Страница 137 из 181
– Мне нужно было узнать, почему Фу Чан не дает нам расследовать дело. А о том, что Ган Чи может быть жива, я думал уже во время осмотра тела утопленницы.
Юнь Шэнли вспомнил тот день, когда он вместе с Чжи Ханем и Сунь Юанем посетил похоронное бюро. Отправив своих помощников на поиски возможных родственников Ган Чи, он так и не смог избавиться от ощущения, что здесь было что-то не так, поэтому решил осмотреть труп утопленницы еще раз. Тогда-то у него и появилась мысль о том, что тело не принадлежало Ган Чи. Когда тело только попало в их руки, оно уже выглядело так, словно пролежало в воде намного дольше, чем должно было.
– По словам хозяйки борделя, Ган Чи пропала вечером, а ее якобы «труп» нашли утром через пару дней. Но тело, которое мы видели в похоронном бюро, явно находилось в воде намного дольше. Гробовщик тогда не обратил на это внимания, не зная, когда утонула девушка и через сколько ее нашли. И лишь когда мы серьезно взялись за дело Ган Чи, он заподозрил неладное. Тело уже начало разлагаться, причем сильно, но в ледяной реке труп не мог так сильно испортиться всего за пару дней. Когда девушка утонула в первый раз, процесс гниения еще не начался из-за холода, и лишь когда ее вытащили из воды, она подверглась разложению. Не успели девушку толком похоронить, как ее тут же выкопали из могилы и снова сбросили в воду. Это поистине жестоко. Все это подтверждает гробовщик. Он рассказал о том, как девушки были удивительно похожи, просто он не мог и подумать, что это один и тот же труп, только при разных обстоятельствах. Скорее всего, Ган Чи, чтобы сбежать вместе со своим сообщником, выкопала труп утопленницы, нарядила в свои одеяния и бросила обратно в реку. Все было сделано так с целью запутать и нас, и хозяйку борделя, чтобы мы подумали, будто Ган Чи уже мертва.
Яо Линь с тяжестью на сердце спросил:
– А что же тогда за девушка утопилась?
Юнь Шэнли подобрал камешек и бросил его в реку, наблюдая, как волны расходятся по воде во все стороны. Это не первое его тяжелое дело, но иногда сложно осознавать, что человеческая жизнь может оборваться так легко.
– А вот это как раз самоубийство. Делом занялась Цзиньчэнская управа, а после его передали нам на рассмотрение. – Юнь Шэнли, разумеется, еще накажет Чжи Ханя за пренебрежение к его обязанностям, но больше всех он сейчас винил себя: бросил Ведомство ради того, чтобы заявить о себе не где-нибудь, а на арене, полной ушлых преступников и убийц. – Потом по городу все же прошел слух об утопившейся невесте. Молодая госпожа из семьи Гу. Семья хотела отдать ее замуж за влиятельного человека, но она влюбилась в юношу из небогатой семьи. Будучи дочерью от законной жены, госпожа Гу не могла позволить себе брак с человеком ниже по статусу. Ее возлюбленный обещал ей хорошую жизнь, но ничем свои слова не подтверждал и не пытался жениться на ней. Из-за сложившейся ситуации и угрозы вынужденного брака госпожа Гу нарядилась в свадебное платье и пошла к реке, где и утопилась. Мы искали случаи, похожие на самоубийство Ган Чи, за последнее время, и только этот подходил больше всего. Мы вызвали семью Гу в похоронное бюро, и они подтвердили, что труп, который все мы считали телом Ган Чи, – это их дочь. Узнали ее по шраму на ноге.
Яо Линь был поражен, но все еще не понимал мотивов Ган Чи. Запутать Ведомство и Фу Чан было не так просто, но у нее почти получилось это сделать. Только для чего?
– Зачем они все это сделали?
– А это спросим у них самих. После твоего письма и твоих рассказов о тайнике меня посетила еще одна догадка. О близости девушек из борделя. Я отправил людей к публичному дому, и последние несколько дней они следили за всеми, кто выходит и входит, особенно за охранниками, простыми работницами и девушками. И они нашли ту, что нам нужна. Девушка по имени Ци Хоу. На протяжении нескольких дней она тайком отлучалась из борделя, перелезая через дальнюю стену в саду, и прятала письма в щель одного из домов в переулке неподалеку. А потом оттуда их забирали неизвестные люди. Разумеется, мы перехватили одного из них, но вытянуть из него что-то не смогли. Он не передавал письма из рук в руки, а просто оставлял их в других таких же укромных местах, так ему еще и платили за это… Но все же мы нашли зацепку – теперь мы знали, где, а главное, как можно выловить Ган Чи. Ци Хоу оказалась нам весьма полезна… – Юнь Шэнли удовлетворенно потянулся, радуясь про себя глупости молодой куртизанки. – Хотя Ган Чи уже сбежала из столицы, что, разумеется, все усложняло, но она и девушки из борделя были очень близки, если судить по их письмам. И скорее всего, информацию о пустом тайнике девушкам рассказала сама Ган Чи, иначе они бы вынесли оттуда все, что плохо лежит, как ты и говорил. Чтобы делиться такими вещами, нужно доверять друг другу. Тогда мне пришла в голову одна идея. Мы пустили слух, что всех девушек возьмут под стражу по обвинению в убийстве Ган Чи, и следили, чтобы ни одна случайная сплетня о борделе не дошла до нее. Кроме той, что должна была привести ее к нам. Самое сложное было сделать так, чтобы слух не дошел до Фу Чан. Если бы она что-то услышала, то, скорее всего, не восприняла бы всерьез. Люди болтают, любят припугнуть: мол, Ведомство наказаний придет за ней. Теперь осталось узнать, клюнула ли Ган Чи на наживку.
Яо Линь засомневался. Он не мог поверить, что после всего произошедшего девушка вдруг захочет вернуться в бордель. Но еще больше его беспокоила самоуверенность Юнь Шэнли: когда он снова возьмет верх, его высокомерие станет еще более невыносимым.
– Ты думаешь, она вернется? Ган Чи провернула все это только для того, чтобы вернуться?
Юнь Шэнли не отступал:
– Думаю, она все же чтит привязанности.
– А кто помог тебе распустить слухи?
– Ах, это твой слуга постарался! – радостно ответил Юнь Шэнли. – Стоило сказать, что если он не использует постоялый двор как рассадник сплетен, то больше никогда тебя не увидит.
– Какой же ты…
– Какой? – Глава Ведомства пожал плечами. – Что, не можешь слов подобрать? Я же шутил с ним. Или мои шутки настолько непонятны?
Помимо постоялого двора им также помогали тайные связи в Ведомстве. Они использовали своих шпионов, попутно ища Ган Чи в возможных местах, где она могла появиться.
Яо Линь вспомнил сестриц из «Дома Пионов» и не мог не спросить:
– А что же девушки в борделе?
– Как ты и выяснил, они, похоже, были в курсе происходящего и даже принимали активное участие в побеге Ган Чи. Но я не могу точно утверждать за всех.