Страница 27 из 62
Обратно Дава сел за руль, ну а я принялся за старое... предвкушать, как до нее доберусь. Аж слюна подкатывает. Сам не понял, как достал телефон. Надо же ее как-то выманить, организовать правильную программу на эту ночь.
Это странное чувство. Сижу, туплю в экран — что писать? Четко и в лоб: «готовься, сейчас приеду и будем жестко трахаться»? Или нет... Судя по тому, как она взбрыкнула и послала меня из-за той фотки с Валей, так топорно сейчас действовать нельзя. Набираю странное: «Давай увидимся». Отправляю и сам себе не верю, что я это пишу. Пиздец.
Откладываю телефон, шумно выдыхаю. Смотрю на летящую под колеса дорогу и думаю, думаю... Хочется аж сожрать ее. Ненормально это. Вообще ни хера не нормально.
Снова беру телефон — не прочитано. Какого хера молчит? Обиделась по новой, накрутила себя или накопала еще какую-то хрень? А может... она сейчас с тем хмырем, которого так бойко назвала своим парнем, пока моя рука мяла ее круглую жопу? От одной этой челюсти сводит до мышечной боли.
Набираю: «Ответь». Тишина.
Может, в душе? Или спит просто... Да почему я вообще сижу и об этом думаю, ищу ей оправдания? Дава гонит быстро, параллельно решает что-то по трубе, я его вообще не слушаю. Меня изводит одна серая галочка на экране. Она там слепая, что ли? Или резко оглохла?
Пишу снова: «Заканчивай проверять мои нервы на прочность. Выходи на связь».
Тишина.
Ловлю это ебаное чувство кромешной темноты в глазах. Воздух в салоне резко перестает поступать в легкие. С силой отшвыриваю телефон.
Дава в этот момент как раз заканчивает разговор и убирает свой аппарат на панель. Бросает на меня взгляд.
— Тормози, Глеб. Выдыхай, — ровно басит Дава, уверенно держа руль одной рукой. — Я здесь. Всё на месте. Камиль только что набрал, Валя в ресторане.
Делает короткую паузу, глядя на дорогу, и добавляет:
— Кто там на том конце, что тебя так выстегивает?
Сука! Нет! Мы туда не лезем, даже на миллиметр не суемся.
В глазах темнеет еще больше просто от самого осознания того, что вся эта хуйня сейчас реально со мной происходит. Резко опускаю стекло, впуская в салон горячий воздух, достаю сигарету и прикуриваю. Затягиваюсь глубоко, до жжения в легких, пытаясь вместе с дымом протолкнуть внутрь хоть немного кислорода.
Чувствую затылком, как Дава продолжает сверлить меня взглядом, игнорируя дорогу.
— За дорогой следи, — глухо цежу сквозь зубы, уставившись в боковое окно. — Я тебе не музейный экспонат, нехуй меня под микроскопом разглядывать.
Я в его сторону даже не повернусь. Уверен на двести процентов: если сейчас посмотрю ему в глаза, то увижу там то, чего, блять, категорически видеть не хочу. Слишком хорошо он знает, как выглядит мой персональный пиздец.
Дава делает короткую паузу.
— Да ладно... — роняет он своим низким, проницательным басом, в котором сквозит откровенное недоумение. — Только не говори, что этот детонатор тебе сейчас какая-то баба сорвала. Не поверю.
Да! Сука, да!
Но вслух мы это дерьмо обсуждать точно не будем. Ни с ним, ни с кем-либо еще.
— С партнерами качели, — ледяным тоном отвечаю я, стряхивая пепел за окно. — На таможне фуру с элитным пойлом для клуба тормознули. Поставщик, уебок, на дно лег и трубки не берет, а у нас выходные горят и випы заряжены. Выцеплю — закопаю.
Дава глухо усмехается.
— Ну да, конечно. Ты ж у нас всегда из-за застрявшей фуры с бухлом так бледнеешь, что аж прикурить нормально не можешь. — Он делает короткую паузу и добавляет: — Слышь, Глеб. Если реально какая-то грязь началась — просто скажи. Мои пацаны за час город наизнанку вывернут, ты же знаешь.
— Нет никаких проблем, — отрубаю я ровным тоном. — Проехали.
Докуриваю, швыряю бычок в окно. Снова беру телефон — всё та же блядская одинокая серая галочка. И тут меня накрывает. Пусть уж лучше она сейчас под кем-то стонет, раздвинув ноги, пусть трахается с кем угодно, только бы не лежала где-нибудь в лесополосе с пробитой головой и остекленевшими глазами.
Сука! Какого хуя я вообще об этом думаю?! Откуда это дерьмо лезет в мою голову?!
С шумом выдыхаю, сжимая телефон, корпус хрустит. Быстро набираю:
«Че, так занята, что телефон из рук выпадает? Под кем там сейчас прогибаешься, извращенка?»
Тишина.
Отправляю ей еще пять сообщений по пути. Мог бы и двадцать пять, но просто заставил себя отбросить трубу.
Наконец-то доезжаем до ресторана. Клал я сейчас на эти посиделки с Камилем. Выпрыгиваю из машины Давы, на ходу бросив ему короткое «бывай», падаю в свою тачку и срываюсь с места, направляясь в клуб.
За окном уже окончательно стемнело. Захожу в зал, музыка долбит по мозгам. Иду к бару. Там Мишаня сосредоточенно шаманит над заказами.
— Мишань, кто сегодня за папарацци? — бросаю я, опираясь руками о стойку.
Он не поднимает глаз. Виртуозно крутит в руках металлический шейкер, перехватывает его в воздухе, с глухим щелчком отбивает лед и плавно льет в стакан кроваво-красную смесь.
— Глеб, ты во времени потерялся? — спокойно отзывается бармен, украшая бокал. — Сегодня будний день вообще-то. Забыл? У нас же этот... смотр талантов, вокальный баттл среди местных. Маша всю эту богадельню организовывала, так что она сегодня с фотиком по залу и скачет.
В голове глухо. Только давящий гул, от которого того и гляди кровь из ушей пойдет. Торможу у ее дома, набиваю короткое: «Я около тебя».
Тишина.
Перед глазами взрывается багровое пятно. Внутренний предохранитель сносит к хуям, оплетка руля жалобно трещит под сжатыми пальцами. Вдавливаю педаль в пол и рву по прямой к мосту. Там на набережной вечно наши с клуба трутся.
Сбрасываю скорость, качусь почти на холостых и цепко палю по сторонам. Везде одна и та же картина: распахнутые багажники, долбящий бас, стайки дымящих химозные кальяны типов да трущиеся у капотов звонкие девки. Выжигаю взглядом каждую толпу.
Нет. Нигде этой жопы нет. Да где она, блядь?!
Выхватываю телефон, жму вызов.
— Наиль, здорово. Сможешь один номер оперативно пробить? Локацию, вышки, всё до метра.
На том конце глухо прокашливаются.
— Сделаю. Что стряслось, Глеб? Кого-то из наших пакуют или под замес попали? — рубит он серьезно и с нажимом.
Шумно выдыхаю сквозь стиснутые зубы, растирая лицо свободной рукой.
— Сам, блядь, не ебу, что случилось. Скину номер?
Наиль молчит ровно секунду, лишних вопросов не задает.
— Кидай цифры, — отвечает он уверенным басом. — Десять минут, и точка у тебя.