Страница 79 из 108
Ночь вступала в свои права, прохладный воздух остудил мою кожу и отрезвил разгорячённый ум. С чего это я, спрашивается, решил, что девушка на полотне сбежавшая принцесса? Вполне могло случиться, что молодая художница видела моего отца где-нибудь на вернисаже или в театре, да хоть на прогулке в городском парке и, вдохновившись его образом, изобразила рядом с собой. Как-то Маэлиса называла имя матери. Лера. Разве могла высокородная особа с царственным именем Клариса назваться так просто и неинтересно? Да ни за что! Всем известно, что имя накладывает отпечаток на судьбу.
Я в сотый раз пожалел, что никогда не расспрашивал отца о его первой возлюбленной. Даже после того, как услышал историю внезапно расторгнутой помолвки. Хотя, у меня есть оправдание, я не мог предположить, что Ланцен Конни даже после женитьбы и потери супруги продолжал любить принцессу и тратил много сил и средств на её поиски.
В любом случае, выводы делать рано. Бесконечно рассуждая и склоняясь то к одному, то к другому выводу, я добрёл до гостиницы. Юная горничная, встретившаяся мне в коридоре, почему-то обрадовалась, сделала книксен и зачирикала тоненьким голоском:
— Ваша милость, а не нужно ли вам чего?
— Нужно, — печально усмехнулся я. — Жизненно необходимо узнать, как выглядела её высочество Клариса.
— И всё? — удивилась девушка, даже не поинтересовавшись, зачем постояльцу понадобилась такая информация.
— У моего отца… Он руководит охраной «Ведьминого чая». Есть старые подшивки газет и много журналов. Я могу полистать их. Если что-то попадётся, принесу завтра утром.
— Не утром. Сразу как найдёшь, приноси. Я не собираюсь ложиться сегодня. С меня две серебрушки в случае успеха.
— А если я ничего не найду? — опечалилась горничная.
— Тогда пять медяков за старание.
Она снова присела и упорхнула с весёлым видом.
Не особенно я надеялся на успех. Даже приготовил и положил на тумбочку у входа обещанные медяки. Однако удача мне улыбнулась. Если, конечно, это можно назвать удачей. Горничная постучалась ко мне в номер меньше чем через четверть часа, а когда я позволил войти, чуть не вприпрыжку забежала в комнату. Потрясая толстым красочным журналом, она радостно крикнула:
— Посмотрите, что я откопала, граф! Тут вся портретная галерея от основателя династии Фетир до его величества Аонара. Наверняка отыщется и нужная вам принцесса.
Я подбежал к девушке, выхватил у неё из рук журнал и начал лихорадочно листать. На одной из последних страниц нашлась она — Маэлиса. И всё-таки худшее предположение оказалось верным. Я застонал, не имея сил ни произнести хоть слово, ни оторвать взгляда от красочной иллюстрации. Какая же она всё-таки красивая! Правда, художник подметил некоторую надменность в взгляде и недовольный изгиб губ, чего было совершенно не свойственно знакомой мне девушке. Но это могло быть продиктовано желанием портретиста придать модели значимость и отстранённость.
— Ваша милость, — окликнула меня горничная, — я вам угодила?
— Да-да, сейчас… — Я достал кошелёк и отсчитал обещанные серебряные монеты.
Получив награду, девушка снова запрыгала, да так и унеслась прочь. Хоть один человек счастлив моим ужасным открытием.
Заснуть я не мог очень долго. Вертелся в постели, то сбрасывая одеяло, то натягивая его по самый нос. Что делать? Как поступить? Обсудить с так внезапно нашедшейся сестрой создавшуюся ситуацию прямо сейчас, или дождаться заседания комиссии по наследству и посмотреть Маэлисе в глаза, когда она туда явится под руку со своим предприимчивым папашей?
А я-то ведь ей всё рассказал! О том, что в той фальшивке, которую предоставит господин Леви, полным полно ошибок. Претендовать на моё имущество самозванцы не смогут. Лишь в том случае, если девушка сумеет магически доказать своё родство со мной, мне предложат выделить ей содержание.
Это пустяк. Я бы в любом случае, без всякого принуждения стал помогать единокровной сестре. Меня коробило то, как действовали эти люди. Хитростью, мошенничеством, подтасовками. Мало того, что угрожали семье отцовского поверенного, так ещё и управляющего имением довели до потери памяти. Полл теперь уверен, что виноват в гибели не только хозяина, но и собственной семьи. Где мера, которую не готовы переступить эти негодяи?
Выстроив в голове линию обвинения, я задумался о защите.
Маэлиса ничего не знает. Я воспроизводил в памяти все наши встречи, все разговоры и всё больше в этом убеждался. Леди не участвовала в делишках отца. Скорее всего, мошенник собирался действовать по доверенности — такой же липовой, как и завещание. Моё появление спутало ему планы. Вряд ли Маэлиса одобрит его действия, когда всё узнает.
И что в таком случае предпримет её приёмный отец? Делес Леви не может не видеть, как мы подружились! Вполне логично предположить, что первоначальные намерения ему пришлось отринуть. Чего мне ждать?
Я должен поговорить с господином Леви.
Пусть он прямо в лицо скажет всю правду. Тогда и подумаю, что со всем этим делать.
С этой успокоительной мыслью я и уснул.