, чем у отца, волнистые волосы. Веснушки на переносице, такие же, как у Валтара. И глаза — шоколадно-зеленые, огромные, с тем же разрезом.
Он все видел. Я не сомневалась.
— Ваша... приемная дочь? — спросил он, и голос чуть дрогнул.
— Да, — ответила я ровно. — Тэя.
Тэя смотрела на него во все глаза. Ни страха, ни смущения. Просто смотрела, как на старого знакомого, встречи с которым давно ждала.
— Сколько ей? — спросил он.
— Два года и восемь месяцев.
Валтар сглотнул. Я видела, как дернулись его пальцы. Он хотел протянуть руку, но не решился.
— Красивое имя, — сказал он тихо. — Тэя.
— Дядя красивый, — ответила Тэя и улыбнулась своей светлой, открытой улыбкой.
Валтар замер. В глазах мелькнуло что-то… боль, радость, отчаяние.
— Спасибо, — сказал он хрипло.
Тэя потянулась к нему, будто хотела подойти ближе. Я мягко, но твердо удержала ее за плечи.
— Нам пора, — сказала я. — У меня работа.
— Селин, — окликнул он, когда я сделала шаг.
Я остановилась, не оборачиваясь.
— Я... — начал он и замолчал.
— Что, генерал? — спросила я через плечо.
Он молчал несколько мучительно долгих секунд.
— Ничего, идите, — бросил он коротко.
Я повела Тэю к лазарету, чувствуя взгляд генерала Скара спиной. Он смотрел до тех пор, пока мы не скрылись за дверью.
Внутри я выдохнула.
— Мама, — Тэя дернула меня за рукав. — А почему дядя такой грустный?
— Не знаю, — ответила я.
— Он хороший, — уверенно сказала Тэя. — Только ему нужно время.
Я посмотрела на дочь. В два года и восемь месяцев она говорила иногда как взрослая. Слишком взрослая.
— Откуда ты знаешь? — спросила я.
— Чувствую, — просто ответила она и побежала к Лексу, который вышел из подсобки с охапкой трав.
Я осталась стоять у двери.
Валтар знал. Теперь я была уверена. Но что он будет делать с этим знанием, я понятия не имела.
Утро выдалось спокойное. Тэя крутилась в лазарете, помогая мне перекладывать бинты и мешая Лексу с настойками. Ей нравилось здесь — запах трав, склянки, даже больные были ей интересны.
— Мама, а почему у дяди такая рука? — спросила она, глядя на мужчину из поселения с замотанной кистью, под повязкой скрывалась скверна.
— Поранился, — коротко ответила я.
— А у того дяди?
— Тоже.
Тэя задумалась, потом изрекла с серьезным видом:
— У нас в башне никто не ранится. Только здесь.
Лекс хмыкнул, я улыбнулась. Дети видят мир проще.
К обеду в лазарете стало тихо. Больных было немного, в основном меченные из поселения, но новых давное не поступало и нам с Лексом оставалось только вести наблюдения.
Я отвела Тэю к Ирме в столовую, наказав вести себя хорошо и не убегать.
— Я не убегаю, — обиженно сказала дочь.
— А на стену кто убегал?
— То другое, — важно ответила Тэя и уткнулась носом в булочку.
Я вернулась в лазарет. Лекс ушел в поселение, там был тяжелый больной, которого он должен был посмотреть. Я осталась в лазарете одна. Пациентов не было, новых укушенных не привозили, и я решила наконец разобрать запасы ткани для перевязок.
Я перебирала полоски ткани, раскладывала их по размеру, откладывала ветхие и те, что не получилось отстирать. Работа была спокойная, я погрузилась в свои мысли и не сразу услышала шаги. Сначала подумала, что Лекс вернулся. Но шаги были тяжелее, увереннее.
Я выглянула из подсобки.
Посреди лазарета стоял Валтар.
— Вы что-то хотели, генерал? — спросила я, скрестив руки на груди.
— Поговорить, — бросил он, скользнув взглядом по моему белому фартуку, скрещенным на груди рукам, волосам заплетенным в косы, и останавливаясь, наконец на моем лице.
— Мы уже говорили, — напомнила я. — Ты хотел разорвать связь. Я согласилась. Но ритуал так и не провели. Если хочешь сделать это сейчас, я не против…
Руки потянулись к завязкам на спине, я развязала фартук и бросила его на скамью… Но под взглядом Валтара остановилась.
— Я передумал, — произнес он.
— Что значит "передумал"?
— Это значит, я не буду проводить ритуал.
— А твоя невеста? — мой голос дрогнул. — Что скажет леди де Монфор, когда узнает, что ты до сих пор связан с бывшей женой?
— Она ничего не узнает, — жестко ответил он, шагнув ко мне.
Я смотрела ему в глаза пытаясь прочесть в них хоть что-то, но это не помогало.
— Я хочу, чтобы ты уехал, чтобы забыл про меня и про Тэю.
Валтар дернулся от моих слов, как от удара.
— Ты хочешь, чтобы я забыл про нее? — и его голос утратил былое равновесие, срывался. — Про дочь, которую ты от меня скрывала три года?
Я сжала кулаки.
— Ты сам меня бросил, — сказала я жестко. — Ты не спрашивал, не искал. Ты вообще не думал, что у меня могла родиться дочь. А теперь приезжаешь и обвиняешь меня в том, что я ее защищала?