Сводные. Будешь моей

Глава 20. Максим

Алина не выдерживает и хихикает.

– Тебе смешно? – я наклоняюсь через стол, максимально сокращая дистанцию, так, чтобы она видела каждую чертову искру в моих глазах. – Я тебя ни с кем делить не собираюсь. Ты моя и всегда была моей. Запомни это раз и навсегда. И Арсений твой, и любые другие кандидаты пусть идут лесом и ищут себе других баб. У нас с тобой на эту жизнь совсем другие планы.

Алина замирает, ловя ртом воздух. В её глазах целая буря эмоций: отчаянный протест, шок, смущение и… покорность. Сладкая, тягучая готовность подчиниться моему напору. Она ведь сама всё знает, сама всё чувствует.

– Какие еще планы? – едва дыша, спрашивает она.

– Скоро узнаешь, сестрёнка, – подмигиваю я ей, откидываясь назад на диван и сбрасывая градус напряжения. – А пока доедай свой тирамису. И начинай лихорадочно соображать, что мне тебе дарить на четырнадцатое февраля. У меня в запасе всего два дня, а я в женских хотелках полный ноль.

Алина натурально давится капучино, судорожно хватаясь за салфетку.

– Что?! – кашляет она, вытирая губы. – Какой еще подарок? Мы же… мы же в кино идём! Ты сам мне два билета на предпремьеру «Танцев с судьбой» пообещал! Забыл уже?

Я мысленно ухмыляюсь. Помню, конечно. Каждую секунду помню, как у неё дыхание перехватило, когда я эти чертовы билеты на романтическую сопливую драму про танцоров достал. Но помучить её – это же святое.

– Кино – это само собой, мелкая, культурную программу никто не отменял, – лениво протягиваю я, подпирая подбородок ладонью. – Будут тебе и танцы, и попкорн. Я про материальное. Праздник влюбленных, все дела. Я планирую тебя поздравлять, но поскольку в кружевах, помадах и прочей девичьей лабуде я дуб дубом – командуешь ты. Что тебе купить?

Она смотрит на меня так, будто я посреди кофейни предложил ей угнать вертолет.

– Макс, мы же… у нас ведь даже статус не… я не знаю, – она начинает путаться в словах, ломая несчастную салфетку на мелкие клочки.

– Не знаешь, чего именно хочешь? Или до сих пор сомневаешься, имеешь ли право принимать от меня подарки как девушка от парня?

– Второе, – едва различимо выдыхает она, утыкаясь взглядом в стол.

– Имеешь, – припечатываю я, не терпящим возражений тоном. – И не только подарки. Всё имеешь, Алин. Мы два взрослых человека, свободные от чужих предрассудков. Прятаться по углам до старости я не собираюсь. Выдавай вариант.

Она молчит секунд тридцать, судорожно соображая, а потом на одном выдохе выдает:

– Сертификат на косметику. В «Золотое яблоко» или в «Лэтуаль». Чтобы я просто сама пришла и выбрала то, что мне реально нужно.

– Сертификат? – я кривлюсь, как от зубной боли. – Пластиковая карта с цифрами? Серьезно? Алин, это не подарок, это откуп без души.

– Зато практично! – она победно вскидывает подбородок. – И я не буду мучиться чувством вины из-за того, что ты спустил кучу денег на духи, от которых у меня расколется голова.

– А ты вообще косметикой пользуешься? По-моему, ты и без боевого окраса идеальная.

Она снова заливается краской. Я уже со счета сбился, какой это раз за сегодняшний день. Каждый раз как первый. Чертовски заводит.

– Пользуюсь, – бурчит она под нос. – Просто не штукатурюсь в три слоя, как некоторые на нашем потоке.

– Вот и умница, но сертификат – это всё равно тухло. Ладно, – поднимаю руки вверх, сдаваясь под её упрямым взглядом. – Будет тебе карта на такую сумму, чтоб ты могла скупить этот магазин до фундамента. Без возражений, Алина. А теперь моя очередь.

– Твоя очередь что? – она растерянно хлопает ресницами.

– Озвучивать хотелки, – я подаюсь вперед, и на моих губах сама собой расплывается наглая, сытая усмешка. – Ты же не думала, что игра идет в одни ворота? Из-за твоих танцев в кино я останусь без ответного знака внимания? Праздник взаимный. Я тебе – ты мне.

– Но ты же мужчина… – она окончательно теряется, глупо перебирая пальцами. – Откуда я знаю, что вам дарят? Носки? Пену для бритья?

– Да мне плевать. Хоть носки, а вообще… – я понижаю голос до интимного, вибрирующего шепота, заставляя её вжаться в диван. – Подари мне себя.

Алина каменеет. Глаза округляются до размеров этих чертовых кофейных блюдец, а густой румянец заливает уже не только щеки, но и шею, уходя под воротник свободного свитера. Я отчетливо вижу, как судорожно дергается её изящная ключица.

– Что?.. – сиплым, сорванным голосом переспрашивает она.

– Себя, говорю, подари, – смакуя каждую букву, повторяю я, упиваясь её реакцией. – Упакуй покрасивее, бантик на шею – и ко мне в квартиру. Четырнадцатого числа. Вся такая нарядная, смущенная, только моя.

– Ты… ты просто извращенец! – она с размаху закрывает лицо ладонями, но ярко-пунцовые кончики ушей выдают её с потрохами. – Как у тебя язык поворачивается говорить такое в общественном месте?!

– А что я такого сказал? Чистую правду. Мне от этой жизни больше ничего не нужно, кроме тебя. Ты – лучший подарок, который я в принципе могу получить. Или ты решила, что я исключительно про секс?

– А про что еще?! – возмущенно выдыхает она прямо в свои ладони.

– Ну, и про него тоже, скрывать не буду, – я спокойно откидываюсь на спинку дивана, любуясь её смущением. – Но не только. Я хочу, чтобы ты просто была в моем пространстве. Лежала на моем диване, смотрела свои тупые сериалы, таскала еду из моей тарелки, злилась, когда я тебя дразню. Всё это вместе – мой подарок. Потому что без тебя у меня внутри кислород перекрывает.

Алина медленно, по миллиметру опускает руки от лица. Смотрит на меня в упор. В её глазах стоит тяжелый, влажный блеск, и она быстро-быстро моргает, пытаясь сдержать подступившие слезы.

– Ты специально это делаешь, да? – хрипит она, шмыгая носом. – Специально, точно, чтобы я растрогалась.

– А что, сработало? – я мягко улыбаюсь, протягивая руку и утирая большим пальцем готовую сорваться слезинку с её ресниц.

– Не трави душу, Макс, – она отворачивается к окну, судорожно сжимая чашку с остывшим капучино.

Я молчу. Даю ей время переварить, уложить это в голове. Ей нужно научиться принимать то, что её обожают. Это нормально, мы только на старте.

– Ладно, – наконец выдыхает она, поворачиваясь ко мне с легкой, еще робкой улыбкой. – Считай, что я взяла твое предложение на рассмотрение. Насчет упаковки и бантика.

– Рассмотри, – серьезно киваю я. – Только с решением не затягивай. А то бантик завянет.

– Ну Максим!