Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 36 из 159

7

The Road I'm On

Досада с торжеством так тесно переплелись, что невозможно было их разделить. Берт и не пытался. Он упорно не понимал, как вышло, что появление одной новой девчонки настолько преобразило унылые серые будни. Не на что жаловаться.

Стоило благодарить муз за случайную встречу с Теодорой. Берт хотел помочь ей, но ее маленькое книжное путешествие с Марком задевало его. Почему она вообще пошла с ним? Почему согласилась? Если ей было скучно и хотелось развеяться, Теодора могла бы найти его, а не подкармливать самолюбие этого зазнавшегося придурка.

Берт не умел зацикливаться на неприятностях. Мысли перескакивали на другие темы. Польза несанкционированной книжной вылазки неоспорима. Марк был прав, хотя соглашаться с ним получалось, только стиснув зубы.

Сдерживать Теодору и принуждать к посещению занятий было неразумно. Ей нужно развитие, а для этого она должна получить магию как можно скорее. Теодора заслуживала этого не меньше, чем все остальные, допущенные до испытаний.

Даже отец согласился, когда они показали ему глобус. Теодоре нужно было только выполнить пару простейших формальных требований – выучить кодекс и освоить необходимый минимум теории, – но она словно специально все усложняла.

Серьезно относиться к какому-то кодексу, без которого она и так прекрасно обходилась до сих пор, наверняка непросто. Берт и сам в свое время бунтовал, отказываясь учить нудные положения, поэтому мысленно поддерживал Теодору и старался заниматься с ней в любую свободную минутку. Слава музам, пока получалось выкроить время.

Теодоре понравилась библиотека. Она ни разу не заикнулась об этом, но Берт и без слов понял это: стоило им оказаться в рядах полок и шкафов, как ее лицо вытягивалось, и отчужденность на нем исчезала, уступая место благоговению.

Они сидели за небольшим круглым столиком уже пару часов. Библиотека пустовала – все ученики были на уроках. На столе высилась стопка книг с теорией. Необходимый минимум Берт мог бы рассказать и сам, но Теодора наотрез отказалась тратить его время.

Не совсем разумно, ведь Берт все равно сидел с ней в библиотеке. Терпеливо ожидая вопросов или просьб о помощи, он отгородился книгой, но не прочел ни строчки, наблюдая за Теодорой. Она уже четверть часа пялилась на одну страницу, делая вид, что изучает правила.

– Не напомнишь мне тридцать седьмой пункт кодекса? – не выдержав, уточнил Берт, мысленно готовясь к справедливому негодованию.

Теодора даже голову не подняла. Она неспешно прикрыла глаза и мученически выдохнула.

– Что-то про книгохождение в общественных местах?

Музы милостивые, да что с ней не так? Уж этот пункт можно было запомнить.

Берт медленно повел подбородком и нехотя проговорил заученную несколько лет назад фразу:

– В общественных или любых иных местах, где можно оказаться замеченным, книгохождение запрещено. Я тебе об этом говорил в нашу первую встречу.

Теодора мотнула головой и безразлично пожала плечами.

– Если бы я следовала этому правилу, мы бы никогда не встретились. Кто вообще придумал эту чушь?

Сложно защищать свод правил, когда отрицаешь их всю свою сознательную жизнь. Берт едва сдержался, чтобы не кивнуть в знак согласия, и буркнул:

– Комиссия. Когда Академию только основали. Кстати, когда это было?

Теодора закатила глаза, пряча ореховый взгляд за дрожащими ресницами. Она недовольно повела плечами и сморщила маленький круглый носик, отчего веснушки на коже двинулись, напоминая ожившую стаю мушек.

– Примерно тогда, когда появилась первая печатная книга, – нехотя сказала Теодора. Берт подавил тяжелый вздох – он уже смирился с ее несерьезным отношением – и решил прекратить внеплановый опрос, но Теодора быстро вскинула голову и впилась в него цепким взглядом. – Мне показалось или твой отец меня избегает?

Моментальная смена темы сбила его с толку. Берту не хотелось это обсуждать – он попросту не знал, что ответить, да и не особо хотел разбираться. Мысли об отце и отцовских планах волновали его в последнюю очередь.

Он неопределенно повел плечами, надеясь соскользнуть с неприятной темы, но Теодора не отступила:

– Он даже не поговорил со мной об этом вашем посвящении. Я узнаю обо всем от вас. При нашем первом разговоре мне показалось, что Академия внимательно следит за магией и не наделяет ей кого попало.

– Ты совсем не кто попало, – моментально парировал Берт, цепляясь за единственную мысль, в которой не сомневался. – Да и к тому же тебе, как и остальным, нужно будет пройти несколько испытаний.

Уголки бежевых губ дернулись, складываясь в ухмылку. Теодора наклонила голову к плечу и, сощурившись, недоверчиво протянула:

– Почему он не рассказал мне об этом сам?

Берт подавил желание уткнуться лбом в прохладную столешницу – едва ли это спасет от вопросов Теодоры. Отрывисто выдохнув, он усмехнулся и нарочито недовольно проговорил:

– Знаешь ли, у Верховного книгоходца Академии куча дел, а времени не больше, чем у остальных.

Невнятный ответ не убеждал и самого Берта, что уж говорить о Теодоре. Идеальный момент, чтобы уличить Берта в скрытности, но Теодора не стала. Она задумчиво закусила губу и, глядя в одну точку за плечом Берта, отстраненно уточнила:

– Моего брата вообще ищут? – Из ее голоса разом исчезли все эмоции. Слова прозвучали, как сухой треск гальки под ногами.

Берт замялся. Замешкался всего на пару секунд, но корил себя даже за такое промедление.

Вопрос загнал его в тупик. Ответ напрашивался очевидный, но озвучить его так просто не вышло. Конечно, его ищут. А как иначе?

Домыслы Теодоре не помогут. Ему не хотелось ей врать. Берт ничего не знал о поисках ее брата, но незнание не превращало ложь в правду.

Сколько бы он ни пытался выяснить у кого-нибудь подробности, любое упоминание о брате Теодоры плавно перетекало в другие темы. Из Младшего Совета поисками занималась только Айрис, но она редко появлялась в компаниях и на все вопросы отвечала общими фразами. Берт пообещал себе глубже погрузиться в эту тему, но сейчас нужно было ответить хоть что-то, и он заявил:

– Тебе не о чем волноваться, Тея. Если отец сказал, что его ищут всеми возможными силами, значит, так и есть.