Страница 111 из 117
И в этот момент в дверном проеме появились знакомые лица. Бледные, запыхавшиеся, освещенные красным мигающим светом, Игорь Сергеевич, Женя, Кира и Витька стояли в коридоре. Их взгляд, метнувшись по комнате, усеянной телами и черными следами, замер на высоком черном силуэте, склонившемся над пристегнутым мальчиком.
– Саша! – закричала Кира, и ее голос, полный чистого ужаса, прорвался сквозь гул в Сашиных ушах, разрезая его ледяное оцепенение.
Что‐то внутри него дернулось.
Этот крик. Этот знакомый, отчаянный голос. Он пробился сквозь пустоту, в которой Саша утопал, и зацепился за что‐то глубоко внутри, за что‐то еще живое, что он считал уже мертвым.
Они пришли. За ним. Сквозь весь этот ад, несмотря на все свои обиды.
И в выжженной пустыне Сашиной души вспыхнул хрупкий, но яростный росток, стремящийся к жизни.
Он не умрет. Не здесь. Не так. Не перед ними.
Но было поздно – рука Странника уже обхватила его плечо. Ремни на теле лопнули. Пространство вокруг заструилось, искажаясь, – Странник готовился к побегу вместе с добычей.
На миг встретившись взглядом с широко раскрытыми от ужаса глазами друзей, Саша вдруг ощутил резкий рывок. Последнее, что он увидел перед тем, как пелена сомкнулась, поглощая его и черный силуэт, вцепившийся в кресло, – это лица Киры, Вити, Жени и Игоря Сергеевича, искаженные беззвучным воплем.
А потом раздался тихий хлопок, и Саша исчез.
Странник утащил его за собой.