Страница 32 из 108
Глава 13
Леди, караулившие меня около моего салона, оказались подругами счастливой невесты по имени Рози — той самой, что купила картину в подарок родителям жениха, а ещё три взяла в аренду, чтобы спрятать потёртости на стенах гостиной. Этих девушек звали Жасмин и Ландыш, о чём они с гордостью сообщили, когда я позволила им пройти.
— Знаете, леди, наши мамы дружили ещё с детства, вот и придумали назвать дочерей именами цветов, чтобы мы составили букет.
— Это очень интересно, — улыбнулась я, раскрывая принесённый подругами свёрток, они вызвались вернуть арендованную Рози картину, — однако, я не поняла, где остальные? Невеста брала три работы. — Я открыла учётный журнал, показывая соответствующую запись.
— Так мы же рассказываем! — постучала пальцем по столешнице, привлекая моё внимание Ландыш. — Нас позвали помогать в организации праздника. Мы, конечно, не слишком усердствовали, больше болтали с подружкой, но картины заметили. Я не могла не вдохновиться, натюрморт с ландышами на подоконнике!
— А я, как только увидела на картине цветущий куст жасмина, сразу поняла, что этот пейзаж нарисован специально для меня! — подхватила подруга.
— И-и-и… — сделала предположение я, — …желаете продлить аренду?
— Хотим купить! — в унисон ответили девушки.
— Вот и подумали, что не стоит туда-сюда таскать, — завершила мысль Жасмин.
— Очень хорошо. — Согласилась я, — С каждой по три серебряных монеты.
— Вы не учли залог, что собирались вернуть, Рози сказала, вы обещали, когда она принесёт картины, отдать ей две серебрушки, — нахмурилась Ландыш.
— Разумеется, я отдам ей всё, как только она придёт.
— Но ведь мы принесли картину! — возмутилась Жасмин. — А две покупаем.
Я в задумчивости потёрла лоб. Не очень-то мне нравилась эта ситуация.
— Вот что, милые леди, я не могу разрывать договор аренды, пока не явится лицо, заключавшее его. Я пошла вам навстречу, собиралась продать две картины. О третьей, — я указала на распакованный натюрморт, — буду разговаривать с вашей подругой. Напомните ей, пожалуйста, что срок истекает, и сумма, которую мне придётся удержать, будет расти.
Девушки дружно вздохнули, заплатили мне требуемую цену и ушли.
Конец нашего разговора слышал отец, он вышел из мастерской и стоял чуть в стороне, с улыбкой наблюдая за моими сомнениями.
— Ты всё правильно сделала, Мэй, — сказал он подходя.
— Не знаю, леди казались вполне искренними, — пожала я плечами. — Сама удивляюсь, с чего это я заупрямилась. Понятно же, у невесты сейчас много забот, подруги вызвались помочь ей, я же вынудила Рози бежать сюда за этими несчастными серебрушками.
— Делай всё по правилам, дочка, тогда у мошенников не будет лазеек. У тебя, в отличие от Лары, есть деловая хватка и чутьё.
Я с удивлением уставилась на отца. Не могла припомнить, заговаривал ли он когда-нибудь о моей матери в моём присутствии Спохватившись, отец заговорил на другую тему:
— Поднимись, пообедай, я тут постою за прилавком пока.
— Я не голодна.
— Как? И завтракать не стала, и…
— У меня было свидание в ресторане. Не переживай папа, меня хорошо покормили.
— И кто же этот счастливчик? Я его знаю?
— Тедион Конни.
— Граф-Конь, как ты его называла? — папа заливисто засмеялся. — Ну и как он? Нас больше не обвиняет?
— Насколько я поняла, он съездил на родину и даже напал на след преступников.
— Что ж, надеюсь, светлая богиня поможет ему, — одобрительно покивал отец.
Я замялась, размышляя, продолжить ли разговор о Тедионе и сообщить, что я хочу отправиться с ним к морю, или вернуться к вопросу о маме, какой она была. Не успела собраться с мыслями, папа отвлёкся и, посмотрев на улицу сквозь стеклянную витрину, с недовольным видом кивнул и пошёл к выходу.
Пока он шёл, я успела заметить суетливого мужичка, в котором узнала бандита, ввалившегося недавно в салон и угрожавшего мне по какой-то непонятной причине. Да-да, тот самый рябой, папа называл его Фомкой. Что ему опять нужно от нас?!
Я уже собралась побежать следом, но тут в дверях показалась знакомая леди. Она переступила порог с виноватым видом.
Не обвиняет Доброго дня, Рози, вы чем-то встревожены?
Посетительница в умоляющем жесте сложила руки на груди и залепетала:
— Ах, простите, госпожа Леви! Я так и знала, что вы не согласитесь дать им скидку, но подруги уговорили меня.
Я не уловила её мысль и не захотела вникать — спешила к отцу. Отделалась вежливой фразой, придвинула ближе к девушке квитанции со своей подписью и печатью салона. После того как Рози заверила согласие с прекращением аренды, одну бумагу спрятала в ящик, второй экземпляр передала клиентке и отсчитала часть залога, возвращая его.
— Буду рада видеть вас в «Долине уюта, леди!».
— Да-да, конечно, — девушка, наконец, заметила мою поспешность и, бормоча новые извинения, попятилась к дверям.
Я обогнула её, побежала на улицу.
Отец в компании Фомки стоял неподалёку. Бандит крутил заскорузлым пальцем у папиного лица, а тот, немного отклонившись, скрестил руки на груди, сурово сдвинул брови к переносице и медленно качал головой, с чем-то не соглашаясь.
— Так и передай, Делес Леви никогда не будет выполнять подобные заказы! — успела я услышать, подходя к ним.
— Ещё как будешь! — рявкнул Фомка. — Иначе сам знаешь!
Отец не ответил, повернулся ко мне:
— Тебе чего, дочка?
— Леди, арендовавшая картины, всё-таки пришла, — зачем-то сказала я.
— Вот и хорошо! — улыбнулся папа, обходя своего собеседника. — А ты волновалась.
Он взял меня под руку и увлёк прочь, не слушая щедро рассыпаемых Фомкой ругательств.
— Что он хочет? — спросила я, когда мы заходили в салон.
— Не думай об этом, Мэй.
— Папа! Скажи, я не отстану.
— Его хозяин заказал портрет короля в неприличном виде.
— В каком виде? — не поверила я и встала, пытаясь по смеющимся отцовским глазам понять — шутит он или нет.
— В объятьях оголённой куртизанки.
— Они хотят, чтобы ты нарисовал его величество Аонара, веселящимся с продажной женщиной? Ты уверен, что в этого заказчика не вселился хрозгр?
— Скорее всего, ты права, дочка. Пойдём скорее, не будем обсуждать это на пороге.