Страница 94 из 129
Он закрывает его, подцепив мой подбородок большим пальцем. — Я сказал «нет», — напоминает он мягко, почти скучающе, но поворачивает моё лицо к свету, будто хочет запомнить это мгновение, и продолжает двигать рукой в том же ритме.
— Это приятно, — говорит он хриплым, сосредоточенным голосом.
Его щеки раскраснелись. Волосы кажутся темным ореолом в свете потолочной лампы. Я вижу игру мышц и вен на его сильном предплечье.
— Прямо как дома, когда я дрочу и думаю о тебе. Похоже? — Он проводит пальцем по моей скуле. — А я думаю о тебе каждый раз.
Его рука замедляется, словно он хочет растянуть удовольствие, но снова ускоряется, когда я облизываю губы.
— Тебя это устраивает? Вся та грязь, которую я представляю с тобой, пока довожу себя до конца?
Я киваю. От этого движения мои губы задевают его член снизу, и его дыхание резко перехватывает.
— Я знал, что ты не будешь против. Быть моей любимой игрушкой. Моей девочкой. Тем, кого я использую. Кого трахаю. Тем, кого я разрушаю и чиню.
Снова жадный, искренний кивок. Это всё, чего я хочу. Чтобы он говорил мне, что делать, и заботился обо мне.
— Господи. Я поверить не могу, что ты существуешь, Скарлетт.
Его палец проскальзывает в уголок моего рта, заставляя его открыться, и я не сопротивляюсь. Когда головка его члена вжимается в мой язык, он уже кончает. Он не закрывает глаза, даже когда всё его тело содрогается, а из груди вырывается глубокий рык.
Я глотаю всё, что могу. Остатки слизываю с его пальцев. — Идеально, — повторяет он снова и снова, целуя моё лицо, веки, губы.
Эта похвала дарит почти такой же восторг, как и сам оргазм.