Страница 27 из 108
Глава 11
Маэлиса Леви
Наглая кухарка и не собиралась покидать наш дом. Ей удавалось выполнять свои обязанности до самого вечера, при этом, не раздражая своим присутствием хозяина. Насладившись обедом, отец спустился к себе в мастерскую, и я не заметила ни тени недовольства на его лице. Жульена приготовила ужин и даже спросила у меня, каковы будут пожелания на завтра.
Меня так сильно удивила её твёрдая уверенность, что я не выдержала и сердито зашептала:
— Что мне сделать, чтобы вы здесь больше не появлялись, госпожа Грис?
Я по-прежнему хотела скрыть инцидент от отца и сдерживала эмоции, чтобы он, поднимаясь по лестнице, не услышал крики.
— Признайтесь, леди, — самодовольно усмехнулась толстуха, — вам нравится моя стряпня. У вас теперь меньше забот и больше времени на художества. Вот и рекламой занялись, а это золотое дно!
Она и это пронюхала! Просто крыса, а не хомяк!
— Вы не единственная кухарка на весь Вергас. Думаю, не составит труда нанять другую.
— Пожалуй, что так, — продолжала улыбаться Жульена. — А пока вы ищете мне замену, я поработаю.
Она ничуть не сомневалась, что замену «крысе» найти получится нескоро. Не просто же так её к нам прислали. Вот только кто?
— Что за собрание? — спросил отец.
Он заходил на кухню, вытирая только что вымытые руки льняным полотенцем, которое тут же бросил на спинку ближайшего стула.
И тут я не выдержала. Повысила голос, не сдерживаясь больше:
— Госпожу Грейс нужно срочно уволить, папа!
Он огорчённо вздохнул и покачал головой.
— Признаю, Мэй, я был неправ, перегружая тебя домашними делами…
— Это так, — не дослушав его, продолжила я. — Но кухарка ведёт себя неподобающе. Сегодня она вскрыла секретную комнату, что ждать от неё дальше?
— Какую секретную комнату? — напрягся отец, глядя почему-то на меня, а не на кухарку.
Я устремилась к забитой двери, поддела ногтями и вытащила один из гвоздей:
— Вот! Я застала её уже там.
Делес Леви повернулся и посмотрел на кухарку тяжёлым взглядом:
— Зачем?
— Мне было любопытно, что вы там прячете, — кокетливо призналась она.
Папа помассировал пальцами виски, после чего снова посмотрел на толстуху и сказал совершенно спокойно:
— Иди домой, Жульена. А в следующий раз, если тебе станет любопытно. Просто спроси. Я сам покажу.
Я в бессилии прислонилась к стене. А что? Так можно было?
Видя, что я не в состоянии и шагу ступить, отец сам проводил кухарку и активировал охранные артефакты на задней двери. Когда он вернулся, я уже сидела за столом и ковырялась в приготовленном Жульеной гуляше с ячневой кашей.
Ели мы молча. Молча я собрала посуду, загрузив её в самомоющий таз, после чего всё-таки спросила сидящего в задумчивости отца:
— Почему ты её не выгнал? Откуда она вообще взялась. Мне кажется, это мафия взяла нас на крючок.
— Почему ты так решила?
— Помнишь того рябого урода, что мне угрожал?
— Фомку?
— Ну да! Вот после того, как этот Фомка запугал меня, появился этот Хомяк.
— Нет, дочка. Жульена Грис не из мафии, а как раз наоборот.
— То есть как? У нас проблемы с законом?
Отец потянулся ко мне и похлопал по руке с улыбкой:
— Нет никаких проблем. Охранка всего лишь подозревает, что преступники планируют воспользоваться нашими услугами, вот и прислали своего человека, чтобы поймать их с поличным.
— Папа! — воскликнула я. — Ты это серьёзно? Считаешь меня настолько наивной?
— Говорю как есть. Мне тоже не нравится, что в нашем доме устроили засаду…
— Папа! — теперь уже простонала я, схватившись за голову. — Ты себя слышишь? Я должна поверить, что мафии понадобятся мои картины или твои портреты? Да ещё и в то, что запертая на втором этаже толстая женщина обезвредит матёрых преступников?
— Она просто наблюдает.
Спорить дальше я не могла. Если отец не хочет что-то говорить, он не скажет.
Я пошла к лестнице в мастерскую. Не знаю, что можно нарисовать в таком состоянии, но работать лучше, чем вертеться в постели без сна, и проклинать свою неспособность изменить ситуацию.
Уже на пороге, бросила, не оборачиваясь:
— Она не просто наблюдает, она взламывает запертые двери и повторяет попытки открыть зеркальную дверь в салоне. Если тебя это не беспокоит, то и я не стану тревожиться.
Это не было правдой, однако мне совсем не хотелось расставаться на скандальной ноте. Я поднялась в мансарду, установила на мольберт чистый холст и стала рисовать графа Тедиона Конни. Не таким, каким я его запомнила, а похожим на того, что был изображён рядом с мамой на картине в секретной комнате. В богатом старомодном камзоле, с жабо и кружевными манжетами, с развевающимися под воздействием магического ветра волосами. Кто он, этот человек? Какую роль сыграл в судьбе моей мамы? Почему так сильно похож на моего случайного знакомого?
Завтра я обязательно задам все эти вопросы своему отцу.
Кто-то назовёт это трусостью, но утром я сбежала на прогулку, не дожидаясь завтрака. Если меня спросят, как превратить свой любимый дом в место, где чувствуешь себя лишним, посоветую впустить туда чужого бесцеремонного человека, уверенного в том, что он имеет полное право портить хозяевам жизнь.
Это ненормально, что я не поднялась в мастерскую и не использовала рассветные часы для плодотворной работы, как обычно начинала новый день. Дело даже не во вдохновении, оно посещало меня сразу, как только ноздри улавливали запах краски, руки касались кистей и мольберта, а глаза устремлялись на пока ещё пустое пространство холста. Воображение тут же уносило меня в мир образов, тонов, полутонов, едва заметных или густых теней. В том случае, когда фантазия не просыпалась, я выстраивала интересную композицию на тумбе, подбирала интересный сценарий освещения и создавала очередной натюрморт. Они, кстати, пользовались хорошим спросом, ведь изображения гармонично составленных вещей в красивом обрамлении всегда оживляли интерьер помещений и создавали особенную настроенческую атмосферу. А ещё они подчеркивали вкус и характер хозяев жилья или владельца торгового пространства. У меня частенько покупали картины с аппетитными овощами, фруктами, кувшинами с молоком или горшочками с дымящейся похлёбкой для лавок, продающих фермерские продукты. Две или три купили для известной ювелирной мастерской, а одну, довольно крупную работу приобрели для ресторана «Ведьмин чай».