Страница 146 из 159
Как так вышло? Как все зашло так далеко? Ничего подобного никогда не должно было происходить.
Вцепившись в переносицу, я кусаю дрожащие губы и жмурюсь, пока под веками не вспыхивают яркие искры.
Что делать? Что, черт возьми, я вообще могу сделать?
Мысли мечутся в голове роем назойливых насекомых, копошатся, топчутся по черепной коробке и не дают ни одного ответа.
Бежать за Марком. Куда? Зачем? Что я сделаю? Искать старших? Они вызывают не больше доверия, чем сам Марк. Да и нет их в Академии. Мне нужна помощь. Чья?
Берт. Лора. Эрик. Я могу довериться только им.
Встрепенувшись, я вылетаю из кабинета и дергаюсь к лестнице. Влажные ладони скользят по каменным перилам. Ноги перескакивают сразу несколько ступеней. Я едва вписываюсь в повороты, сбивая ковры и спотыкаясь. Несусь так, словно за мной кто-то гонится, хотя понимаю, что жалкие секунды уже ничего не решают.
Нужно бежать. Быстрее, чтобы выветрить из головы ужас и душащее отчаяние. Чтобы не думать о Вознессе и Айрис. Чтобы перед глазами не стояло лицо Марка.
Хватая ртом воздух, я толкаюсь в дверь Берта, но она заперта. Отчаянно вскинув руки, колочу в нее, но все без толку. Метнувшись к спальне Лоры, я и там встречаюсь с неудачей. Да где они? Неужели ушли со Старшим Советом?
Ничего больше не остается. Не утруждаясь вежливым стуком, я толкаю дверь в спальню Эрика – моя последняя надежда. Неровный выдох вырывается из груди. Дверь поддается, и я вваливаюсь в комнату, задыхаясь.
Взгляд моментально охватывает спальню, и новая волна отчаяния почти сбивает с ног. Эрика здесь нет. Зато передо мной мгновенно вырастает хрупкая фигурка Евы.
Сознание отказывается анализировать события. Пока я обреченно жмурюсь, Ева шагает ко мне, всплеснув руками.
– Музы милостивые, Тея, что стряслось? Это кровь? Что с тобой?
От ее высокого голоса кружится голова. Кукольные глазки распахиваются, округляясь, и Ева часто моргает. Мне совсем не до нее.
– Где Эрик? – рявкаю я, не собираясь тратить время на объяснения. Ее все это совершенно не касается.
Ева испуганно сводит тонкие брови и закусывает губу.
– Должен вернуться с минуты на минуту. Хочешь, я ему позвоню? Что передать? – Она беспокойно заламывает руки и кивает. – Ты проходи, садись. Я осмотрю тебя, ладно?
Ноги шагают вперед, а я молчу, сдавленно выдохнув. Это что еще за ерунда? Как это понимать?
Внутренний голос велит мне убираться отсюда, но я прохожу вперед, двигаясь словно во сне, и опускаюсь на край письменного стола. Ева подходит ко мне, внимательно рассматривая мои руки, а я щурюсь, напряженно переспрашивая:
– Что ты сказала?
На лицо Евы спадает каштановая прядь. Она вытирает мою щеку и беззаботно пожимает плечами.
– Что Эрик скоро будет. Еще я…
– Нет. – Оттолкнув ее запястье, я поднимаю голову, всматриваясь в кукольное личико. – В самом начале. Что-то про каких-то муз.
Этого не может быть. Мне послышалось. Показалось.
Ева обиженно поджимает розовые губки, тряхнув рукой, но тут же улыбается, отмахиваясь.
– А, это. Понятия не имею, что это значит. Эрик так постоянно говорит.
Лгунья.
Челюсти стискиваются так плотно, что зубы скрипят, и я сплевываю:
– Эрик никогда так не говорил.
С лица Евы тут же слетает невинное выражение, словно восковая маска оплывает. Она щурится, и голубые глаза превращаются в льдинки. Из голоса исчезает вся легкость.
– Надо же, как не вовремя ты перестала быть идиоткой. Ну и к пегасу. Мне жутко надоело прикидываться твоей подругой.
Я дергаюсь назад и призываю магию, но прежде, чем она откликается, Ева заводит руку за спину и тут же выкидывает ее вперед. Пистолет упирается мне в висок, примяв вылезшие на лицо волосы.
– Знаешь, в чем прелесть оружия? – усмехается Ева, смерив меня победным взглядом. – Спустить курок – одно мгновение. Твои мозги окажутся на стене раньше, чем ты двинешь пальцами.
Идиотка. Какая же я идиотка. И зачем только Эрик потратил столько времени на тренировки со мной?
Ева права. У меня нет ни единого шанса на сопротивление, но оставить хоть какую-то подсказку друзьям вполне в моих силах. Вцепившись в подол юбки, я концентрирую магию в ладонях, пытаясь потянуть время.
– Какого черта, Ева? Зачем ты это делаешь?
Она тяжело вздыхает и устало прикрывает глаза.
– Ты же не думала всерьез, что я стану возиться с тобой по собственному желанию? – Она пристально вглядывается в мое лицо, выискивая отражение обиды, но я только плотнее сжимаю губы. – Марк вечно мудрит. Создает дополнительные сложности. Чего стоит только его просьба оттолкнуть тебя от этого Эрика. Вы двое так упорно тянулись навстречу друг другу, что я едва втиснулась между вами. Но мне лестно, что ты поверила. – Ева подмигивает, разливая во мне отрицание.
Нет, она снова лжет. Это не мог быть всего лишь спектакль. Я повелась на идиотский розыгрыш. Ревность затуманила сознание.
Если бы я только поговорила с Эриком начистоту. Хоть раз. Если бы поборола идиотскую гордость и решила поставить домыслы под сомнение.
– Вот и не понимаю, почему Марка все считают лучшим. Видно, положение дает о себе знать, – вздыхает Ева. Я не понимаю, что она несет. Клочок ткани оказывается в ладони, и я разжимаю кулак, пока Ева занята жалобами. – Он чудит, а мне все исправлять. Но, похоже, судьба у нас такая – прибираться за братьями. Ты должна меня понимать.
Внутренности скручивает. Я словно попала в дурной сон. Смысл слов до меня просто не доходит.
– Брат? – тихо переспрашиваю я, едва разомкнув пересохшие губы.
Вопрос царапает глотку.
Ева поводит плечами и объясняет:
– У нас одна мать, но Марку повезло больше. Артур – его отец. – Она усмехается и кивает. – Да-да, ты все правильно поняла. Тот самый Артур.
Меня словно с размаху ударили в живот. От безумного отчаяния, хлынувшего в сознание, хочется согнуться пополам, но стоит мне чуть двинуться, как пистолет у виска угрожающе надавливает на кожу.
– Без глупостей, Тея. Дернешься, и я тебя пристрелю.
Как без глупостей, если все происходящее – сплошной абсурд?
Что бы сделал Эрик? О, он бы ни за что не попал в такое идиотское положение.
Мне бы хотелось ощутить внутри готовность к риску. Броситься на Еву, не думая, что это может быть мое последнее движение. Бесстрашно биться за свободу, но я не могу.
Страх сочится в сознание, ядом капая между извилин. Я не готова прощаться с жизнью. Не так.