Страница 14 из 58
Вадим осмотрелся... Это была двухкомнатная квартира в доме старинной постройки. Еще из царских времен. Огромная гостиная и большая спальня.
По фотографиям на стенах было видно, что это фамильное гнездо Бубликов. Наверняка комод и буфет были куплены каким-нибудь прапрадедом — купцом первой гильдии.
Вероятно, и ванна здесь была не как стандартная коробочка. Дверь туда была приоткрыта, но Вадим не решился заглянуть. Он только слышал, как там струится вода, а Василиса напевает что-то цыганское.
Хилькевич вскрыл вино, разложил конфеты, зажег свечи. Стало уютно и романтично... Она вышла не в джинсах, не в белом свитере, а в каком-то легком и ярком восточном халате. Вид был домашний и одновременно торжественный.
— Давайте выпьем, Вадим, и сразу перейдем на «ты». Без всяких брудершафтов.
— Согласен, Василиса... А за что пьем?
— За приятную встречу. За дружбу и любовь.
Красное сухое вино пили медленно, глядя друг другу в глаза. Но даже в этот момент Вадик подумал о Ирине Багровой... Пока он ей не изменял, но у этой Василисы такой напор, что невозможно сопротивляться. Надо только успеть узнать о связях Бублика.
— Я все удивляюсь, Василиса, какое у тебя красивое и необычное имя.
— А у меня все красивое и все необычное.
— А сокращенные, ласковые варианты есть?
— В школе меня звали Васькой, а дома Лизой или Лисой.
— Ты говорила, Лизонька, что узнала нового друга Бублика. Того, который его дойная корова.
— Тебе нужно его имя? Я скажу, но в спальне... Пойдем, если не боишься.
И он пошел! А что было делать? Его служба и опасна, и трудна...
Она повернула его спиной к кровати, толкнула на матрац и запрыгнула сверху, как конопатая пантера.
Вадим понял, что для деловых разговоров у него не больше десяти секунд.
— Лизонька, ты обещала про дойную корову.
— Ох, Вадик, какой ты настырный! Непременно своего добьешься. И такой шустрый. За один день совратил бедную девушку.
— Лиза, ты про корову обещала.
— Опять ты про это! На фото вместе с Борисом был Владимир Афонин. Сейчас его личность на каждом заборе. Это наш кандидат.
— В каком смысле?.. Я, Лизонька, только утром из Москвы приехал. Я не вник в ваши дела.
— Я вижу... Через неделю в Ветлуге выборы мэра. И этот Афонин один из кандидатов. Наверняка он дал Борису деньги, и тот уехал в Америку... А теперь давай помолчим. Я не люблю при этом разговаривать...
10
Ирине сделали удостоверение от газеты «КК». Это было и хорошо и плохо... Хорошо тем, что издание популярное и его сотрудникам открываются все двери. А плохо из-за доступности телефонов редакции. Один звонок в Москву — и вам скажут, что не направляли в Ветлугу журналистку Багрову. Скажут, что вообще не знают такой!
Номер в гостинице ей бронировал сам генерал Сидоров. Получалась такая версия, что журналистка приехала писать об успехах фирмы «Волна»... Уже в первые часы после заселения Ирине в подробностях пересказали историю отеля «Салют». Он строился как женский пансион — что-то вроде института благородных девиц. Тогда он назывался просто, но на французский манер — «Версаль».
Так вот, уже через год пансион приобрел пикантную славу — сплетничали, что некоторые воспитанницы регулярно принимают у себя мужчин. Эти слухи тянулись три года, а перед первой войной с немцами возник скандал на всю Ветлугу. Из Москвы приехали полицейские чины, допросили девиц, распустили их по домам, а руководство «Версаля» увезли в столицу. Суда так и не случилось, но кто-то из шутников ко входу в благородный пансион привесил два красных фонаря.
После этой информации пребывание в тихой Ветлуге и тем более проживание в бывшем «Версале» становилось для Ирины делом любопытным и веселым... В наше время никто не знает своих корней до седьмого колена. А именно из глубокого прошлого растут наши таланты и бегут все наши тараканы.
Багрова получила отдельный номер, но с удобствами в конце коридора. Узкая и длинная комната размером чуть больше чем два на четыре. Вероятно, именно в таких кельях жили когда-то воспитанницы пансиона.
В Москве конкретных заданий Ирина не получила. Она собиралась завтра утром встретиться с Муромцевым и сообщить, что ей нужны ценные указания от руководства. Но неожиданно в пять вечера позвонил сам Павел. Он узнал номер ее кельи и уже через пять минут был на третьем этаже лучшего отеля Ветлуги.
— Тут, Багрова, события развиваются так стремительно, что без тебя никак не успеть.
— Я, Паша, постараюсь.
— Постарайся... Я сегодня выезжал на труп. Клиент так обгорел в машине, что опознать невозможно. Но документы сохранились. Вот попробуй, Ирина, угадай с трех раз — на чье имя паспорт?
— Борис Бублик!.. А кейс при нем?
— И кейс есть, но весь сгорел, прямо в лепешку... Я чуть разведал и полагаю, что в машине был не совсем Бублик. Подменили парня, прямо как в мыльной опере... Вот тебе, Ирочка, ключи с трупа, сходи на улицу Мышкина, семь дробь три и проверь квартиру.
— Это все?
— Нет... Завтра будем проводить срочную генетическую экспертизу. Нужно хоть что-нибудь от настоящего Бублика. Поищи, Ирина, не побрезгуй... Может быть, волосы с подушки. Мне сказали, что этот тип был нормальным ученым — нестриженый и лохматый, как Эйнштейн.
— Сделаю, Паша... Это все?
— Нет. Вот тебе пригласительный в соседний кинотеатр. Через сорок минут там начнутся предвыборные дебаты. Встречаются все три кандидата в мэры... Мне интуиция подсказывает, что все это связано — Бублик, кейс и политика! Ты, Ирина, разведай обстановку. А в квартиру пойдешь, когда стемнеет. Нам нельзя там светиться — мы же без ордера.
Вокруг кинотеатра бурлила местная общественность — три группы старушек по двадцать человек. У всех похожие плакатики, призывающие голосовать за своего кандидата. Справа группа поддержки Афонина, слева — Твердохлебова, а по центру — Инюшева.
В фойе все зрители регистрировались, предъявляя паспорта. Не успела Ирина отойти от стола, как к ней подскочил шустрый парень во всем джинсовом.
— Вы сама Багрова. А я вас искал... Я — Феликс Скулов, редактор «Вечерней Ветлуги». Мы по пятницам выходим. Три полосы рекламных и немножко о местных новостях... А вам я завидую. Вы в газете, которая агитатор и трибун!
— Да, мы такие.
— Очень хотелось бы, Ирина, напечататься в «КК».
— Это можно... Но пока, Феликс, просветите в местных хитростях. Кто есть кто в Ветлуге? Что за политика вокруг выборов?