Страница 4 из 5
Возвращение беглянки
В начале августа Наташа с потрёпанным чемоданом на колёсиках, бутылкой дешёвого вина и потухшими глазами возникла на пороге Аниной однушки без предупреждения. От прежнего огня не осталось даже углей, а только тусклый тлеющий пепел...
— Купила по дороге, — кивнула она на бутылку, переступая порог. — Надеюсь, ты не против?
Аня едва заметно вздохнула и молча достала гранёные стаканы, доставшиеся ей от хозяйки квартиры. В этом был весь её быт: практичный, немного скучный, без излишеств.
Они сели на диван, обитый серой потёртой на швах тканью, и какое-то время молчали, слушая, как за окном проезжают машины, а соседи сверху двигают мебель, перестраивая свою жизнь прямо над их головами.
— И чем занималась в Москве? Почему вернулась? — наконец начала разговор Аня с прямых вопросов, не пытаясь смягчить углы.
Да, они со школьных лет привыкли не юлить друг с другом. Но Наташа долго не отвечала. Прикусив губу, сидела притихшая и вертела стакан в пальцах.
— Не мучь стакан! Ты не найдёшь ответа на его дне. — Аня почти силой высвободила стакан из рук подруги и налила в него вина до половины.
Рубиновая жидкость дрогнула в стекле, и Наташа словно очнулась.
— Стриптиз, — произнесла она наконец.
Слово тяжело упало между ними на диван.
— Я танцевала в клубе. Для мужиков. Раздевалась. За деньги.
Аня не перебивала подругу. Не задавала вопросов. Не осуждала. Со стаканом в руках она просто молчала вглядывалась в неё.. Любые слова звучали бы в этот момент фальшиво.
— И как оно? — спросила она только тогда, когда пауза затянулась так надолго, что стала неловкой и давящей.
Наташа смотрела в сторону, избегая взгляда подруги.
— Отстой! Хуже, чем в самых дешёвых фильмах. — Она скривила губы. — Знаешь, там хоть показывают красивые декорации, яркие костюмы, улыбающихся девочек. А в реальности нет никакого блеска. Никакой свободы. Только холод от кондиционера, липких взглядов и… от собственной души.
Наташа глотнула вина, поморщилась, будто жидкость обожгла не горло, а воспоминания, и продолжила, уставившись в окно.
— Деньги маленькие. Клиенты мерзкие. Квартира дорогая.
За стеклом сгущались августовские сумерки: небо плавно перетекало из бледно-голубого в густо-фиолетовое. Окна соседних домов зажглись жёлтыми пятнами.
— Клиенты? Не зрители? — удивилась Аня. — Разве стриптиз не представление на сцене?
— Ах, Анька! Тебе лучше не углубляться. Зритель рано или поздно становится клиентом. С потными ладонями, банальными фразами и грязными купюрами, которые не даёт в руки, а суёт прямо за резинку трусиков. — В голосе Наташи прорезалась горечь. — Сначала думала: это временно, поиграю, соберу бабла, сбегу куда-нибудь. В Питер. Или за границу. А потом... затянуло. Один шептал, что купит мне новый айфон, если буду хорошей девочкой. А я смеялась, потому что знала — купит. И ненавидела себя… потому что понимала — возьму.