Страница 38 из 62
— Жена? Ха, жена!.. — хмыкнул Сырник. — Она-то есть, да чуть что — отвернулась к стенке, и никаким подъемным краном не повернешь! И так может — неделю, две, месяц даже. Уже и проблемы решены, а она — нет. Устала на работе, дом, дети — все на ней. А я сижу в офисе, баклуши бью да на машине по Москве раскатываю, и только одно у меня на уме — потрахаться. Ну работа, ну домашнее хозяйство, так что ж теперь, застрелиться и не жить? А я понимаю, в чем тут дело — наказывает меня, чтоб не спорил больше, даже рта не раскрывал, когда она задумывает очередные грандиозные покупки! То новую кухню, то мебель, то еще чего.
Я не прислушивался, о чем Сырник частенько говорил с Борькой, когда приходил ко мне, но теперь точно знал — вот об этом. Но Борька ушел от нас, а я не мог молча слушать и сочувственно смотреть Сырнику в глаза, как он.
— Ну и какие тут проблемы? Отвернулась жена — найди себе женщину, которая повернется как надо. У тебя же были варианты, Надежда, например.
— Да знаешь, я после этого неважно себя чувствую, в душевном смысле. Вроде как предателем стал. Вернешься домой, дочки встречают, обнимают, папа, папа. Ты хоть можешь представить себе такое?
Честно говоря — нет. Дочек у меня не было, женщины не отворачивались, они просто не приходили ко мне, если уставали на работе или просто не хотели. Да и кто будет приходить и отворачиваться к стенке, жалуясь на усталость? Я себе такую подругу не мог представить. А вот другие способы противодействия стервозной жене — мог.
— У тебя же есть интернет, займись виртуальным сексом, пообщайся с какой-нибудь озабоченной дамой — легче станет.
— Да как?! — закричал Сырник. — У меня две комнаты, одна детская, другая наша. Буду общаться, а она проснется, посмотрит...
— Ну и что?
— Да то!
Случай и вправду был сложный, запущенный, даже я не знал, что посоветовать. Борька просто молчал и смотрел на Сырника внимательными глазенками, а мне же сказать что-то нужно было. Но что?
— Тогда займись онанизмом. Иногда помогает, — не совсем уверенно сказал я.
— Да пошел ты!.. — рявкнул Сырник.
— Я и пошел. Надеюсь, ты мне уступишь диван.
Я поднялся, но Сырник опустил свою громадную ладонь на мое плечо.
— Нет, постой. Сперва вмажем еще по одной, а потом — спать. Выпьем не чокаясь, в память одного... замечательного... почти человека. Он был намного умнее тебя.
— Я в этом не сомневаюсь.
— За Бориску, пусть земля будет ему пухом.
Мы выпили. И ничего странного в этом не было. Обычный серый крысенок стал для меня самым близким, родным существом. И Сырник, который поначалу и на дух не переносил его, теперь ставил Борьку выше меня, и был по-своему прав.
Что такое крыса? Наш серый враг, это знаем с детства. Правильно знаем? Точно ли знаем? Да ни черта подобного. Так сказал кто-то с телеэкрана, с газетной полосы, с книжной страницы. Вот и живем, веря телеэкрану да печатным строчкам. А нет бы самим взять да и познакомиться ближе с серыми малышами, соседями вечными нашими. Но мало кто хочет знакомиться... Почему? Даже с виду они симпатичные, пушистые, как кошки и белочки. Хвост у них длинный и голый? А что, собак и кошек с такими хвостами нет? И все равно — не хотят люди знакомиться с ними. Так и во всем, дурак — значит, дурак, враг — значит, враг. А на самом деле — может, совсем не так обстоит дело. Да кому это важно?
Я не стал звонить Насте, что она скажет мне — понятно и без звонка, радости от этого было немного. Сырник определил мне место ночлега на семейном диване, бросил туда подушку и одеяло. Сам устроился в детской, на нижнем этаже двухъярусной кровати дочек. Помещался он там с трудом, но если поджать ноги, можно и поспать, что Сырник и сделал.
Ну а я с удовольствием вытянулся на диване. В джинсах и футболке, но — под одеялом, и голова на подушке. Хорошо-то как!
Глава 15
Проснулся я в начале девятого, телефонный звонок разбудил. Мобильник лежал на журнальном столике за диваном, нужно было только протянуть руку и взять его. Голова не болела, не так уж много мы вчера выпили, и я сразу вспомнил, что Марьяна обещала перезвонить утром.
— Привет, Марьяна, — сказал я, подавив зевоту. — Нормально ночь прошла?
— Черт тебя побери, дурака! — послышался из трубки гневный бас отца. — Ну хорошо, хоть живой! Ты где сейчас?
— Привет, пап... Я в Москве, а что?
— У тебя все в порядке?
— Ну да. А что случилось?
— Кто на даче был?
— Вечером я оставил там девушку с охранником, жену босса рекламной компании, и вернулся в Москву.
— Ну вот поезжай в Лобню и объясни все тамошним следователям! У меня своих дел по горло.
— Ты можешь объяснить, что там стряслось?
— Какие-то трупы во дворе, машины с разбитыми стеклами! Вытаскивают меня, понимаешь, из ванной, вопросы дурацкие задают! Немедленно поезжай и разберись!
Сырник стоял в дверях, молча смотрел на меня.
— У нас мясо осталось, Олег? — спросил я.
— Что с Марьяной?
— Не знаю. Отцу звонили тамошние менты, какие-то трупы во дворе обнаружены.
— Понятно, какие...
— Так есть мясо или нет?
— Осталось, мы же не все съели, я в холодильник убрал...
— Давай разогревай, я быстро умоюсь, перекусим и двинем в Лобню.
— Только командовать и умеешь, — недовольно пробурчал Сырник. — Я ж говорил, что от этого Влада никакого толку! Если б мы остались на даче, там были б другие трупы.
— Но мы же договорились с Артемовым! Я пообещал этому ревнивцу, что кроме Влада никого больше рядом с Марьяной не будет! — заорал я. — Кому нужны эти рассуждения в пользу бедных?
— Тебе и нужны, — сказал Сырник.
Я быстро оделся и побежал в ванную, подтолкнув Сырника в сторону кухни. Новой зубной щетки никто мне не предлагал, пришлось выдавливать пасту на палец. Но и таким образом зубы не сразу удалось почистить — в ванную заглянул Сырник, протянул мне мобильник.
— Не слышишь, что ли? Тебя.
Как я услышу, если вода шумит? А как отвечу, если рот полон зубной пасты? Сплошные неудобства! Звонил Артемов, переживал, что жена до сих пор не позвонила, хотя обычно встает рано. Я не стал его огорчать, сказал, что срочно выезжаем туда, если хочет, пусть присоединяется. Артемов сказал, что лучше ехать на его джипе, так быстрее, я не возражал, сказал — через полчаса на Рублевке у метро «Кунцевская», с правой стороны, если ехать из Центра. Действительно, на джипе быстрее доберемся. Эх, Марьяна, Марьяна...