Небо в руках

– Да я ж не знаю, – поскрёб пальцами бороду казак. Вижу, хитрит, глаза в сторону отводит, говорить не желает. – Тут ещё что… Вы когда улетели, вот этих, в кибитке, старейшины сгоревшего кишлака привели. С наказом вам передать в услужение. Кибитка, правда, наша. Вы уж её потом, ваша светлость, не забудьте возвернуть…

– Мне?! – удивился. И растерялся. – Зачем они мне? Для чего? Что я с ними делать буду?

– Так что хотите, то и делайте, – с самым простодушным видом объяснил урядник. – Здесь это обычное дело, привыкайте. Нужно было сразу отказываться, если не нужны.

– Да как же я мог отказаться, когда уже улетел? – воскликнул я. – Зачем вы их с собой взяли!

– Как зачем? – удивился урядник. – Раз старейшины вам подарили, значит, это уже ваше ходячее имущество. Никак не можно было его бросить.

– Имущество? Моё? – рассердился. – Вы их привели, вы и забирайте!

– Нет, ваша светлость, со мной они не пойдут. Говорю же, вам их подарили, вам ими и владеть.

– Да не нужны мне они! – рявкнул.

– Делов-то, – усмехнулся равнодушно урядник. – Раз не нужны, то и продайте. Всё равно обратно в кишлак им ходу нет. Не примут.

– Как продать? – растерялся я.

– Обыкновенно, – пожал плечами казак. – На рынке. Делов-то на копейку. А назад их не примут, не надейтесь. У них же в кишлаке никого из родичей не осталось, сироты. Вы же видели…

– Да не был я в том кишлаке, – воскликнул с досадой. И что мне стоило чуть-чуть задержаться? – Сверху только посмотрел.

– Понятно, – кивнул казак и объяснил: – У бандитов, что на нашу сторону в набеги ходят, как принято? Грабят подчистую и местных первым делом сортируют. Девок, тех, что помоложе и покрасивше, сразу уводят и вяжут. Мальцов тоже хватают. Потом продают и тех и других, как водится. Обычное дело на Памире. Остальных кого сильничают, кого под нож пускают. Эти-то как раз в освобождённом вами лагере и находились. А коли уж вы их освободили, вам ими и владеть по праву. И Бога благодарите, что только двумя отдарились. Могли всех отдать. В кишлаке-то теперь пусто, что не пограбили, то сгорело. Уж не знаю, сумеют ли теперь люди перезимовать.

– Так надо было денег им дать, – осенило меня. – Хотя бы из моей доли.

– Обижаете, ваша светлость, – прогудел урядник. – Нешто мы не люди? Неужто не смекнули бы? И денег оставили, и ружьишками из трофеев поделились. Вашбродь, поеду я, устал с дороги. Вы их покормить не забудьте, а то они с самого утра не евши. Мы же весь день в седле.

Урядник вскочил на коня и был таков. Показалось, вечность прошла, пока я переваривал новость о свалившейся на меня собственности. Так и стоял в растерянности. Уже и урядник вдали скрылся, и пыль рассеялась, а я всё стоял. Потом всё-таки собрался в кучку, обернулся, оглядел безучастно взирающих на меня моих… Нет, рабами я этих людей всё-таки не могу назвать. Чуть дальше столпилась вся наша авиационная братия, техники, солдатики, жандармы. Словом, все те, кто без дела в данный момент слонялся. А раз так, раз все такие любопытные, то:

– Александр Федотыч, отнесите-ка эти сумки в мою палатку, – приказал ближайшему ко мне мастеровому.

Помощник без всяких разговоров послушно подошёл, подхватил сумки, крякнул и ушёл. Наверное, тяжёлые, раз так скривился.

– Господин унтер, там, в возке, люди сидят. Они вроде бы как мои. Так вы покормите их. – Посмотрел на заляпанный грязью и пылью возок, припомнил, с какой остервенелостью чесался урядник, и добавил: – И умойте их. В общем, сообразите там сами. Но чтобы чистыми были!

– Будет сделано, ваша светлость, – улыбнулся служивый. – А возок сразу отсылать?

– Отсылайте, – махнул рукой.

Тут же как? Самое главное задачу правильно поставить. Тогда подчинённые сами отлично справятся и выход найдут из любого положения. А я пока сумки разберу. Интересно же, что мне казаки из добычи выделили? Ну и заодно подумаю, что с этой собственностью делать…

Но раздумывал я недолго. И даже сумки открыть не успел. Только-только к кувшину с тёплой водой приложился, как буквально в палатку ворвался без доклада тот же унтер. И, выпучив глаза, придушенным сдавленным голосом прошептал:

– Ваша светлость господин юнкер, там один из них девка…